№6, 1986/Идеология. Эстетика. Культура

Французская литература и «конец века»

Современный капитализм отличается от того, каким он был в середине XX века. Ныне уже не середина – конец века. «Конец века», fin de siecle, – сто лет тому назад это понятие стало обозначением новой эпохи, перехода к XX веку, к эпохе кризиса капитализма. Через сто лет мир предстал совсем иным, политическая карта столетней давности покажется чудовищным анахронизмом рядом с картой современной. Капитализм испытал сокрушительные потрясения. Однако он пережил и научно-техническую революцию с соответствующими экономическими в социальными результатами. Затем буржуазная цивилизация стала потребительской с соответствующим материальным и духовным (точнее – бездуховным) подкреплением. Осуществлена даже революция сексуальная, – каких только «свобод» не добился западный потребитель!

И тем не менее – конец века. Достаточно бросить взгляд не на зеркальные витрины больших магазинов, а на точное зеркало общественной жизни, на художественную литературу, чтобы убедиться: современный капитализм снова вступил в эпоху конца века. Конца века XX, который, едва обозначившись, напомнил fin de siecle.

Французская литература и на этот раз может предстать красноречивым выражением очередного этапа развития литературы Запада. Тому есть очевидные предпосылки.

Сказываются прежде всего общие условия атомного века, потребительства с соответствующей общественной реакцией, пессимизмом и индифферентностью – с атмосферой «пира во время чумы». К общим условиям добавляется национально-своеобразные! так очевидно подтвержденные фактом поражения левых на парламентских выборах после недавней победы весной 1981 года. Такой поворот дел может показаться странной случайностью лишь поверхностному взгляду. Приметой истории Франции стала эскалация национальных неудач левых сил: военная катастрофа 1940 года – после Народного фронта, угнетающая реальность американизированной Франции – после надежд, рожденных Сопротивлением, «незначительная», по словам Сартра, жизнь – после нашумевшего Мая 68-го. Поражение весной 86-го года после победы весной 81-го.

Странной была и эта победа. Ей предшествовало необычайно острое ощущение рокового и неизлечимого кризиса. Еженедельник «Нувель литтерер» писал в декабре 80-го года: «С некоторого времени кризис стал очевидным, многообразный, ирреальный и слепящий… Кризис левых, университета, книги, марксизма, основ, концепций, критериев… кризис доверия и авторитета…» Этот припев: «кризис, кризис, кризис» – предварял победу весной 81-го года; но он ее и сопровождал, что покажется еще более странным. Ничего похожего на энтузиазм и общественный подъем Мая 68-го весной 81-го не наблюдалось. Не успели состояться выборы, как Жан Луи Кюртис опубликовал памфлет «Я устал от Франции» (1982). Ловко написанные страницы, в стиле Бальзака рассказывавшие о том, что Растиньяк выходит из ОПР (Объединения в поддержку республики) и становится попутчиком компартии, в стиле Флобера – о том, что Эмма Бовари решила голосовать за социалистов, в стиле Пруста – о злоключениях «я», пытающегося разобраться не в утраченном времени, а во внешней политике правительства социалистов, и т. д. и т. п.

Цитировать

Андреев, Л.Г. Французская литература и «конец века» / Л.Г. Андреев // Вопросы литературы. - 1986 - №6. - C. 75-112
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке