№6, 1975/Обзоры и рецензии

Пора совершеннолетия

«Детская литература 1973». Сборник статей, «Детская литература». М. 1973. 318 стр.

Ежегодный сборник «Детская литература» существует с 1952 года. За двадцать с лишним лет это издание сильно изменилось. Конечно, интересные статьи были уже в первых сборниках, например Е. Блиновой «Вопросы детской литературы в «Литературной газете» Пушкина и его друзей», статьи о П. Бажове, Иване Франко, «Детстве» Горького и др. Однако первые ежегодники были перенасыщены статьями-перечислениями, статьями-каталогами, к которым даже бывали приложены таблицы: в каком году, сколько произведений издано на такую-то тему, а сколько – на такую-то.

Наряду с подобными обзорами в разделе «Статьи и исследования» часто встречалось то, что теперь назвали бы социологическим исследованием читательского восприятия, – эти исследования также были оснащены большим количеством таблиц.

Более содержательные и живые статьи, как правило, помешались в разделе «Литературно-критические чтения». Потом этот раздел исчез и вместо него в 1959 году появился отдел «Трибуна писателя».

Постепенно сборники «Детская литература» эволюционировали в сторону проблемности, полемики, отражая в определенной мере те изменения, которые происходили и в самой детской литературе.

В книге 1956 года появилась статья учителя С. Гуревича, в которой характеризовались тенденции современной подростковой прозы. С. Гуревич, в частности, привел письмо девочки, которая росла в сложной семейной обстановке. Она спрашивала: почему у нас тишь и гладь в школьных повестях? Но именно тогда, в середине 50-х годов, уже появились повести, где жизнь подростков и их проблемы тесно переплетались с проблемами взрослой жизни.

В 60-е годы о «сложных» семьях так или иначе писали, писали о тех семьях, в которых подросток сталкивается с пошлостью, жадностью, с ненавистью ко всему «непохожему», писали и об отрицательных явлениях школьной жизни, об их влиянии на душевный мир подростка, писали о первой любви и о многом другом, о чем во многих книгах для детей почему-то до поры до времени умалчивалось.

Со временем авторы ежегодников по-другому заговорили о маленьком читателе: живее, интереснее (первой такой работой была статья Л. Невлера «Дети смотрят картинки…», «Детская литература. 1958 год»). Изменились обзорные статьи. Тому свидетельство – доклад В. Берестова о дошкольной книге («Детская литература. 1962 год»), обзор военной литературы, сделанный В. Приходько в сборнике 1970 года.

За двадцать с лишним лет своего существования ежегодник «Детская литература» поместил множество дельных, глубоких статей о творчестве отдельных детских писателей, о наследии того или иного «взрослого» писателя в детском чтении. Это статьи о П. Бажове, Иване Франко, М. Горьком, А. Толстом, Г. Снегиреве, Э, Выгодской, М. Пришвине, К. Хетагурове, З. Александровой, А. Линдгрен, С. Голицыне, Б. Заходере и других.

Сборник «Детская литература 1973» показывает, чем стали эти выпуски теперь.

Прежде всего он привлекает широкий круг читателей высоким процентом новой «информации», оригинальным видением творчества писателей.

С этой точки зрения обращает внимание статья М. Петровского «Сделал дядя Маяковский…».

«Советская поэзия для детей воздвигалась, как на трех китах, на творчестве Чуковского, Маршака, Маяковского.

За давностью лет, за трудами истолкователей, стерших в портретах прославленных основоположников наиболее драгоценные-личные-черты, может показаться, будто все три равно необходимые детской литературе кита и плавали на один манер. Читая иные сочинения… неискушенный читатель вынужден будет сделать вывод, что все трое одинаково хорошо писали неразличимо одинаковые прекрасные стихи».

Таково начало, а далее М. Петровский продолжает: «взрослое» литературоведение обходит «детского» Маяковского, очевидно, не числя его по своему ведомству, а литературоведение «детское» сплошь да рядом изучает стихи поэта «для детков» таким образом, словно Маяковский – какой-нибудь древнегреческий лирик и, кроме этих четырнадцати его произведений, никакие другие до нас не дошли».

М. Петровский раскрывает перед нами по крайней мере две неожиданные, доселе не замеченные черты «детского» Маяковского.

Первая. В отличие от К. Чуковского, которому ребенок «интересен именно как ребенок», и от Маршака, у которого «детский мир… не противопоставлен миру взрослому, а плавно переходит в него», Маяковский «не устает призывать своих маленьких читателей скорее пробежать этот возраст, как пробегают второпях опасный или скучный участок пути. Главное время в его стихах – будущее взрослое«.

Критик объясняет, почему это так: мечта о прекрасном будущем пронизывает и многие «взрослые» произведения поэта, а дети для него – это прежде всего граждане будущего коммунистического общества.

Вторая, Стихи В. Маяковского для детей всеохватны: все о том, что такое хорошо и что такое плохо, все о профессиях, а не просто стихи о враче или стихи о летчике («Кем быть?»), вся география («Прочти и катай в Париж и в Китай»), все о городе («Гуляем»), все звери («Что ни страница – то слон, то львица»), все производственные процессы («Конь-огонь») и так далее.

Кое в чем М. Петровскому хочется возразить. Так, мне кажется весьма спорным прочтение стихотворения «Эта книжечка моя про моря и про маяк» как политической аллегории-«корабль, бурное море, маяк, который зажигается рабочим, тихая бухта. То есть: революция, история, партия, социализм».

Не очень убедительно и прочтение стихотворения «Мы вас ждем, товарищ птица…» как сатиры на «показуху» и бюрократизм в пионерском движении.

Ф. Светов в статье «Короленко – детям» прослеживает тесную связь всего творчества писателя с его произведениями для детей. Правда, на мой взгляд, интересный сам по себе рассказ Ф. Светова о мултанском деле и разбор соответствующих очерков В. Г. Короленко не очень-то имеют отношение к теме статьи.

Касаясь наиболее «детского» произведения В. Короленко – «В дурном обществе», Ф. Светов объясняет интерес героя-рассказчика к «отверженному» обществу отверженностью и одиночеством самого мальчика, его отвращением к окружающей фальши, стремлением к подлинности, Таким образом, критик впервые связал воедино то, что до сих пор в статьях и учебниках было принято рассматривать как две параллельные сюжетные линии: одиночество рассказчика в семье и история маленьких бродяг – Валека и Маруси.

Старейший критик детской литературы А. Ивич представлен в сборнике содержательным исследованием о ритмическом построении «Кладовой солнца» М. Пришвина, о связи этой повести с традициями фольклорной сказки.

Статья В. Швейцер «Воспитание сказкой» начинается с рассказа о том, как Т. Габбе в дни ленинградской блокады в бомбоубежище под стук метронома рассказывала детям сказки. Богатый материал позволяет автору интересно поразмыслить о роли детского писателя, рассказать о том, как собираются сказки, как обрабатываются. Критик показывает, как органично сплетены фантазия и реальное в каждой пьесе Т. Габбе.

Чрезвычайно интересный материал собрала Е, Путилова – автор исследования «Вопросы теории и критики в журнале «Детская литература» (1932 – 1941)».

Ее работа напоминает, что детское литературоведение зачиналось тридцать – сорок лет тому назад.

Недавно, года два-три назад, журнал «Детская литература» провел дискуссию о специфике детской литературы. Из статьи Е. Путиловой мы узнаем, что такая же дискуссия проводилась на страницах журнала в 1938 году, причем с наиболее спорными положениями выступал А. С. Макаренко. Интересны в работе Е. Путиловой материалы, рассказывающие о развернувшейся в журнале дискуссии по поводу «Военной тайны» А. Гайдара.

Оказывается, большинство участников обсуждения «Военной тайны» увидели в ней традиционную «задушевную» повесть, а некоторые даже сравнивали Альку с Евой Сен-Клер из известного произведения Бичер-Стоу.

Однако, хотя статья Е. Путиловой безусловно интересна в познавательном отношении, все это – дела давно минувших дней. Ежегодник, на обложке которого стоит «1973», обязательно должен в центр внимания поставить проблемы детской литературы, характерные именно для 1973 года. К сожалению, в этом смысле у сборника удач меньше всего.

Обзорные статьи сборника 1973 года – З. Крахмальниковой, Е, Зубаревой, А. Тверского, – хотя и ушли от статей с таблицами 50-х годов, все же далеки от лучших образцов предыдущих лет и «грешат», как это часто бывает с обзорами, скороговоркой, описательностью.

Е. Зубарева, например, посвятила обзор серии «Библиотека пионера». Но большинство произведений, о которых она написала, были уже не раз подробно проанализированы. Критик, в общем-то, повторила известное.

Содержательны статьи, посвященные творчеству отдельных писателей: Г. Муравина о Р. Парве, Ф. Льва о Вл. Николаеве, А. Исаевой о Дж. Крюсе.

А. Исаева, в частности, говоря о «веселом писателе» Джеймсе Крюсе, еще раз напомнила о значении «нонсенс» в детской литературе. Это очень кстати, ибо гонители так называемой «бессмыслицы» еще, к сожалению, не перевелись.

Двойственное впечатление оставляет статья Е. Языковой «Беспокойное пламя творчества» (литературный портрет Н. Кончаловской). Интересный человек, интересная биография: дочь П. Кончаловского, внучка В. И. Сурикова. Но постепенно возникает ощущение, что перед тобой не литературный портрет деятеля культуры, а просто семейный альбом. Много фотографий, реликвий, воспоминаний, но о творчестве писательницы сказано маловато, а о творчестве для детей – и того меньше.

Если двадцать второй год считать, как в старину, годом совершеннолетия, то можно сказать, что ежегодник «Детская литература 1973» встретил свое совершеннолетие вполне зрелым и, что особенно примечательно, он от года к году совершенствуется.

Цитировать

Васич, И. Пора совершеннолетия / И. Васич // Вопросы литературы. - 1975 - №6. - C. 256-259
Копировать