№1, 1997/Книжный разворот

«Это – бесподобная и несравненная сатира» (Новая страница биографии драматурга А. В. Сухово-Кобылина и скульптора М. О. Микешина). Публикация. В. Селезнева и Е. Селезневой

(Новая страница биографии драматурга А. В. Сухово-Кобылина и скульптора М. О. Микешина)

Изданный Российской Императорской Академией наук в конце 1861 года «Месяцеслов» (календарь) на будущий год переполошил правительственные сферы. И все из-за автора «Мертвых душ», который к тому времени еще не успел обрести статус официального классика, и автора «Кобзаря» – ссыльного, опального, только-только (26 февраля 1861 года) покинувшего этот мир. Главноуправляющий путей сообщения генерал-адъютант Чевкин потребовал от скульптора Михаила Микешина, автора проекта памятника «Тысячелетию России», объяснения, на каком основании и каким образом имена Гоголя и Шевченко попали в список великих людей нашего отечества. Скульптору не удалось переубедить царского министра, глухого к художественным и общественным аргументам. Тогда он написал письмо самому царю, горячо доказывая, что Гоголь и Шевченко заслужили право быть изображенными на памятнике «Тысячелетию России». Александр II согласился оставить Гоголя, а Шевченко повелел «исключить» 1.

Михаил Осипович Микешин (1836 – 1896) – автор знаменитых памятников «Тысячелетию России» в Новгороде (1862), Екатерине II в Петербурге (1873), Богдану Хмельницкому в Киеве (1888), памятников в Португалии и Сербии, иллюстратор произведений Пушкина, Гоголя, Шевченко, был верным Почитателем и превосходным знатоком отечественной литературы. Он подружился с Тарасом Шевченко, когда украинский поэт и художник в марте 1858 года приехал в Петербург (любопытно, что Шевченко на микешинских «четвергах»в мастерской художника участвовал в бурных спорах о проекте памятника «Тысячелетию России» 2). Много лет продолжалась личная и творческая дружба Микешина с драматургом Александром Островским. Он дружил с писателем Всеволодом Крестовским, был знаком с поэтом Яковом Полонским, прозаиком и драматургом Алексеем Писемским, актером и писателем Иваном Горбуновым.Сегодня можно назвать имя еще одного выдающегося русского писателя, с которым был близко знаком, если не дружен, Михаил Микешин.

Это Александр Васильевич Сухово-Кобылин – автор великой драматургической трилогии «Картины прошедшего»: «Свадьба Кречинско-го», «Дело», «Смерть Тарелкина». Вряд ли сыскалась бы в России хоть одна профессиональная или любительская труппа, которая не сыграла «Свадьбу Кречинского» – самую популярную комедию второй половины XIX века. Она была на слуху у театралов и любителей словесности, постоянно цитировалась в разговорах, письмах, статьях, литературных и политических битвах. Куда менее счастливой оказалась литературная и театральная судьба двух других пьес трилогии. «Дело» было разрешено к постановке лишь через двадцать лет после его создания – под ретроспективным названием «Отжитое время» и с большими цензурными потерями. Еще дольше – свыше трех десятилетий – бился драматург с цензурой за право увидеть на сцене «Смерть Тарелкина». Он пробует заручиться поддержкой влиятельных общественных и государственных деятелей, пишет новые варианты, придумывает новые названия, лишь бы Провести третью пьесу на сцену.

Хранящиеся в Российском государственном архиве литературы и искусства письма Микешина Сухово- Кобылину и черновик ответа драматурга относятся к одному из этапов непрерывающегося сражения с цензурой за «Смерть Тарелкина».Даже по двум этим письмам (вся переписка скульптора и драматурга пока не найдена) можно достаточно достоверно реконструировать картину знакомства и почувствовать степень доверия и духовной близости двух выдающихся сынов России.

Познакомились Микешин и Сухово-Кобылин, вероятно, незадолго до 1887 года. Микешин не без удивления узнал, что Сухово-Кобылин – автор не только удачливой и всем известной «Свадьбы Кречинского», выслушал его рассказ о многолетних цензурных злоключениях «Смерти Тарелкина». И загорелся желанием прочесть эту преследуемую пьесу.

Наверняка Александр Васильевич подарил новому другу книгу «Картины прошедшего» 1869 года – первое и последнее прижизненное издание всей трилогии, единственную прижизненную публикацию «Смерти Тарелкина». Как дарил он эту книгу всем, в ком чуял родную душу, всем, кому был признателен за доброе слово и доброе дело, всем, кого любил.

В том 1869 году нигилисты из «Отечественных записок» и «Дела» учинили «Картинам прошедшего» фельетонный разнос. Особенно распотешила отечественных ниспровергателей «Смерть Тарелкина»: пьеса «основана на переодевании, до такой степени неискусном, что даже в самом заурядном водевиле оно показалось бы неудобным» 3 ;»нет никакой возможности передать ее содержание, так бессвязно-ерундлива эта пьеса» 4. Даже Алексей Сергеевич Суворин, автор самой серьезной и доброжелательной рецензии, увидел в последней части трилогии всего лишь «довольно пустой фарс, основанный на переодевании и самом невероятном анекдоте…» 5. После этого «Смерть Тарелкина» была критикой позабыта до самого конца века.

Вряд ли Микешин знал об этих критических отзывах. Он читает текст без всякой предвзятости, доверяясь лишь своему непосредственному впечатлению, а не эстетическим меркам и вкусам эпохи. И эта непредубежденность, свобода от кружковой заданности позволяет ему, скульптору и художнику, оказаться прозорливее критиков и писателей. Микешин искренне радуется своему открытию сатирической и философской комедии, которую он сравнивает с вершиной мировой драматургии – пьесами Шекспира6.

Восторженный и доказательный отзыв Микешина так воодушевил Сухово-Кобылина (чем-чем, а похвалами драматург никогда не был избалован), что он посылает скульптору новую редакцию своей пьесы, детально извещает его о сколько-нибудь существенных поправках. Доверительно и подробно о своих художественных и философских трудах, замыслах, идеях, сомнениях драматург писал лишь немногим, очень немногим друзьям.

Новая редакция «Смерти Тарелкина» – «исправленная и сокращенная» – снова запрещается цензурой. 9 апреля 1888 года писатель извещает свою сестру Евдокию Васильевну Петрово-Соловово, что третья пьеса «не удостоилась милости» начальника Главного управления по делам печати Е. М. Феоктистова, который «утверждает, что это несправедливая и жестокая сатира» 7. И Микешин, и Феоктистов признали пьесу сатирой: только скульптор – «бесподобной и несравненной», а главный цензор – «несправедливой и жестокой».

Ни рукопись редакции 1887 года, ни беловые или черновые рукописи более поздних редакций и вариантов (а Сухово-Кобылин почти до конца жизни продолжал трудиться над пьесой) не сохранились (кроме написанных в 1901 году в Больё черновых набросков некоторых сцен): возможно, они сгорели во время пожара в Кобылинке 19 декабря 1899 года. Но в июне 1903 года, уже после смерти драматурга, пьеса под названием «Расплюевские веселые дни» была опубликована литографией Московской театральной библиотеки С. Ф. Рассохина. Вероятно, по этому тексту, дозволенному – наконец-то! – для сцены, и играли пьесу 15 сентября 1900 года в Театре Литературно-художественного общества, или, как его неофициально называли, в Театре А. С. Суворина.

Сравнение текста 1903 года с поправками, о которых так подробно в 1887 году Сухово-Кобылин извещал Микешина, показывает, что большинство из них учтены в последней редакции столько раз запрещаемой пьесы (см. примечания к письму). «Смерть Тарелкина» сокращалась и дополнялась не столько по художественным, сколько по цензурным мотивам, хотя при доработке, увы, вынужденной, рождались порой истинные удачи, находки, только усиливавшие сатирический заряд пьесы.

  1. См.: А. Е. Захаренко, История сооружения Памятника «Тысячелетию России» в Новгороде. – «Ученые записки Новгородского государственного педагогического института», т. II Историко-филологический факультет, вып. 2, Новгород, 1957, С. 66-68.[]
  2. См.: там же, с. 66.[]
  3. »Отечественные записки», 1869, N 6, отд. II, с. 222. []
  4. «Дело», 1869, N 8, «Новые книги», с. 57.[]
  5. «Вестник Европы», 1869, N 9, с. 428.[]
  6. Кажется, в «печати лишь критик Д. Голицын провел параллель Шекспир-Сухово-Кобылин. По его мнению, драматург во второй части трилогии «дал мощь Шекспировского настроения, начертал бессмертные фигуры, подарил литературе диалоги поразительной технической отчетливости» (Прозаик, «Веселые расплюевские дни». – «Театр и Искусство», 1900, N 39, с. 683).[]
  7. »Письма А. В. Сухово-Кобылина к родным». – «Труды Публичной библиотеки СССР имени Ленина», вып. Ill, M., 1934, с. 258. []

Цитировать

Сухово-Кобылин, А. «Это – бесподобная и несравненная сатира» (Новая страница биографии драматурга А. В. Сухово-Кобылина и скульптора М. О. Микешина). Публикация. В. Селезнева и Е. Селезневой / А. Сухово-Кобылин // Вопросы литературы. - 1997 - №1.
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке