Не пропустите новый номер Подписаться
№2, 1991/Книжный разворот

Творчество в изгнании

Sandler Stephanie, Distant Pleasures. Alexandr Pushkin and the Writing of Exile., Stanford University Press, 1989.

Каждая новая работа о Пушкине привлекает особое, даже ревнивое внимание. Зарубежные же исследования о творчестве и жизни Пушкина, хотя и оцениваются в обзорах как ‘интересные», все же a priori нередко вызывают почти снисходительное отношение. Несомненно, однако, что зарубежная наука о русской литературе имеет свою прочную базу, в основном иные, чем советское литературоведение, методы анализа текста и внетекстовой реальности, подхода к материалу. И все-таки у нас нет традиции – а обычно нет и возможности – вводить исследования зарубежных авторов в контекст отечественного литературоведения. В первую очередь это касается пушкинистики. Поэтически неполноценные переводы, сложность культурно-исторического периода (с конца XVIII до 40-х годов XIX века) – главные причины того, что Пушкин остается национальным русским поэтом, не раскрывая тайны своего дара иноязычным.

Современное состояние отечественной пушкинистики многими нашими литературоведами – судя по ответам на анкету «Литературного обозрения» в 1989 году – по разным причинам признается кризисным, что связано и с ощущением растерянности в литературоведении вообще. Кризис – явление таинственное: в нем скрыты силы новых знаний, более мудрых.

Американская пушкинистика, обычно находящаяся как бы в иной плоскости, продолжает пока движение – в своих масштабах вполне успешно – по самым различным путям, проложенным Джоном Бейли, Вальтером Виккери, Вильямом Тоддом и другими. Добавим к этому списку имена молодых исследовательниц: Карел Эмерсон, Моника Френкель, Сона Хойзингтон, Стефания Сэндлер. Являясь частью весьма мощного в США общего феминистского движения, так называемое феминистское направление в американской науке о литературе вырабатывает свои методы исследования и подхода к тексту, имеет свои периодические издания, нам, к сожалению, вовсе не знакомые.

Есть надежда, что лучшие работы зарубежных исследователей литературы со временем станут более доступны (сейчас каталоги даже крупнейших наших библиотек удручают) и появится возможность для научного диалога. Монография Сэндлер может явиться одной из реплик подобного разговора. Это явление научного литературоведения; и в то же время индивидуальный подход к материалу, сочетание различных методов анализа делает ее работу притягательной не только для филологов-пушкинистов.»Творчество в изгнании»… Это, пожалуй, ключевое понятие всей книги Ст. Сэндлер. Оно применяется автором по отношению к творчеству и жизни Александра Сергеевича Пушкина в период с 1820 по 1826 год, то есть к годам, традиционно называемым южной ссылкой и ссылкой в Михайловское. Отмечу, что мысль автора развивается не в направлении от более частной темы «особенности творчества Пушкина данного периода» к более общей «творчество поэта и писателя в ситуации изгнания», а наоборот: исследуется модель и ее структура выявляется в словесных формулах конкретных поэтических текстов. Анализ текстов сопровождается попыткой анализа культурно-исторической ситуации в России начала XIX века и попыткой осмыслить место Пушкина в истории России.

Коротко о структуре книги и методах исследования. Это не первая работа Ст. Сэндлер о Пушкине. За рубежом известна ее статья в «Slavic Review»»The Poetic of Authority in Pushkin’s «Andre Chanter» («Поэтика власти в «Андре Шенье» Пушкина»). В нынешней ее монографии исследуется небольшая, но разнообразная группа текстов, созданных в годы ссылки: лирика, поэмы, роман в стихах «Евгений Онегин» и драма «Борис Годунов». Автор не сосредоточивается на процессе превращения Пушкина в великого писателя России, – учитывая, что это произошло именно в эти годы, – а ставит задачу уловить в текстах эволюцию осмысления Пушкиным собственного творчества, своей страны и себя самого, России принадлежащего, «в ситуации отторгнутости от своих читателей и всей поэтической братии». «Годы ссылки, – пишет Сэндлер, – позволили Пушкину внутренне укрепиться, определить свое положение внутри российской культурной среды, подцензурной и недемократичной» (р. 4).

Ст. Сэндлер начинает исследование анализов трех стихотворений: «Деревни», «К Овидию» и «К морю». «Деревня», как известно, написана еще до отъезда на юг, но поэтика этого стихотворения, по мнению автора, характерна для творчества Пушкина периода изгнания. В основу следующих двух глав положена драма «Борис Годунов». В последней главе как исходный материал взяты «южные поэмы» и «Евгений Онегин». Тексты цитируются на русском и английском языках.

Как большинство работ американской школы, исследование Ст. Сэндлер отличается пестротой методологических и теоретических приемов. Часто даются биографические и исторические пояснения, необходимые зарубежному читателю. Тексты в основном анализируются на основе принципов формальной школы, так как, по признанию автора, именно работы Б. Эйхенбаума, В. Шкловского, Ю. Тынянова и В. Жирмунского сформировали американскую школу изучения и прочтения русских поэтических текстов. Важными для автора становятся категории остранения, диалога, обращения, «чужого голоса», и, соответственно, теория диалогизма М. Бахтина при прочтении текстов оказывается одной из самых «рабочих». Говоря о сексуальной доминанте в «южных поэмах», автор использует и некоторые положения фрейдизма.

В отношении к тексту Ст. Сэндлер руководствуется принципами Так называемого деконструктивного метода, или метода прочтения, основанного на отказе от интерпретации текста и, таким образом, совершения насилия над ним и признании наличия в тексте множества даже противоположных смыслов, прочитываемых в словесных конструкциях, метода, наиболее полно описанного в последних работах Пола де Мэна1. «Прочтение пушкинского текста означает для меня, – пишет Ст. Сэндлер, – вступление с ним в активные взаимоотношения, ибо он сам подсказывает методы его анализа».

Автор монографии вводит в свои рассуждения, полемизируя и соглашаясь, выводы работ современных советских литературоведов-пушкинистов: В. Вацуро, Б. Гаспарова, Б. Городецкого, Ю. Лотмана, Н. Петруниной. Особое значение для Ст. Сэндлер как исследователя имеют работы Л. Гинзбург. Указание на связь с творчеством Л. Гинзбург кажется существенным, так как это явление, несомненно, особое. Говоря словами А. Битова, «она основоположила экспериментальное литературоведение, в отличие от остального, наукой называемого больше из академической вежливости» 2. Рискуя чересчур увлечься цитированием, напомню высказывание А.

  1. «Allegories of Reading» (1978), «Blindness and Insight» (1983), «The Rhetoric of Romanticism» (1984), «The Resistance Theory» (1986).[]
  2. См.: «Литературное обозрение», 1989, N 10, с. 79.[]

Цитировать

Двинская, Ю. Творчество в изгнании / Ю. Двинская // Вопросы литературы. - 1991 - №2. - C. 210-217
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке