№11, 1982/Литературная жизнь

Четыре аспекта одной темы

НЕСКОЛЬКО ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫХ ЗАМЕЧАНИЙ

Мы уже привыкли и не удивляемся поистине феноменальному явлению в истории культуры: в XX веке у нас в стране впервые за все время существования земной цивилизации города стали называть в честь писателей. Более того, если, скажем, переименование бывшего Царского Села, Лопасни, Нижнего Новгорода мотивировано исторически – с ними связаны судьбы Пушкина, Чехова, Горького, – то, допустим, Шевченко и Навои, разумеется, никогда не видели городов, носящих ныне их имена, они лишь бывали в тех местах, где позже эти города возникли. Тут уже не только дань признательности великим согражданам, не только свидетельство возросшего социального престижа литературы, но и выражение насущной потребности самих молодых городов- заявка на причастность к литературе (а через нее и к культуре в целом), причастность не прошлую, а предстоящую. Видимо, нет ни одного нового города, который бы тем или иным способом не подчеркнул своего влечения к литературе. Например, в Набережных Челнах одна из главных магистралей названа проспектом Мусы Джалиля, а новый территориальный район республики, центром которого стал город, носит имя Тукая.

Топонимика свидетельствует, что молодые города открыто выражают свою любовь к искусству слова, но приходится признать, что пока любовь эта не взаимна. О новостройках пишут не так уж редко, но интересуются ими в основном поэты и публицисты: первые воспевают, вторые анализируют частные проблемы. Ныне этого уже недостаточно, поскольку отображение явно не соответствует явлению. Такое вот противоречие, и порождено оно, разумеется, не прихотью или невниманием отдельных писателей, а объективными причинами. Назову лишь некоторые из них.

Во-первых, к концу XX столетия стало ясно, что урбанизация несет проблем гораздо больше, чем решает. Еще в 20 – 30-х годах казалось, будто извечная мечта об «идеальном городе» (Платон, Кампанелла) наконец-то может осуществиться. Но интернациональный опыт строительства новых, наперед рассчитанных, продуманных, спланированных городов показал, что осуществить эту мечту не так-то просто. Всюду: у нас – Комсомольск-на-Амуре, Новокузнецк, Братск; в США – Кохлер, Лонгвью; в Канаде – Принс-Руперт; в Бразилии, где предпринят такой супермасштабный градостроительный эксперимент, как возведение новой столицы госу-

дарства; в других странах, – всюду наряду с запроектированными благами, удобствами и красотами появились непредусмотренные трудности и неприглядности. Разумеется, в разных странах и сложности оказались принципиально различными, ибо не схожи социально-экономические системы государств. Но тем не менее без сложностей не обошлось нигде. И дело не в архитектурных или муниципальных просчетах (по крайней мере не только в них), дело в том, что вместе с очередным городом рождаются и очередные проблемы урбанизации.

Во-вторых, существуют внутренние литературные закономерности. В частности, периодичность смены тем отнюдь не произвольна. Советская литература дважды (в 30-х и 60-х годах) весьма тщательно разрабатывала ситуации, сюжеты, коллизии и конфликты темы «человек на новостройке», чрезвычайно пристально всматривалась в характеры первостроителей, первопроходцев. Возможно, тридцать лет и есть оптимальный период «оборачиваемости» темы, оптимальный срок, за который накапливается материал, изменяются сложившиеся представления и обозначается то «сцепление идей», что требует нового художественного осмысления. Если так, значит, время очередного интереса к молодым городам еще не наступило. Но оно уже близится, – такой вывод позволяет сделать анализ выступлений на прошедшей творческой конференции.

И наконец, в-третьих, новизны (в том числе и нового строительства) ныне предостаточно не только в молодых, но и в древних, исконных городах. Так что писатель с проблемами, порожденными новостройкой, может столкнуться, так сказать, и «по месту жительства», не выезжая в дальнюю и долгую командировку.

Однако ныне уже явственно ощутима потребность в более пристальном внимании к новым городам, в более глубоком интересе литературы к вопросам, которые волнуют и заботят, как минимум, четверть населения страны. К тому же и вопросы эти таковы, что из всех искусств с наибольшей полнотой их может поставить именно литература.

В конференции приняло участие более сорока человек, и не только литераторы из различных городов и республик страны, но и социологи, педагоги, рабочие, строители, партийные и советские работники.

Творческую встречу открыл секретарь Татарского обкома КПСС М. Ф. Валеев. Затем выступили секретарь правления Союза писателей СССР Ю. Суровцев и первый секретарь Набережно-Челнинского горкома партии Р. К. Беляев.

Прежде чем приступить к анализу мнений, прозвучавших на конференции, хотелось бы оговорить два условия.

Во-первых, выступавших было много (объем стенограмм – более ста машинописных страниц), к тому же диапазон суждений весьма широк и разнообразен, поэтому в журнальном обзоре невозможно даже кратко изложить суть всех высказываний и волей-неволей придется сосредоточиться лишь на основных аспектах проблемы. Во-вторых, большинство участников касалось сразу нескольких тем. Посему в обзоре, видимо, целесообразнее соблюсти не последовательность высказываний, а последовательное развитие общей коллективной мысли.

СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

Этому аспекту особое внимание уделили заместитель главного редактора «Нового мира» Ф. Видрашку, первый заместитель главного редактора «Литературной России» А. Егорунин, А. Злобин, главный редактор «Урала» В. Лукьяшш, Я. Мустафин, Е. Нестерова (Ростов-на-Дону), ответственный секретарь «Нового мира» Г. Резниченко, Л. Шинкарев.

Они отмечали, что хотя уже градостроительный опыт 30-х годов доказал первоочередную значимость того, что несколько неуклюже именуется «соцкультбытом», но еще и в 60-е и даже в 70-е годы основной упор, как и прежде, зачастую делался на промышленности, вперед выдвигались электростанции (Братская, Усть-Илимская и т. д.), нефтяные прииски, заводы (популярный газетный заголовок – «Вся страна строит КамАЗ»), а жилые кварталы оказывались коммунально-бытовым придатком промышленности, «большой спальней». Это отразилось и на первоочередности сдачи объектов (сначала цех, а стадион и клуб – потом), и на их качестве (завод – на уровне лучших мировых образцов, а дома – скучное подобие Черемушек). Положение явно неестественное, ибо города строятся на века, и за это время промышленность неоднократно обновит технологию, а возможно, и переключится на выпуск иной продукции, и тогда стереотипные выражения «город химиков», «город металлургов», «город машиностроителей» и т. д. окажутся попросту неверными. «Город людей» – вот единственное и достойное определение.

Еще одно устоявшееся мнение. Считается, что новостройки населять должна молодежь. Да, она и впрямь легка на подъем, но то же свойство позволяет ей и обратно уезжать столь же легко и быстро. Однако город немыслим без постоянного, укоренившегося населения, без старожилов. В некоторых молодых промышленных центрах, существующих уже два-три десятилетия, невероятно высока текучка, значит, нет традиций и самобытности, то есть с культурной точки зрения города еще нет.

По некоторым статистическим данным, в стране насчитывается около четырехсот молодых городов. Но если брать за основу не возраст, а условия, образ жизни, то цифра эта окажется явно неполной. Например, Чебоксары существуют давно, но в связи со строительством завода промышленных тракторов там вырос новый громадный район, а часть старого города снесена, поскольку попала в зону затопления водохранилища. В итоге город оказался по существу новым. Еще пример, Великие Луки (дата основания 1166 год), во время войны они были разрушены до основания, и ныне здесь все (1) дома постройки второй половины XX века. К новым городам можно причислить и многие сибирские, северные и дальневосточные поселки, которые еще не получили статуса города, но давно уже живут по современным городским законам. Так что проблема молодых городов – лишь часть (иногда модель) более объемной и сложной проблемы: формирование культурной атмосферы при нынешних темпах и формах урбанизации.

Наша публицистика (особенно газетно-журнальная) чересчур охотно пользуется иными стандартными представлениями, которые сегодня уже не подтверждаются практикой. Но справедливости ради надо отметить, что публицистика же и пересматривает эти представления, ищет новые критерии оценок, хотя делает это и не столь активно и оперативно, как хотелось бы, – об этом тоже говорили выступавшие.

НРАВСТВЕННО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

Для первостроителей их детище – всегда город мечты, надежды, гордости. Это и есть основной стимул, побуждающий людей сниматься с насиженных мест и катить за тридевять земель на необжитые просторы. Не новые места влекут, а новый образ жизни. Как писал А. Твардовский:

Цитировать

Сергеев, Е. Четыре аспекта одной темы / Е. Сергеев // Вопросы литературы. - 1982 - №11. - C. 14-22
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке