№12, 1976/Книжный разворот

Искусство против империализма

«Imperialismus und Kultur. Zur kulturellen Entwicklung in der BRD», Dietz Verlag, Berlin, 1975, 580 SS.

В последние годы культура все заметнее становится одним из важнейших участков идеологической борьбы. Возросшая роль культурных факторов в жизни современного общества, а также изменившаяся – в пользу социализма – расстановка сил в мире объясняют в значительной мере, почему именно область искусства оказывается ареной непримиримого столкновения идей. Климат разрядки, заставляющий наших противников прибегать к более гибкой и изощренной тактике, способствует появлению новых аспектов борьбы в сфере духовной жизни. «Положительные сдвиги в мировой политике, разрядка создают благоприятные возможности для широкого распространения идей социализма. Но, с другой стороны, идейное противоборство двух систем становится более активным, империалистическая пропаганда – более изощренной. В борьбе двух мировоззрений не может быть места нейтрализму и компромиссам. Здесь нужна высокая политическая бдительность, активная, оперативная и убедительная пропагандистская работа, своевременный отпор враждебным идеологическим диверсиям», – отмечалось в докладе тов. Л. И. Брежнева на XXV съезде КПСС.

В этой связи серьезное значение приобретает изучение проблем культуры современного буржуазного общества. Многое уже сделано в этой области советскими учеными, их коллегами из социалистических стран, в частности ГДР. Одной из серьезных теоретических работ о буржуазной культуре и культурной политике является коллективный труд «Империализм и культура», подготовленный группой ученых (Д. Улле – руководитель коллектива, Э. Хекель, А. Хохмут, Х. Кесслер, К. Цирман) Института общественных наук при ЦК СЕПГ.

Это исследование основных тенденций развития культуры и искусства в условиях современного монополистического капитализма. Оно подчинено единой, методологически обоснованной концепции: процессы, развертывающиеся в сфере культурной жизни, рассматриваются в широком контексте экономических, политических, общественных факторов. Таким образом, в основе исследования находится марксистский подход к развитию культуры в истории общества. Именно благодаря такой концепции собранный здесь обширнейший фактический материал, охватывающий проблемы развития культуры в Германии (начиная с Веймарской республики и до разгрома фашизма) и затем в ФРГ, не распадается, не превращается в хаотическое нагромождение цифр и фактов, а обретает цельность и стройность. Это позволяет осмыслить явления духовной жизни Германии XX века на разных этапах ее развития, особенно в условиях современного западногерманского государства, с учетом всей многогранной исторической специфики, а также разоблачить несостоятельность разного рода немарксистских попыток интерпретации культурного развития в эпоху империализма.

Здесь охвачены разнообразнейшие аспекты культуры, понимаемой – на базе марксистской науки – как «комплексное, исторически-конкретное социальное явление, имманентное всем сферам общественной жизни, представляющее собой одну из сторон человеческой деятельности и охватывающее всю систему условий труда и жизни человека».

Анализируя в отдельном конкретном случае противоречиво развивающуюся немецкую культуру XX века, культурную ситуацию в ФРГ наших дней, создатели труда исходят из ленинского тезиса о двух культурах в каждой национальной культуре. Любое явление искусства, литературы и т. д. обретает свое место в системе четких исторических координат, – авторы сопоставляют, выявляют диалектические связи между самыми, разнообразными, порой взаимоисключающими тенденциями.

Так, рассматривая период Веймарской республики, они разоблачают легенду о «золотых двадцатых годах» и вскрывают процесс поляризации сил, показывают обострение противоречий между господствующей империалистической культурой (разновидностью которой уже тогда становится «массовая культура») и силами демократического, социалистического искусства, связанного с организованным движением рабочего класса. Они анализируют и реакционные, упадочнические тенденции в буржуазной культуре того времени, и сформировавшееся внутри нее сильное гуманистическое направление, – в частности, расцвет критического реализма, выдвинувший на авансцену такие блестящие имена, как Томас Манн, Генрих Манн, Л. Фейхтвангер, А. Цвейг, – и процесс вовлечения многих писателей, художников в политическую борьбу.

Культурно-историческое истолкование получает в книге и позорное двенадцатилетие нацистского господства, которое могло бы служить синонимом разрушения гуманистических ценностей. В труде прослеживается (может быть, не столь обстоятельно, как того заслуживает мало изученный с этой точки зрения период) процесс истребления литературы, сопровождавшийся массовым распространением националистической демагогии, насаждением идеологии фашизма; в этом чудовищном климате обильно произрастало лжемонументальное, напыщенное, псевдонародное искусство «крови и почвы». Однако и в эти годы, как известно, не умолкал голос прогрессивной немецкой культуры, звучало слово ее лучших представителей. Демократическая и социалистическая культура немецкого народа продолжала развиваться, – изгнанная из своей родины, она крепла в интернациональной антифашистской борьбе.

После крушения третьего рейха шансы коренного демократического переустройства не были использованы в западной части Германии. В то время как на Востоке страны успешно создавались основы мирного, подлинно демократического развития, на Западе была сохранена и укреплена система монополистического капитализма; духовное развитие здесь также пошло иным путем.

В 50-е годы значительная часть западногерманской культуры несет на себе печать антикоммунизма, отражая господствующую политическую тенденцию «эры Аденауэра». Образование ФРГ углубило противоречия между господствующей империалистической культурой и силами, представляющими культуру последовательно демократическую.

В условиях «холодной войны», антисоветизма, активно проникавшего и в сферу духовной жизни, большое значение приобретали усилия прогрессивных художников, литераторов, которые противостояли этим тенденциям, создавали острокритические, разоблачительные произведения. Авторы отмечают, в частности, гуманистическую, демократическую позицию, которую занимал в ту пору Г. Бёль; его произведения бичевали фашизм, «экономическое чудо», обывательскую косность духа. Против опасной идеологии реваншизма выступали в этот период и другие видные писатели – Кёппен, Дёблин, Вайзенборн. В то же время в труде вскрывается и противоречивость позиции этих и многих других писателей, входивших, в частности, в «Группу 47», ограниченность их «нонконформизма», неспособность увидеть историческую альтернативу. Трудность положения, в котором находились в 50-е годы прогрессивные силы западногерманской культуры, усугублялась отсутствием связи с широкой аудиторией.

В 60-е годы наиболее заметными становятся те сдвиги в мировой расстановке сил, те новые черты, которые обретает на этом фоне и сама культурная жизнь, и политика в этой области, осуществляемая в развитых капиталистических странах.

На культурные процессы этого периода прямое влияние оказывают усилившийся экономический кризис, обострение внутренних и внешнеполитических противоречий, соревнование и борьба двух мировых систем, укрепление социалистического содружества. Авторы детально исследуют изменения в структуре духовной жизни Запада, происходящие под влиянием социализма, притягательность которого для весьма значительных слоев населения капиталистических стран становится очевидной. Анализируют признаки продолжающегося и углубляющегося кризиса господствующей буржуазной культуры, рассматривая его как часть общего кризиса капитализма. Этот процесс прослеживается в самых различных областях жизни – в сфере труда, образования, окружающей среды, организации досуга, морали; проявлениями его становятся криминализация общественной жизни, брутализация культуры.

На фоне изменившегося соотношения сил в мире меняются в 60-е годы и формы культурно-политической борьбы между социализмом и капитализмом. От прямой вражды, максимального ограничения контактов правящие круги переходят к «выявлению общности»; политика «культурного сближения» включает идею «внутренней эволюции» социализма, его «либерализации». Формулу «свободного обмена людьми, идеями и информацией» стремятся, как показано в труде, использовать противники социализма, чтобы попытаться замаскировать, опровергнуть классовый характер культуры, навязать социалистическому обществу буржуазную идеологию.

Когда в середине 60-х годов очевидной становится непопулярность политического курса ХДС/ХСС, когда в стране начинается процесс политизации общественной жизни, выявляется и необходимость изменения культурной политики «на внутреннем фронте». Изменения эти связаны в значительной мере с обострением классовой борьбы в стране. Старые элитарные концепции искусства становятся непригодными – на вооружение берется лозунг «демократизации культуры», наиболее соответствующий духу времени. Буржуазные идеологи разрабатывают концепции «сотрудничества классов» в сфере культуры, «бесклассовой культуры», «углубления социальной демократии» и «гуманизации общества».

Однако, как убедительно показано в труде, основной Тенденцией духовного процесса становится не «интеграция» интеллигенции в капиталистическую систему, а дальнейшая политическая дифференциация среди деятелей искусства, обострение противоречий между реакционной господствующей культурой и культурой прогрессивной. Заметный рост антимонополистических, демократических, социалистических сил внутри интеллигенции – характерная черта 60-х годов.

Весьма наглядным этот процесс дифференциации становится при анализе истории «Группы 47». Известно, что она сформировалась как объединение писателей-антифашистов, стремившихся к подлинному преодолению позорного прошлого, к демократическому переустройству, активно выступавших против милитаризации и реваншизма. Необходимо отметить, что многие авторы, входившие в «Группу 47», и поныне верны этим идеям. И в то же время события 60-х годов, обострившиеся классовые противоречия в ФРГ, война во Вьетнаме, борьба против «чрезвычайных законов», деятельность «внепарламентской оппозиции», движение молодежи – эти и другие внутренние и внешние факторы углубили противоречия внутри группы, способствовали политической и идеологической поляризации и привели в итоге к ее практическому распаду.

Расслоение внутри «Группы 47» стало выражением более широкого процесса, охватившего всю западногерманскую литературу. Нонконформистская позиция, связанная с представлением о перспективах «третьего пути», все больше оказывается в противоречии с действительностью капиталистического государства. Одни демократически настроенные писатели нашли или ищут путь к сотрудничеству с рабочим классом. В этом смысле характерна эволюция, которую проделал за минувшие годы такой видный писатель, как Мартин Вальзер. Другие активно участвовали в общественном движении 60-х годов, выступали против реакционного курса ХДС/ХСС, сохраняя, однако, иллюзии по отношению к социал-демократии и отвергая реальный социализм. А третьи открыто стали на путь антикоммунизма, что не могло не сказаться отрицательно на их творчестве.

Усилению демократических настроений среди художественной интеллигенции способствовала и растущая зависимость от монополий, заставляющая все острее ощущать утрату индивидуальной, творческой свободы. Об этом много пишут западногерманские литераторы, об этом они с тревогой говорили, в частности, на своем первом съезде в 1970 году. Кстати, именно из необходимости защитить свои права перед лицом всемогущих монополий и возник лозунг «солидарности одиночек», объединения писателей в единую организацию, вступления в профессиональный союз.

Как нам представляется, раздел книги, посвященный процессам дифференциации среди деятелей культуры, особенно значителен, ибо не только содержит малоизвестный материал, но и являет собой, пожалуй, первую попытку комплексного изучения этих проблем, причем не изолированно от других аспектов духовной и идеологической жизни.

Столь же новым материалом насыщен и последний раздел исследования, посвященный демократической, социалистической культуре в ФРГ. Это деятельность многих известных профессиональных прозаиков, поэтов, критиков; возникновение «Кружков рабочей литературы»; формирование нового театра, имеющего более широкую зрительскую аудиторию. Аналогичные явления наблюдаются в музыке, изобразительном искусстве, книгоиздательском деле. «Сегодня в ФРГ нет больше сферы культуры, где хотя бы отдельные художники не находились на мировоззренческих позициях революционного рабочего движения и не видели в реализме свое эстетическое кредо», – отмечают авторы. Реалистическое искусство и литература обретают, таким образом, новое качество, новую социально-политическую функцию. Передовые художники, писатели рассматривают реализм как оружие в классовых битвах, «как часть формирования политического сознания».

В этой связи весьма важен анализ той борьбы, которую приходится вести прогрессивным силам западногерманской культуры против различных вариантов «левого», а точнее, левацкого искусства, против радикалистских концепций с их крайним эклектизмом, неприятием культурного наследия, полным пренебрежением к эстетическому качеству искусства, отрицанием роли коммунистической партии в формировании духовных ценностей.

Между тем роль западногерманских коммунистов в решении культурных проблем поистине велика. Авторы показывают это в специальном разделе, где излагают и интерпретируют программу и цели ГКП в области культуры, ее работу по сплочению всех передовых сил западногерманского искусства и литературы.

Круг проблем, исследуемых в труде «Империализм и культура», необычайно широк, и, конечно, совершенно невозможно хотя бы бегло их все упомянуть. Безусловного внимания заслуживает, например, раздел, где исследуется система манипуляции общественным мнением в ФРГ через средства массовой информации и рекламы, через посредство навязываемых и популяризируемых идеологических теорий и концепций. Несомненный интерес представляет анализ состояния современной буржуазной науки, занимающейся проблемами культуры – как теоретических ее ответвлений, так и всей суммы прикладных наук, их места в идеологической борьбе современности. Авторы приходят к выводу, что при всей дифференциации внутри этой обширной области науки, при всем различии во взглядах и устремлениях ее отдельных представителей, главная ее цель – замаскировать реакционный характер господствующей культуры. Отсюда и стремление к переориентации с учетом потребностей времени (теории «индустриальной культуры», «новой массовой культуры», лозунг «демократизации культуры» и т. д.).

Немаловажное место в книге уделено теоретическим и практическим аспектам «массовой культуры», которую марксизм, в отличие от буржуазных концепций, рассматривает как комплекс социальных явлений в их исторической и общественной детерминированности.

А наряду с этим исследуется и состояние «традиционной» буржуазной культуры, ее противоречия, многослойность представляющих ее сил, прослеживаются тенденции и линии развития таких ее современных форм, как «театр абсурда», «молодой кинематограф», «поп-арт» и «фотографический реализм» и многое другое.

Оценивая достоинства этой работы, нельзя не отметить, что ее строгая научность, концептуальность не превращаются в голое теоретизирование. Научные тезисы здесь всегда аргументированы, выводы, к которым приходят авторы, основаны на фактах, на точно подобранных и проанализированных данных истории и современности.

Однако думается, стремление авторов к уточнению в каждом случае всех обстоятельств, в которых проявляет себя та или иная тенденция развития культуры, порой приводит к повторам, замедляет ход мысли, заставляя возвращаться к ранее сказанному. А это приводит и еще к одному недостатку: утяжеленный, насыщенный терминами язык ограничивает читательскую аудиторию.

Но в целом марксистское литературоведение обогатилось еще одним, в высшей степени актуальным исследованием.

Цитировать

Млечина, И. Искусство против империализма / И. Млечина // Вопросы литературы. - 1976 - №12. - C. 361-370
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке