№2, 1985/Обзоры и рецензии

О специфике и энергии литературы

Юрий Андреев, Волшебное зрение. Специфика литературы в современных преломлениях. Л., «Советский писатель», 1983, 408 с.

Новая книга Юрия Андреева «Волшебное зрение», имеющая разъяснительный и точный подзаголовок «Специфика литературы в современных преломлениях», органично продолжает такие его работы, как «Наша жизнь, наша литература» (1974) и «В поисках закономерности» (1978). В ней, как и в предыдущих работах, содержится серьезный анализ важнейших проблем современной литературной и культурной жизни. Основательность анализа, его теоретическая оснащенность сочетаются у Ю. Андреева с живостью и ясностью изложения. Автор явно стремится расширить круг своих возможных читателей, он подчас оперирует примерами и аналогиями, близкими современной научно-технической интеллигенции, не забывает о вкусах, пристрастиях и интересах студенчества, а также многочисленных слоев читателей, не искушенных в литературоведческой проблематике, но интересующихся литературой как таковой. В этом сказывается своеобразие Ю. Андреева – критика и литературоведа, страстного полемиста, открывавшего на страницах «Литературной газеты» и других изданий не одну дискуссию, выступавшего в массовых аудиториях и специально изучавшего читательские интересы и потребности. Такая установка – на широкого читателя – обусловила и стиль книги: не только живой и выразительный, но и темпераментный, подчас парадоксальный, по интонации нередко доверительно-разговорный. Нельзя сказать, чтобы тут обошлось без крайностей: разговорный стиль требует исключительной авторской выдержки, такта и литературной виртуозности, но крайности – это только крайности, книга читается с интересом.

По складу своего дарования Ю. Андреев – публицист в широком смысле этого слова, то есть он и просветитель, и педагог, и методист. Стремясь расширить возможный круг своих читателей, он обращается и к тем из них, кто в литературоведении и в смежных с ним науках почти несведущ. Поэтому в его книге есть места распространенно-разъяснительного характера: о принципах литературного повествования, о различиях между искусствами, например между литературой и кино, о моменте информации в художественном произведении и о плотности образа. Эти места специалисту или же человеку, более или менее знакомому с предметом, могут показаться почти общеизвестными. Ю. Андреев хитроумно учитывает и этот момент: он не хочет терять так называемого широкого читателя, но и не желает лишиться внимания специалиста. Поэтому свой текст он как бы неуклонно ведет по восходящей линии – как в педагогике: от простого к сложному, и там, где нам все казалось ясным, он неожиданно демонстрирует сложность, неразгаданность.

Может быть, самое привлекательное в его книге – это сосуществование в ней одновременно самых разных уровней, когда книга становится интересной для всех. Кстати, Ю. Андреев специально занимался проблемой интересного в литературе, проблемой читателя, вопросами соотношения между искусствами в глазах и в понимании различных слоев читателей. Эти его работы, ранее известные по журнальным публикациям, по газетным дискуссионным статьям, органично вошли в книгу.

С некоторыми его суждениями можно не соглашаться, но они, как правило, не надуманны и потому по-настоящему интересны. Иногда автор даже не склонен делать каких-либо решительных выводов, но материал, который он демонстрирует (например, о «престижности» интересов), прямо-таки взывает к размышлению. Оказывается, например (по результатам социологических исследований и по собственным изысканиям автора), что наиболее престижным среди интересов является чтение, а телевидение и кино идут на втором и третьем месте. Но на деле телевидение и кино берут гораздо больше свободного времени, чем литература. Следовательно, между провозглашенным интересом и реальным «потреблением» тех или иных видов искусств существуют достаточно широко раздвинутые ножницы. Или, скажем, почему телевидение занимает в досуге сельского жителя больше места, чем у городского?

Даже из этих примеров видно, что книга Ю. Андреева не замкнута ни в литературе, ни в литературоведении. Это живой и очень широкий разговор с современным читателем по поводу самых различных проблем культуры, а в культуру, как известно, входит не только литература, но даже и быт – со всеми нынешними радостными, печальными, а то и обескураживающими особенностями его досуга.

Разнообразие проблематики этой книги сказывается и в непривычной многочисленности и пестроте ее глав, то названных вполне серьезно, научно, то с юмором, то с откровенным желанием привлечь внимание читателя, не очень-то расположенного к серьезным материям. Все главы и главки снабжены, словно в солидной научной монографии, пронумерованными приложениями, в свою очередь имеющими продолжения и пояснения в последующих главах. Обычно эти приложения представляют собою самостоятельные серьезные статьи, например, о «Климе Самгине», о «Тихом Доне», о «Войне и мире» в читательском восприятии и т. д. Следуя обычно после тех или иных теоретических рассуждений, эти приложения практически, на примере конкретных художественных произведений подкрепляют мысли автора.

Этот интересный композиционный принцип очень удачно, на мой взгляд, «заземляет» и конкретизирует теоретическое решение, данное в той или иной главе. Так, например, общий разговор о специфике литературы в первой главе убедительно переводится в размышления о партийности литературы и основах социалистического реализма посредством неожиданного и оригинального анализа романа «Жизнь Клима Самгина». Точно так же приложения к главе, трактующей истоки и распространение всемирного «документального взрыва», конкретизируют определяющую роль таланта и принципов художественного творчества при решении вопроса о том, будет или не будет жить построенное на базе документированных фактов произведение.

Книга Ю. Андреева многопроблемна. Среди этих проблем есть особо дорогие для автора. Их решение, за исключением каких-то частных моментов, представляется и верным, и актуальным. Так, например, автор считает, и с ним нельзя не согласиться, что школьное и вузовское преподавание классической литературы должно обязательно учитывать необходимость «привязки» так называемых «вечных тем» к болям и заботам современности, иначе оно превратится в схоластическое заучивание сторонних для учащихся фактов. Он прав также, говоря, что литература должна быть интересной, причем, говорит он, каждый возраст читателей нуждается в своем интересном. Здесь Ю. Андреев, на мой взгляд, принципиально и четко отделяет интересное от занимательного.

Заслуживает внимания и теоретическое, но на основе практического анализа определение различий между словесным искусством и иными его видами. Эта проблема, имеющая, как известно, давнюю историю, позволяет ему найти новые повороты относительно выявления особенностей сценария. Он считает, что проблема сценария должна ставиться глубже и шире, так как сценарий в наше время лежит в основе самых массовых видов искусства, таких, как кино или телевизионные передачи.

Наконец, очень важен, широкий и принципиальный разговор, который ведет в своей книге Ю. Андреев относительно вкусов массового читателя, а точнее, о необходимости поднять этот уровень, чтобы сделать наиболее читаемыми высокохудожественные и серьезные произведения, дабы поставить на свое место просто занимательное и отсечь беллетристический ширпотреб.

Новая книга Ю. Андреева – интересное и серьезное явление в нашем литературоведении. Нет сомнения, что она найдет того широкого читателя, о котором мечтает и заботится автор.

Цитировать

Павловский, А.С. О специфике и энергии литературы / А.С. Павловский // Вопросы литературы. - 1985 - №2. - C. 194-196
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке