№10, 1984/Идеология. Эстетика. Культура

Идеологическая борьба в литературах капиталистических стран Запада

Исторический момент, переживаемый ныне человечеством, указывается в материалах июньского (1983 г.) Пленума ЦК КПСС, «отмечен небывалым за весь послевоенный период по своей интенсивности и остроте противоборством двух полярно противоположных мировоззрений, двух политических курсов – социализма и империализма. Идет борьба за умы и сердца миллиардов людей на планете. И будущее человечества зависит в немалой степени от исхода этой идеологической борьбы».

Мы живем в мире, политический пульс которого определяется резкой конфронтацией двух политик: политики мира, дружбы, доброжелательства, равноправного сотрудничества между государствами, последовательно проводимой СССР, другими странами социалистического содружества, и милитаристской, империалистической политики США, стремящихся установить мировое господство и готовых развязать новую, термоядерную войну. Конечную цель такой политики раскрыл В. И. Ленин, указав, что «мировое господство» есть, говоря кратко, содержание империалистской политики, продолжением которой является империалистская война» 1.

Наша же страна, подчеркнул Генеральный секретарь ЦК КПСС, Председатель Президиума Верховного Совета СССР товарищ К. У. Черненко, открыта «для мирного взаимовыгодного сотрудничества с государствами всех континентов. Мы за мирное решение всех спорных международных проблем путем серьезных, равноправных, конструктивных переговоров. СССР будет в полной мере взаимодействовать со всеми государствами, которые готовы практическими делами помогать уменьшению международной напряженности, создавать в мире атмосферу доверия».

Однако все инициативы Советского Союза встречают резкое противодействие со стороны правящих кругов Соединенных Штатов. Из-за авантюристического курса США, затеявших безумную гонку вооружений, мир оказался отброшенным далеко назад – от периода разрядки и международного сотрудничества, принципы которого были закреплены в Заключительном акте Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (Хельсинки, 1975), к годам «холодной войны». Земной шар уже сегодня превращен в склад смертоносного оружия, способного уничтожить все живое, да и саму планету Земля. Но организаторам нового «крестового похода» против коммунизма и этого недостаточно, – администрация Рейгана приступила к милитаризации космоса и подготовке «звездной войны».

Все это не могло не привести к резкому обострению идеологической борьбы на международной арене, борьбы, которая сегодня приобрела воистину глобальный характер. И прежде всего она разворачивается вокруг кардинального вопроса современности, волнующего каждого человека, в каком бы уголке планеты ни находился его дом, – вопроса о войне и мире: ведь от решения его зависит будущее рода человеческого и судьбы цивилизации.

В тотальное идеологическое наступление на мировую социалистическую систему вовлечены огромные силы – государственные учреждения и специальные службы, институты и все средства массовой информации, тратятся колоссальные средства. И если раньше, в пропагандистских кампаниях, проводимых реакционными кругами США, ФРГ, других европейских капиталистических государств, наряду с антисоветизмом и антикоммунизмом наличествовала идеологическая война, так сказать, в «чистом виде», то теперь главный упор делается на «психологическую войну», которая, как указывалось на июньском (1983 г.) Пленуме ЦК КПСС, «ведется Западом на самой высокой, можно сказать, истерической антисоветской, антикоммуниста ческой ноте… Мы имеем дело с попытками организовать против нас настоящую информационно-пропагандистскую интервенцию…». В США выпущен – для внутреннего пользования – план психологической обработки населения зарубежных стран в духе антикоммунизма, для реализации которого ассигнуются десятки миллионов долларов. Под флагом «свободы культуры» пытаются протащить в нашу страну такую «продукцию», которая с подлинной культурой ничего общего не имеет, насадить идеи, прямо враждебные принципам гуманизма, коммунистической нравственности.

Однако, говоря о сложности идеологической, литературной жизни в мире, надо постоянно иметь в виду, что идейно-художественный прогресс связан с непростым, непрямолинейным, но неуклонным развитием и обогащением реалистического, демократического, гуманистического искусства, с успехами искусства, создаваемого на основе нового творческого метода – социалистического реализма. Именно на этом направлении в XX веке сделаны открытия, обогатившие духовный и художественный опыт человечества.

Творчество писателей-реалистов, вскрывающих антигуманистическую сущность буржуазного общества, утверждающих идеи антифашизма и антимилитаризма, активно противостоит реакционной культуре. Как отмечают советские исследователи, в конце 70-х, в 80-е годы позиции реализма во многих странах Запада заметно укрепляются. Настойчивые поиски художественно убедительного исследования современного человека в его связях с временем и обществом ведут передовые литераторы Латинской Америки, Азии, Африки, Поставив свое перо на службу миру и прогрессу, они стремятся воздействовать на процесс преобразования жизни на новых, демократических, а во многих странах – социалистических началах. И в этой работе они опираются на опыт, накопленный писателями стран социализма, в первую очередь советскими писателями.

«Исторический опыт XX века, – подчеркивает П. Федосеев в статье «Империалистическая агрессия и «психологическая война» («Правда», 10 сентября 1984 года), – особенно наглядно показывает: капитализм на своей высшей и последней стадии во всех отношениях стал главным тормозом прогресса, тяжелейшим камнем преткновения на пути решения коренных проблем человечества, которые успешно решены или решаются странами социализма. Реальный социализм выступает ныне как самая динамичная социальная система, полная жизненных сил и способная на величайшие исторические свершения… Возрастает притягательная сила социализма как главного оплота мира и безопасности народов, решающего фактора в борьбе с империализмом и угрозой мирового ядерного пожара».

Советская литература, родившаяся вместе с Великим Октябрем, открывшим путь к созданию цивилизации нового типа, встала в авангарде мировой культуры. Создав нового героя – человека активного, творческого действия, борца и преобразователя, показав действительность в ее революционном развитии, раскрыв силу и красоту коммунистических идеалов, она завоевала и продолжает завоевывать сердца миллионов читателей на всем земном шаре и – соответственно – вызывает ярость врагов.

В идеологической борьбе по ту сторону баррикад заняли свое место наши идейные противники всех мастей и оттенков – от крайне левых, еще прикрывающихся «ультрареволюционной» фразеологией, до крайне правых, давно отбросивших какие-либо «благопристойные» маски.

По-прежнему в центре атак реакционной буржуазной пропаганды оказывается великое учение классиков марксизма-ленинизма, – это обстоятельно показано в статье М. Мчедлова «Год Маркса и идеологическая борьба» («Коммунист», 1984, N 10). Становясь все более изощренным в тактических приемах и при этом не выдвинув ни одного нового тезиса, который со всех сторон не обыгрывался бы ранее, подчеркнул М. Мчедлов, наш идеологический противник стремится прикрывать свои нападки на марксизм-ленинизм внешне «объективным», «научным» анализом, старается «признавать на словах важность, марксизма, необходимость его изучения, справедливость отдельных его положений» и одновременно спекулирует «на некоторых особенностях современного мирового развития (прежде всего связанных с научно-технической революцией), на временных отливах и поражениях революционного движения в тех или иных странах, на сложностях строительства социализма, на специфике борьбы за социальное и национальное освобождение в развивающихся странах» (стр. 43).

В этих условиях особую значимость приобретают в нашей контрпропагандистской работе научная обоснованность, аргументированность и глубина выдвигаемых положений, наступательность и активность, смелость в постановке острых и сложных проблем текущего социального, политического и общественного развития и разрешение их с марксистско-ленинских позиций. В постановлении июньского (1983 г.) Пленума ЦК КПСС «Актуальные вопросы идеологической, массово-политической работы партии» обращено внимание на ответственность идеологических кадров за столь важный участок работы, подчеркивается необходимость широко развернуть наступательную контрпропагандистскую работу не только на международной арене, но и внутри страны.

В этом партийном документе содержится также требование «активизировать научный поиск, обеспечить решительный поворот научных учреждений, всех ученых-обществоведов к ключевым практическим задачам, стоящим перед страной». Одна из таких задач – дальнейшее совершенствование идеологической деятельности, повышение ее активности. И именно ее ставили перед собой сотрудники ИМЛИ, проводя в июне этого года научную конференцию на тему «Идеологическая борьба в литературах капиталистических стран Запада. Современный этап». На важность и актуальность вопросов, вынесенных в повестку дня конференции, указал, открывая ее, П. Палиевский.

С докладом «Специфика идеологической борьбы на современном этапе» выступила И. Млечина.

– Беспрецедентная по своим масштабам и оголтелости психологическая война, – сказала И. Млечина, – которая, как отмечается в постановлении июньского (1983 г.) Пленума ЦК КПСС, ведется против Советского Союза, стран социализма, в значительной мере развертываете» именно в области литературы и искусства, являющихся мощными средствами воздействия на умы и сердца людей.

Естественно, что и здесь, в сфере культуры, на центральное место выдвигаются вопросы войны и мира, заметно воздействуя на умонастроения творческой интеллигенции. Уже миновало время, когда иные писатели кокетливо говорили о «бессилии литературы», ее неспособности влиять на события в мире. Литература, по выражению Г. Канта, не отвечает за положение дел в мире, но она отвечает за то, что мы об этом положении думаем. Достаточно вспомнить о международных писательских форумах последних лет в Софии, Берлине, Западном Берлине, Кёльне, Гааге, чтобы ясно представить себе, сколь многие литераторы разных стран страстно выступают в защиту мира. Но достаточно в то же время напомнить и о той реакции, которую вызвали эти форумы в буржуазной прессе, о той травле, которой подверглись многие их участники, например бывший председатель Союза писателей ФРГ Б. Энгельман, чтобы во всей остроте представить борьбу, ведущуюся вокруг этих ключевых вопросов. В этой борьбе отчетливо проявилась весьма характерная тенденция последнего времени. Речь идет о попытках реакции возложить «равную ответственность» за создавшееся положение в мире, за нарастающую опасность ядерной войны на США и… Советский Союз. Идея «равной ответственности», «советской военной угрозы» охотно подхватывается буржуазной пропагандой и, к сожалению, оказывает влияние на некоторых представителей западной интеллигенции. Среди активно выступающих против политики милитаризации писателей, к сожалению, есть те, кто склонен разделять эту идею.

Теория «равной ответственности», – говорит далее докладчик, – нередко проявляется в идеях «европоцентризма», украшенного внешними признаками объективности (мол, виноваты обе стороны, а мы, европейцы, – жертвы). С такого рода взглядами мы сталкиваемся, например, в романе западногерманского писателя Г. Цверенца «Бункер» (1983). Перед нами очередная политическая антиутопия, действие которой отнесено на нынешний 1984 год. К этому времени, по мысли автора, «равновесие Страха» полностью нарушается. Стараясь защитить свои территории от разрушения, США и Советский Союз «сговариваются» – такова преамбула, – что театром военных действий будет Центральная Европа. «В циничной шахматной игре супердержав», как ее представляет себе автор, оба германских государства оказываются жертвами, «атомными пешками».

Важнейшая черта идеологической борьбы на современном этапе – это углубление поляризации, усиление противоречий в среде западной интеллигенции, выразившееся, с одной стороны, в росте неоконсервативных настроений, с другой – в поисках альтернативных решений. Еще в начале 70-х годов многие западные критики заговорили о «смене тенденций» как определяющем факторе культурной жизни, – усиление кризисных процессов в политическом механизме буржуазного государства, тупиковая ситуация, в которой оказались различные формы современного буржуазного либерализма, способствовали распространению консервативных идей.

В сфере эстетической эта «смена тенденций» сопровождалась отказом от концепций «контркультуры», включавших элементы протеста против утвердившегося буржуазного искусства и различных форм общественного и политического истеблишмента. Более того, «контркультура» и так называемый «новый класс», то есть интеллигенция как выразитель оппозиционных настроений, были провозглашены неоконсервативными критиками главным врагом. Активнейшая дискредитация «контркультуры», к каковой стали причислять, наряду с произведениями авангардистского и оппозиционного искусства, также террористические акции «левых» экстремистов, «сексуальную революцию» и наркоманию, сочетается с «моральной риторикой», пропагандой разного рода реакционных теорий, призванных способствовать «нравственному обоснованию» капитализма и стабилизации его традиционных «ценностей» и устоев. В советской критике уже не раз отмечался программный антикоммунизм неоконсервативного движения, выражающийся на разных уровнях – от политического, публицистически-пропагандистского до философского2.

Прогрессивные и либеральные деятели культуры ФРГ, – продолжает докладчик, – с ужасом констатируют сегодня, что в этой стране интеллектуальный спор заменяется оскорблениями, подозрительностью, даже доносительством – приемами, знакомыми по 50-м и частично 60-м годам – времени крайнего обострения конфликта между «духом и властью», символом которого явилось выступление канцлера Эрхарда, обозвавшего прогрессивных писателей «шавками» и «невеждами». Нынешние умонастроения выражаются и в том, что пора фашизма рассматривается как время «устойчивых связей и традиций», «здоровой» жизни, Гитлер – как «национальный лидер», при котором был «порядок».

Атака на демократическую общественность, антиинтеллектуализм неоконсерваторов, выдающих себя тем не менее за «партию интеллектуалов», как и лозунги «нравственного возрождения», «национальной идентичности», борьбы против «распродажи ценностей», за стабильные институты, становятся выражением воинствующего антикоммунизма, сближающего некоторые секторы неоконсервативного движения в ФРГ, Италии, Франции с неофашизмом. Многие высказывания французских «новых философов», за короткое время оказавших столь мощное влияние на состояние умов в этой стране, да и на всем Западе, поразительным образом совпадают не только с умозаключениями их ближайших европейских соседей – западногерманских «новых правых», но и с идеологией национал-социализма в более широком смысле. Недавно в ФРГ вышла антология «Непреходящее наследие – альтернативы принципу равенства» (1981). Это сборник эссе, в котором участвуют теоретики французского, швейцарского, итальянского и западногерманского неоконсерватизма. Опасное ядро, содержащееся во вполне респектабельной оболочке, обнаруживается сразу же. Авторы более всего озабочены доказательством главного тезиса – об обусловленном природой неравенстве людей, определяющем иерархические порядки в обществе, причем национал-социалистское, расовое учение поставлено здесь на своеобразный наднациональный фундамент.

Почти одновременно с выходом этой книги один из ее авторов, швейцарский публицист А. Молер, первый лауреат премии Аденауэра (1967), выступил по радио с прямой поддержкой французских «новых философов». Его выступление вызвало бурю протестов, возмущенных писем, откликов в прессе, главная мысль которых сводилась к тому, что упомянутая радиопередача содержала «прославление и героизацию коллаборационизма французских фашистов с национал-социализмом», давала изображение «фашистских, антидемократических позиций с сочувствием и симпатией».

Именно на этом фоне, подчеркнула И. Млечина, пышно вздымается так называемая «гитлеровская волна». Сегодня, как никогда, в моде бесконечные псевдонаучные штудии, авторы которых в лупу рассматривают каждый жест и каждое слово Гитлера. Он становится героем фильмов, романов, пьес, мюзиклов, и не только в ФРГ, но и в других странах. Еще прежде, чем «Штерн» вовлекся в скандальную историю с фальшивыми дневниками нацистского фюрера, американский автор Р. Хьюго опубликовал роман «Дневники Гитлера», в котором некоему американскому издателю за десять миллионов долларов предлагают записи фюрера, содержащие как интимные детали его жизни, так и некие политические разоблачения, способные якобы полностью нарушить «стабильность послевоенного мира».

Уже упоминавшийся сборник «Непреходящее наследие…» обнаруживает и другую важную тенденцию в духовной жизни Запада: книга проникнута духом мистицизма и иррационализма. Множество иррационалистских течений и концепций современности сливается в отрицании Просвещения и просветительской традиции. Так, в ФРГ вновь всплыли на поверхность антропософские идеи Р. Штайнера, в которых сплавились элементы алхимии и христианской мистики, масонства, индуизма и буддизма, древние мифы и выводы идеалистической философии. Полнейшее разочарование в том пути, каким пошла западная цивилизация, сомнения в целесообразности научно-технических открытий, вообще глубокая подозрительность по отношению к разуму, науке, объявляемым чуть ли не первопричиной сегодняшних тупиковых ситуаций, страх перед ядерной катастрофой, к которой мир толкает не только империализм, но якобы и социализм, -все это нередко заставляет одних честных художников умолкнуть в отчаянии, других – обратиться к поискам альтернативных решений за пределами рационалистического толкования и осмысления мира. Так, например, известный западногерманский писатель В. Хильдесхаймер публично заявил в апреле этого года, что отныне он перестает писать, сраженный отчаянием, в какое привело его нынешнее состояние мира и угроза катастрофы. Зная творчество этого писателя, проникнутое гуманистическими идеями, его позицию, можно сказать, что это не кокетство, не спекулятивное желание привлечь к себе внимание.

Одним из факторов последнего десятилетия, оказывающих влияние на идеологическую борьбу и в то же время являющихся ее выражением, – сказала И. Млечина в заключение, – стало формирование новых альтернативных массовых движений протеста, включающих, наряду с борцами за мир, «экологистов», «зеленых», движение за равноправие женщин и т. д.

Передовая интеллигенция стран Запада, отказавшаяся от экстремистских политических лозунгов и эзотерических вариантов «контркультуры», нередко выступает вместе с этими антиимпериалистическими силами. Многие новые течения 80-х годов, противостоящие буржуазным государственным установлениям и в определенной мере политическому курсу реакционных правящих кругов, играют позитивную роль, стимулируя общественные дискуссии о войне и мире, побуждая размышлять об условиях и качестве жизни, о перспективах, о достойном человека существовании.

Борьба за мир есть именно борьба, – ударение в этой формуле должно ставить на оба эти слова, – слишком огромные силы пущены в ход, чтобы втянуть народы в губительную авантюру. Сегодня уже ясно, что упрочение мира и международной безопасности – дело не только политических партий и правительств, но и всех людей доброй воли. Это хорошо понимают советские писатели, литераторы стран социалистического содружества, передовые художники Запада, Латинской Америки, Азии, Африки.

Уже несколько раз проходили в Софии международные писательские встречи. Об этом рассказал в докладе «Зарубежные писатели в борьбе за мир» С. Бэлза.

– Эти конференции, – подчеркнул он, – продолжают традиции мощного антифашистского движения 30-х годов, навсегда связанного в истории мировой культуры с именами крупнейших художников XX века: М. Горького, Р. Роллана, А. Барбюса, Ж. -Р. Блока, М. Андерсена-Нексе, Т. и Г. Маннов, Б. Брехта, А. Зегерс, М. Кольцова, А. Фадеева, И. Эренбурга и многих других.

«Сердечно приветствую людей, которые решились поднять голоса свои против международных войн, которые организуются капиталистами в целях своего обогащения и сеют в мире ненависть между народами. Приветствую и был бы рад верить, что этот ваш протест поколеблет злую волю врагов человечества, ибо они снова затевают международную бойню» 3, – так начал в 1932 году М. Горький свою речь, обращенную к делегатам антивоенного конгресса в Амстердаме.

С тех пор прошло более полувека. Мастера европейской и мировой литературы, олицетворяющие собой совесть человечества, всегда возвышали свой голос против решения международных споров силой оружия. Глубокий след в памяти людей оставили Парижский и Мадридский конгрессы в защиту культуры. Эстафету этих антифашистских конгрессов приняли международные встречи писателей в Софии, проходящие под благородным девизом «Мир – надежда планеты».

Во время встреч на болгарской земле, – сказал далее С. Бэлза, – писатели, разные по своим социальным, политическим убеждениям, эстетическим позициям, обсудили широкий круг проблем, связанных с пониманием назначения литературы в современном мире, с различными аспектами художественного творчества. Но основные принципы были определены уже на первой встрече 1977 года – «Писатель и мир: дух Хельсинки и долг мастеров культуры». И во вступительном слове Э. Базена, и в выступлениях других участников конференции – Г. Канта, А. Несина, Ф. Ахмада Фаиза, П. Ринтала, Е. Станева – список имен можно продолжить – отчетливо прозвучала мысль о том, что писатели не могут стоять в стороне, когда решается вопрос: каким будет и будет ли он вообще, завтрашний день планеты. Литераторы – и об этом также открыто заявлено с трибуны форума – будут достойны своего высокого звания, выполнят долг перед живущими и грядущими поколениями только в одном случае – если труд и талант поставят на службу миру, прогрессу и справедливости, сделают все зависящее от них, чтобы предотвратить новую войну, остановить неофашизм.

Когда мы говорим о том, что существует глубочайшая внутренняя связь, преемственность, объединяющая Софийские встречи с конгрессами в защиту культуры 30-х годов, – подчеркнул С. Бэлза, – мы имеем в виду и активность общественной позиции писателя, и его художественный вклад в развитие передового, гуманистического искусства. Мысль о необходимости сплочения всех прогрессивных литературных сил естественно включает в себя и понимание того, сколь важно сегодня личное участие художника в идейных битвах современности, и осознание важности его профессиональной, литературной, работы, чувство ответственности за сказанное и написанное слово.

«Речь идет о том, – говорил тогда Ч. Айтматов, – способны ли разум, культура, искусство в условиях непримиримости противоборствующих, полярных сил, при остром столкновении разных идеологий, в условиях всеохватывающей научно-технической революции пересоздать природу человека таким образом, чтобы в ней постоянно преобладали извечно великие бессмертные страсти: созидание, продление и охранение рода человеческого, познание человеком себя и своего назначения в жизни. Ибо только в этом случае, если удастся выстоять перед лицом разрушающих сил бесчеловечности и безнравственности, сохранив и возвысив дух гуманизма… человек оправдает свое наименование мыслящего существа. И этот путь единственный, другого быть не может».

Эта же мысль прозвучала в выступлении К. Симонова: «…Слово писателя, опирающееся на его дело, в свою очередь есть тоже дело. Или, точнее, существенная часть того дальнейшего дела, которое последует за его сегодняшними словами в его завтрашних книгах. Каждый из нас, по-своему формулируя это – как дух Хельсинки, как разрядку международной напряженности или как необходимость создания атмосферы взаимопонимания и дружбы между народами, – в сущности так или иначе имеет в виду возвести общими усилиями непреодолимую нравственную преграду на пути к термоядерной войне. И если все мы готовы лично, именно лично, сделать свою часть этой работы, то внутреннее решение, вынесенное каждым из нас для себя из того разговора, который мы здесь ведем, в конечном счете есть книга. Моя, твоя, его – книга. И весомость сказанных нами здесь слов проявится в весомости написанных нами книг».

Софийские встречи тоже стали уже славной традицией, проложившей дорогу другим писательским встречам, состоявшимся в Берлине, Гааге, Кёльне, Праге. Во всех этих встречах неизменно принимают участие представительные делегации Союза писателей СССР, художники слова из социалистических стран, а также прогрессивные литераторы Запада – те, кому особенно дорога идея мира.

О публицистически страстном слове советских писателей, звучащем на международных форумах деятелей культуры, сегодня имеет смысл вспомнить и потому, что реакционная пропаганда всеми доступными средствами старается замолчать его, а если это не удается, то исказить, извратить смысл, очернить и говорившего, и его творчество.

Стратегию и тактику современной советологии вскрыл в своем докладе «Советологические мифы 80-х годов» В. Борщуков.

– В 80-е годы, – сказал он, – советологи развернули активную деятельность не только в США, но и в ФРГ. Именно в ФРГ в 1980 году состоялся второй международный форум так называемых исследователей советской и восточноевропейской культуры (первый прошел в Канаде в 1974 году4). Такие западногерманские советологи, как В. Казак, Э. фон Сахно, недавно умерший К. Менерт, А. Штайнингер, Й. Хольтхузен, П. Хюбнер, стали постепенно вытеснять старейших американских коллег – Г. Струве, Д. Брауна, Э. Брауна, А. Ярмолинского, Е. Мучник5 и других, работы которых в свое время широко издавались и комментировались в ФРГ. А западногерманский журнал «Остэуропа» по части разного рода антисоветских измышлений, организации «дискуссий» и «круглых столов», якобы посвященных советской литературе, оставил позади американские издания «Рашен ревью» и «Славик ревью».

Разумеется, – заметил докладчик, – это вовсе не значит, что в США иссякли советологические силы, на смену старым советологам приходят более молодые, но не менее озлобленные «интерпретаторы» – М. Фридберг, Р. Кайзер, Г. Смит и др. К тому же развернулась широкая подготовка к третьему конгрессу советологов, который намечено провести в конце будущего года в Вашингтоне. Словом, против нашей литературы выступает сплоченный отряд идейных противников.

Революционная устремленность советской литературы всегда вызывала яростные нападки реакционно настроенных буржуазных литературоведов. Но если раньше они пытались замолчать ее художественные завоевания, то теперь направление их поисков несколько изменилось – они усердно выискивают в ней все то, что может, с их точки зрения, умалить ее значение в мире, поставить в ряд «второстепенных», «малозначимых» литератур, стремятся вывести ее за пределы общемирового эстетического процесса.

Борьба идет, – подчеркнул далее В. Борщуков, – как и в прежние десятилетия, по основным проблемам: революция и литература; роль Ленина и ленинизма в строительстве новой, социалистической культуры; новый творческий метод, концепция мира и человека, положительного героя; оценка отдельных этапов советской литературы, творчество ведущих писателей.

  1. В. И. Ленин, Полн. собр. соч., т. 30, с. 85.[]
  2. См. об этом: К. Разлогов, Буржуазная культура на волне неоконсерватизма. – «Коммунист», 1983, N 3; «Литература США в 70-е годы XX века», М., «Наука», 1983; «США: консервативная волна», М., «Прогресс», 1984.[]
  3. М. Горький, Собр. соч. в 30-ти томах, т. 26, М., Гослитиздат, 1953, с. 341.[]
  4. См.: А. Дымшиц, Банф-74, или Лицом к лицу с советологами. – «Вопросы литературы», 1975, N 1.[]
  5. Глубокая, аргументированная полемика с ними дана в книге А. Беляева «Идеологическая борьба и литература» (М., «Советский писатель», 1982).[]

Цитировать

От редакции Идеологическая борьба в литературах капиталистических стран Запада / От редакции // Вопросы литературы. - 1984 - №10. - C. 3-38
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке