«…Быть изданной в ИМКА». К истории публикации «Облегчения участи» Нины Берберовой

Статья подготовлена в рамках Программы фундаментальных исследований Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (НИУ ВШЭ).

В письме от 10 марта 1947 года Нина Берберова сообщала поэту и беллетристу Галине Кузнецовой: «…нет, Парижа Вы не узнаете, милая Галина Николаевна. Это кладбище, это пустыня одиночества»¹ [Нина… 2022: 74]. Действительно, прошедшая война изменила «русский Париж». Впрочем, перемены коснулись и других европейских и азиатских культурных центров отечественной диаспоры. По мнению некоторых исследователей, Вторую мировую войну вообще можно было считать концом русского зарубежья как целостного культурного феномена, подразумевая под ним первую волну изгнанников [Raeff 1990: 6–7].

Не стала исключением и издательская деятельность эмиграции. Сокращение числа газет и журналов зачастую приводило к парадоксальным ситуациям. Так, например, поэт и мемуарист Георгий Иванов, который, по свидетельству современников, «любил повторять», что «правее меня только стена», вынуждено печатался в «Советском патриоте» [Померанцев 1986: 32].

В значительной степени нарушения издательской деятельности обуславливались финансовыми трудностями². Как следствие, некоторые произведения были опубликованы посмертно, как, например, «Повесть о смерти» М. Алданова³ или «Куликово поле» И. Шмелева. В последнем случае между подписанием договора и собственно появлением книги прошло несколько лет⁴.

Все это вынуждало Алданова с горечью вспоминать весной 1953 года ушедшее «золотое время продажи книг», когда «моего романа «Девятое Термидора», вышедшего в 1922 году в Берлине, было продано тысяч восемь экземпляров (четыре издания), а «Истоков» (которые, по-моему, интереснее) — пока 1100! (за два-три года). Издательство YMCA-Пресс <sic!> считало это успехом и чуть ли не поздравляло меня!» [Алданов 1953].

Поэтому неудивительно стремление Берберовой публиковать собственные произведения на иностранных языках, что не только существенно расширяло рынок, но и приносило авторам больше доходов по сравнению с эмигрантскими издательствами. В числе прочих так вышла ее книга об Александре Блоке [Berberova 1947] и была переиздана биография Чайковского (1936)⁵ [Berberova 1946; 1948]. Одновременно писательница выступала как переводчик русской классики [Dostoïevskij 1947] и современных авторов [Margolin 1949].

Тем не менее подобные проекты не приносили достаточного дохода, как и работа в созданной в 1947 году газете «Русская мысль», где автор «Железной женщины» вела литературный отдел. Не удалось продать и написанные в эти годы киносценарии [Винокурова 2023: 55].

Положение усугублялось проблемами в личной жизни. Развод Берберовой с общественным деятелем, журналистом и арт-дилером Николаем Макеевым вынудил ее снимать жилье [Винокурова 2023: 55].

В сложившейся ситуации писательница обратила внимание на книжный рынок диаспоры и не позднее начала 1948 года⁶ предложила издательству YMCA-Press⁷ напечатать сборник повестей «Облегчение участи». Они отличались жанровым разнообразием, выразившимся в следовании традиции Достоевского в «Лакее и девке» или романтизма в «Роканвале. Хронике одного замка» (подробнее о содержании см. в рецензии Б. Зайцева, помещенной ниже) [Струве 1984: 292; Хатямова 2017: 320]. При этом сохранялся единый идиостиль, связанный с темой смерти и ее преодоления, а также богооставленности [Хатямова 2017: 320]. Собранные в «Облегчении участи» произведения были положительно встречены критикой еще при журнальных публикациях##См., например, отзыв Г. Адамовича на «Аккомпаниаторшу»: «…все развивается драматически-последовательно <…> в повести есть страсть и сила. Этот рассказ <…>

1. Ср. с тем, как Берберова описывает французскую столицу периода оккупации: «Парижу не идет «быть пусту». Париж должен пульсировать, мигать огнями, греметь, дышать» [Берберова 1983: II, 446].[↩]
2. Нередко книги выходили по подписке, собранной авторами, как это сделал беллетрист Владимир Варшавский с повестью «Семь лет» [Мартынов 2021: 273, 277]. Также они появлялись со значительными сокращениями. Например, очерки генерал-майора Якова Кефели о Русско-японской войне в сборнике «Порт-Артур. Воспоминания участников» (Нью-Йорк, 1955) и многие другие его публикации в журналах «Часовой» и «Военная быль» являются лишь частью неопубликованного корпуса мемуаров, охватывающих период от Русско-японской войны до эмиграции в составе Русской армии генерала Врангеля в 1920 году. Архив Кефели также содержит записи караимских легенд, так и оставшихся при его жизни неопубликованными (сообщено автору сыном генерала Мишелем Кефели).[↩]
3. Писатель предпринял неудачную попытку напечатать книгу в Издательстве имени Чехова в 1952 году. См. его переписку с директором издательства Н. Вреденом, хранящуюся в Архиве Русского Зарубежья (АРЗ) Культурного центра «Дом-музей Марины Цветаевой». В итоге «Повесть» вышла лишь в 1969 году.[↩]
4. Отправленная в YMCA в 1948 году книга была опубликована в 1958-м, спустя восемь лет после смерти писателя. См., например: [Шмелев 1949]. Подробнее о послевоенных издательских процессах см.: [Мартынов 2020].[↩]
5. Французское издание «Чайковского» автор также перевела совместно с Миной Журно, а книга о Блоке изначально написана по-французски.[↩]
6. Берберовой был получен отзыв Николая Бердяева, который скончался 23 марта того же года.[↩]
7. Издательство являлось русскоязычным филиалом (RussYMCA) международной Благотворительной ассоциации молодых христиан (Young Men’s Christian Association). YMCA в своей деятельности, в частности, ориентировалась на финансовую поддержку либеральных течений религиозного и философского сегмента зарубежья. Подробнее см.: [Miller 2013].[↩]