№8, 1978/Хроника

О составе сборника Иннокентия Анненского «Кипарисовый ларец»

«Кипарисовый ларец» вышел в свет в апреле 1910 года – спустя четыре месяца после смерти его автора. И сразу же сформировались противоположные мнения о композиционной структуре сборника, прежде всего о распределении стихов по знаменитым трилистникам. Восторженно говорил об этом К. Бальмонт: «Если я возьму сборник стихов Анненского, и не сборник, а книгу, «Кипарисовый ларец», и просто перечислю перечень оглавления, не весь конечно, это длинно, но хоть часть, я достигну этим ощущения музыкальности души; он, поэт, достигает музыкального ясновиденья в моей душе…» 1. В. Брюсов, напротив, находил распределение искусственным и претенциозным2. Критики, заведомо предубежденные против новейшей поэзии, разумеется, тоже не приняли композиционных приемов Анненского3.

Ниже приводятся не рассматривавшиеся ранее материалы, которые дают некоторое представление о том, как сам Анненский мыслил себе состав своей книги. Но сначала нужно объяснить, почему возникает вопрос о собственных представлениях Анненского, – ведь, казалось бы, мы и так можем судить о них по тому, как они воплощены в «Кипарисовом ларце». Изложим творческую историю сборника.

В 1904 году была издана книга стихов Анненского «Тихие песни» (под псевдонимом «Ник. Т-о»). Видимо, до начала 1906 года он задумал второй поэтический сборник. Свидетельство тому – титульный лист одной из его тетрадей: «Ник. Т-о. Вторая книга стихов. Из кипарисовой шкатулки. 1 – 70. Царское Село. 1905» 4. Состав стихотворений в этой тетради мы в дальнейшем будем условно называть проектом 1905 года. В одном из блокнотов Анненского сохранились и два более поздних варианта списка произведений для этого сборника5. Они следуют в блокноте за деловыми записями весны 1907 года, – условно назовем эти списки проектом 1907 года. К апрелю 1908 года уже определилось название сборника «Кипарисовый ларец», как явствует из ответных писем издателя А. А. Бурнакина6, которому Анненский послал одиннадцать стихотворений из будущей книги для публикации в альманахе «Белый камень».

Вероятно, в начале 1909 года Анненский надеялся издать «Кипарисовый ларец» с помощью К. Чуковского. Последний способствовал изданию «Второй книги отражений» (вышедшей в апреле 1909 года). 7 мая С. К. Маковский писал К. Чуковскому: «…Несколько недель уже тому назад я отправил Вам письмо, в котором прошу Вас <…> прислать мне книжку стихов в рукописи, переданную Вам Ин. Федор. Анненским – по его просьбе, разумеется» 7. Маковский, надо полагать, намеревался извлечь из рукописи материал для публикации в основывавшемся им журнале «Аполлон». Но, кроме того, при новом журнале планировалось и основание книгоиздательства. Несомненно, в первую очередь должен был встать вопрос о печатании книги стихов Анненского8.

К осени 1909 года выяснилось, что издание книг при «Аполлоне» откладывается. В начале ноября при посредничестве М. Волошина руководитель издательства «Гриф» С. А. Соколов предложил Анненскому выпустить его сборник9. Получив согласие автора, Соколов в письме, полученном Анненским 16 ноября, просил его поторопиться с присылкой рукописи, – он рассчитывал издать книгу к концу декабря. Но спустя две недели рукопись все еще не была подготовлена. Вот что пишет об этом сын поэта В. И. Анненский-Кривич, вспоминая день смерти отца – 30 ноября 1909 года: «На обеденном столе – тетради, рукописи, листки с карандашными заметками. Это материалы «Кипарисового ларца», которые я обещал отцу окончательно разобрать и подобрать для отсылки в московский «Гриф» 10. Вчерне книга стихов эта планировалась уже не раз, но окончательное конструирование сборника все как-то затягивалось. В этот вечер, вернувшись из Петербурга пораньше, я собрался вплотную заняться книгой. Некоторые стихи надо было заново переписать, некоторые сверить, кое-что перераспределить, на этот счет мы говорили с отцом много, и я имел все нужные указания» 11. В черновике этих воспоминаний Кривич писал: «В общих чертах книга отцом была уже спланирована. Но еще не все, так сказать, «набело». Кой-какие детали в смысле компоновки сборника оставалось еще доделать. Самому отцу заняться этим делом окончательно было некогда, да и чужд он был вообще всей этой технической стороны издавания…» 12.

В тот вечер Кривичу не удалось завершить работу – спустя несколько часов пришло известие о смерти отца. Он возобновил подготовку книги через две недели13.

Таким образом, говорить об «авторской воле» применительно к «Кипарисовому ларцу» в издании 1910 года в высшей степени затруднительно. Предоставим слово авторитетнейшему знатоку наследия Анненского: «Среди многочисленных рукописных материалов в архиве поэта нет документа, который можно было бы считать авторским планом этой книги. Оригинал, подготовленный для набора, также не обнаружен. Поэтому не исключено, что роль В. Кривича в определении состава и композиций сборника была довольно значительной, и сейчас невозможно установить, что прямо соответствует намерению автора, а что доделано рукой его сына, хотя бы и по общим указаниям автора» 14.

Но мы имеем возможность получить представление о предшествующем этапе работы Анненского над книгой. Речь идет о единственном зафиксированном плане «Кипарисового ларца», который находится в письме О. П. Хмара-Барщевской к Кривичу от 7 февраля 1917 года15.

Об авторе письма Кривич писал: «К 80-м годам относится и начало сближения с нашей семьей Ольги Петровны Мельниковой, урожд. Лесли (сестры В. П. Лесли), ставшей впоследствии Хмара-Барщевской – женой моего старшего брата и матерью любимого внука Вали. С первых же дней своего замужества О. П. Хмара-Барщевская не только родственно, но и сердечно вошла в нашу семью, а с годами связь эта становилась все теснее и крепче. Много лет она с детьми уже непременно часть зимы проводила у нас, сначала в Петербурге, а потом в Царском (Хмара-Барщевские жили в деревне). О. П. не только с любовью, но, я бы сказал, с каким-то благоговейным вниманием следила за творчеством отца, – и о ней, конечно, мне не раз еще придется и говорить и упоминать в этих моих записках» 16. В 1917 году О. Хмара-Барщевская записала свои воспоминания об Анненском, которые собиралась печатать с приложением его «удивительно поэтических» писем к ней (эти воспоминания и письма пока не разысканы). Ей в дневник Анненский написал обращенное, по-видимому, к ней стихотворение «Последние сирени». Один из эпизодов их личного общения отразился в стихотворении «В марте» (все эти сведения почерпнуты из писем О. Хмара-Барщевской к В. В. Розанову17). Кроме того, ей были посвящены стихотворение «Стансы ночи» и перевод еврипидовского «Геракла». Ей доверял Анненский вписывать стихи в его «авторскую тетрадь».

  1. К. Бальмонт, Поэт внутренней музыки, «Утро России», 3 декабря 1916 года.[]
  2. В. Брюсов, Далекие и близкие, М. 1912, стр. 159.[]
  3. Л. Войтоловский, Парнасские трофеи, «Киевская мысль», 27 июля 1910 года.[]
  4. ЦГАЛИ, ф. 6 (И. Ф. Анненский), оп. 1, ед. хр. 17.[]
  5. Там же, ед. хр. 272, л. 15 – 15об.[]
  6. Там же, ед. хр. 303.[]
  7. ОР ГБЛ, ф. 620 (архив К. И. Чуковского).[]
  8. Подробнее о взаимоотношениях Анненского с «Аполлоном» см.: И. Ф. Анненский, Письма к С. К. Маковскому. Публикация А. В. Лаврова и Р. Д. Тименчика, «Ежегодник рукописного отдела Пушкинского дома на 1976 год» (в печати).[]
  9. ЦГАЛИ, ф. 6, оп. 1, ед. хр. 364.[]
  10. В черновике воспоминаний Кривич сообщает о своем последнем разговоре с Анненским накануне ночью: «Спросив, начал ли я работу с рукописями «Ларца», и получив категорическое обещание завтра же за них взяться…» (ЦГАЛИ, ф. 5 (В. И. Анненский-Кривич). оп. 1, ед. хр. 50, л. ЗЗоб.).[]
  11. Валентин Кривич. Иннокентий Анненский по семейным воспоминаниям и рукописным материалам. «Литературная мысль», 1925, III, стр. 208.[]
  12. ЦГАЛИ, ф. 5, оп. 1, ед. хр. 50. л. 18.[]
  13. См. письмо С. Соколова к Кривичу от 19 декабря 1909 года, – ЦГАЛИ, ф. 5, оп. 2, ед. хр. 8, л. 2.[]
  14. А. В. Федоров, Примечания, в кн.: Иннокентий Анненский, Стихотворения и трагедии, «Советский писатель», Л. 1959, стр. 562.[]
  15. ЦГАЛИ, ф. 5. оп. 1, ед. хр. 104.[]
  16. Валентин Кривич, Иннокентий Анненский по семейным воспоминаниям и рукописным материалам, стр. 231. Записки Кривича остались незавершенными.[]
  17. ЦГАЛИ, ф. 419 (В. В. Розанов), оп. 1, ед. хр. 687.[]

Цитировать

Тименчик, Р. О составе сборника Иннокентия Анненского «Кипарисовый ларец» / Р. Тименчик // Вопросы литературы. - 1978 - №8. - C. 307-315
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке