№4, 1962/История литературы

Вопросы изучения наследия Герцена

Герцен принадлежит к числу тех русских писателей, творчество которых получило глубокое научное освещение только в работах советских исследователей. Исходным пунктом для пристального и многостороннего изучения всей деятельности Герцена советскими литературоведами, историками, философами явились ленинские оценки идейного наследия великого художника-демократа и его роли в развитии русского освободительного движения. Дореволюционная библиография о Герцене весьма обширна, но только отдельные статьи и высказывания выдающихся русских критиков, писателей, общественных деятелей сохранили свое значение для нашего времени. Подлинно научное освоение литературного и идейного наследства Герцена могло начаться лишь в советских условиях, когда его творчество стало доступно широким кругам читателей в своем наиболее полном объеме, когда открылись возможности для глубокого анализа и раскрытия исторического смысла деятельности писателя в связи с общими судьбами русской революции, передовой общественной мысли и литературы.

Особенно значительным следует признать вклад, внесенный в науку о Герцене за последние годы. В печати появилось много новых архивных» материалов, которые существенно обогатили наши представления о самом составе наследия писателя. Четыре тома «Литературного наследства», посвященные Герцену, Огареву и их окружению (тт. 61 – 64, 1953 – 1958), были по праву признаны крупным событием в изучении жизни и творчества замечательных русских революционных демократов.

Достаточно сказать, что благодаря проделанной редакцией и сотрудниками «Литературного наследства» работе стало известно около шестисот новых писем Герцена, хранящихся в русских и зарубежных коллекциях, и большое количество вновь найденных текстов произведений писателя – различных редакций и вариантов глав «Былого и дум», неоконченной повести «Долг прежде всего», писем «К старому товарищу» и др.; опубликовано около трехсот писем к Герцену и Огареву и ряд других материалов, исследований, статей и заметок, представляющих несомненную ценность для дальнейшей исследовательской работы в области герценоведения.

Широкое научное признание получило новое, тридцатитомное собрание сочинений Герцена, издание которого Институт мировой литературы имени А. М. Горького Академии наук СССР заканчивает в настоящем, юбилейном году (за 1954 – 1961 годы вышло из печати 25 томов). Осуществляемое под руководством редакционной коллегии во главе с академиком В. П. Волгиным, новое издание было призвано установить подлинно научный текст произведений и писем великого писателя на основе тщательного изучения разнообразных печатных редакций и доступного исследователям рукописного фонда Герцена, в том числе многочисленных фотокопий его писем, присланных зарубежными архивными хранилищами. По сравнению с предшествующими собраниями сочинений Герцена оно явилось наиболее полным и включило в себя все известные в настоящее время его произведения и письма, как законченные, так и оставшиеся в отрывках или черновых набросках. Правда, в условиях, когда значительная часть документального наследия писателя, находящаяся в различных архивах за рубежом, по-прежнему не поддается строгому учету, издание не может претендовать на исчерпывающую полноту. Тем не менее работа над новым собранием сочинений позволила существенно уточнить состав произведений и писем Герцена и сделать их достоянием советского и зарубежного читателя. Комментарий издания, охватывающий широкий круг проблем, связанных с творческой деятельностью Герцена, в своей лучшей части не только служил обобщением современных научных знаний по тому или иному вопросу, но ставил перед собою также самостоятельные исследовательские задачи. Опираясь на опыт проделанной работы, Гослитиздат осуществил массовое издание сочинений писателя (в девяти томах, 1955 – 1958), вышли в свет отдельные издания «Былого и дум» (1958; в ближайшее время выходит новое издание), книги «О развитии революционных идей в России» (1958) и других произведений.

Успешно продолжается изучение деятельности Герцена – основателя вольной русской прессы за границей. Государственная публичная историческая библиотека и Всесоюзная книжная палата подготовили в основном удачный опыт систематизированной росписи статей и заметок «Колокола» (составитель Е. С. Радченко, 1957). Институт истории Академии наук СССР приступил к факсимильному изданию знаменитой газеты (общее руководство изданием академика М. В. Нечкиной, первый выпуск вышел в 1960 году).

Новые издания литературного наследия Герцена, публикации ранее неизвестных материалов еще более усилили живой исследовательский интерес к различным сторонам его революционной деятельности, к творчеству Герцена как писателя и мыслителя. Вышли из печати новые книги, переизданы старые, исправленные и дополненные, опубликованы десятки разнообразных статей; только в «Ученых записках», научных трудах и сборниках, изданных институтами и университетами страны, за последнее время (начиная с 1958 года) было напечатано более пятидесяти работ о Герцене. Можно сказать, что памятную дату – 150-летие со дня рождения великого писателя и революционного демократа – герценоведение встречает на большом подъеме своего развития. И если многие стороны наследия Герцена все еще ждут своего исследования, если до сих пор в огромной литературе о писателе порою не получили ответа существенные вопросы его мировоззрения и творчества, если по-прежнему вызывают споры проблемы революционных связей издателей «Колокола», то причины этого лежат в необъятном, поистине энциклопедическом размахе деятельности Герцена.

Настоящая статья ни в коей мере не ставит своей задачей обзор новейшей литературы о писателе; на материале преимущественно последних работ, посвященных Герцену, автор хотел привлечь внимание лишь к некоторым, на его взгляд, важным для успешного развития герценоведения задачам, связанным главным образом с изучением литературного творчества писателя.

Принципиальное значение для правильного понимания как революционной деятельности и творчества писателя, так и всей истории передовой русской общественной мысли имеет научное определение этапов идейного развития Герцена. В литературе о Герцене этот вопрос неоднократно освещался, однако до сих пор он служит источником разноречивых оценок и суждений, порою приводящих к искаженному представлению об идейных позициях Герцена в тот или иной период его деятельности. По-прежнему встречается такое понимание вопроса о соотношении дворянской революционности и революционного демократизма в мировоззрении Герцена, с которым никак нельзя согласиться. В свое время в рецензии А. Долинина, посвященной книге автора этих строк «Герцен-писатель», например, доказывалось, что революционным демократом Герцен стал еще в 40-х и чуть ли не 30-х годах («Ученые записки Ленинградского государственного педагогического института», 1954, т. IX, факультет языка и литературы, вып. 3). Эту ошибочную точку зрения поддержал Л. Плоткин в статье «Герцен-беллетрист», вошедшей в его книгу «Литературные очерки и статьи» (1958); неточные, односторонние формулировки о революционном демократизме Герцена постоянно попадаются в других работах. В статье Н. Золотовой «А. И. Герцен. От романтизма к реализму» сам «путь художника от романтических этюдов 30-х годов к реалистическому роману «Кто виноват?» мимоходом связывается с тем, что мировоззрение Герцена 30 – 40-х годов, оказывается, «отразило кризис дворянской революционности и переход лучших ее представителей на сторону революционной демократии» («Ученые записки Ленинградского государственного педагогического института», 1958, т. 184, вып. 6; курсив наш. – В. П.).

Но в мировоззрении и деятельности Герцена следует отчетливо видеть черты дворянской революционности как идеологии первого этапа освободительного движения в стране. Герцен был дворянским революционером именно потому, что, вслед за декабристами, долгое время рассматривал передовые круги дворянства как ведущую силу русской революции. Достаточно напомнить его обращения к русскому дворянству в первых изданиях Вольной русской типографии. «В вашей среде, – писал он, – развилась потребность независимости, стремление к свободе – и вся умственная деятельность последнего века. Между вами находится то самоотверженное меньшинство, которым искупается Россия в глазах других народов и в собственных своих. Из ваших рядов вышли Муравьев и Пестель, Рылеев и Бестужев. Из ваших рядов вышли Пушкин и Лермонтов. Наконец, и мы, оставившие родину, для того чтоб хоть вчуже раздавалась свободная русская речь, вышли из ваших рядов» 1. Не учитывать идеологической преемственности между декабристами и Герценом, преемственности, отчетливо сознававшейся самим писателем, – значит искажать его революционный и идейный путь, развитие Герцена в направлении к революционному демократизму, на позиции которого он окончательно перешел в 60-х годах.

Разумеется, общее понятие дворянской революционности отнюдь не означает полного тождества во взглядах различных направлений и отдельных деятелей внутри первого поколения, первого класса, действовавшего в русской революции. Известны существенные идейные расхождения между декабристами; отличительные; своеобразные черты должны были принять революционные воззрения и деятельность Герцена. Развитие демократических убеждений Герцена последовательно приводило его к сознанию кризиса дворянской революционности, к переосмыслению роли народа в освободительном движении и в конечном счете к приходу Герцена в лагерь революционной демократии. Но это был длительный и сложный процесс. Напрасно было бы полагать, что если в книге «О развитии революционных идей в России» Герцен высказал ясное понимание трагической отдаленности декабристов от народа, то тем самым он уже осознал революционную силу народа, стал революционным демократом.

В условиях русской действительности революционный демократизм был идеологией крестьянской революции в России. Именно поэтому В. И. Ленин тесно связал революционный демократизм Герцена с его отношением к революционному народу: «Не вина Герцена, а беда его, что он не мог видеть революционного народа в самой России в 40-х годах. Когда он увидал его в 60-х – он безбоязненно встал на сторону революционной демократии против либерализма» 2. Революционно-демократическое мировоззрение Герцена 60-х годов явилось закономерным результатом развития его демократических взглядов в 40 – 50-е годы. Такое понимание эволюции писателя отнюдь не «противоречит взглядам Ленина», как это кажется Л.

  1. А. И. Герцен, Собр. соч. в 30-ти томах, т. XII, Изд. АН СССР, М. 1957, стр. 80.[]
  2. В. И. Ленин, Сочинения, т. 18, стр. 14,[]

Цитировать

Путинцев, В. Вопросы изучения наследия Герцена / В. Путинцев // Вопросы литературы. - 1962 - №4. - C. 80-89
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке