Травма, (не)совместимая с жизнью. Екатерина Манойло

Екатерина Манойло — автор, конечно же, успешный.

В 2022 году стала абсолютной победительницей шестого сезона премии «Лицей», заняв с романом «Отец смотрит на Запад» первое место в номинации «Проза» и получив специальную номинацию Rideró «Выбор книжных блогеров». С текстом «Ветер уносит мертвые листья», вышедшим в 2024-м, Манойло оказалась в финале «Ясной поляны», а с литературной эссеистикой выиграла международный конкурс эссе «Славянский мир». Еще она вместе со «Снобом» делает интервью с интересными людьми («Трезвые разговоры в баре»), ведет свой блог «120 дней соломы», озвучивает книги («Стеклянные дома» Ф. Рис) и пишет третий роман «Золотой мальчик»¹ …

Критики отмечают, что одним из основных мотивов в текстах Манойло является тема домашнего насилия и его последствий. То есть перед нами — еще одна представительница «литературы травмы», успешно соседствующая и с О. Васякиной («Рана», «Степь»), и с Е. Некрасовой («Калечина-малечина», «Кожа»), и с В. Богдановой («Сезон отравленных плодов», «Семь способов засолки душ»), и даже со С. Павловой («Голод. Нетолстый роман»). Но про домашнее насилие, как и про все в принципе, можно писать по-разному…

Посмотрим, как о нем пишет Манойло, — и, уважая очередность, начнем с романа «Отец смотрит на Запад».

В первой главе (всего в романе их десять) в центре внимания — межэтнический брак между казахом Серикбаем и русской женщиной Наиной. В их семье несчастье: умер трехлетний Маратик, долгожданный сын, появившийся спустя семь лет после рождения первой дочери Кати. Умер нелепо и страшно — на ребенка упал телевизор.

Сестра Серикбая Аманбеке не любит жену брата и переносит эту нелюбовь на Катю, называя ее Улбосын: в переводе на русский — да будет сын. В поселке это имя давали дочерям в семьях, где подолгу ждали наследника. Если бы у Абатовых вместо Маратика снова родилась дочь, Аманбеке звала бы ее Кыздыгой (перестань рожать девочек). Аманбеке сообщает об этом Кате в день рождения брата.

Все Улбосын, не имея прямого родства, походят друг на друга сутулостью, мягкостью форм и всегда виноватым взглядом. Катя не типичная Улбосын: она худая, достаточно бойкая девочка, которая все время возражает Аманбеке и почти сразу же жалуется на бьющего ее отца приехавшей русской бабушке Ирине Рудольфовне.

(В скобках заметим, что между детьми в семье Абатовых достаточно большая разница в возрасте. Обычно, если хотят родить наследника, действуют быстрее. Но не будем нарушать приватность и лезть в чужую төсек².)

Сын Аманбеке Тулин издевается над Катей, но, когда Катя пытается защищаться, жалуется матери. С побегом Наины жизнь Кати еще больше осложняется, отец начинает распускать руки — и, если бы не приезд Ирочки (так называет ее внучка), неизвестно, что было бы дальше. Ирина Рудольфовна увозит Катю в небольшой подмосковный город, где живет сама и работает в школе учителем истории. Заметив внучкин интерес к аудиозаписи, Ирина Рудольфовна дарит Кате плеер, и Катя начинает записывать все, что кажется ей интересным: звуки, голоса… Ирина Рудольфовна уверена, что Катя нашла свое призвание.

Безоблачное подмосковное детство быстро заканчивается. Катя вырастает и действительно становится хорошим звукорежиссером, но ее зарплаты едва хватает на аренду однокомнатной квартиры в человейнике в одном из спальных районов Москвы. Хозяин квартиры Юрок каждый месяц лично приходит за деньгами, не желая получать квартирную плату на карту, оскорбляет Катю и пытается склонить к интиму. Помощи ждать неоткуда, добрая фея Ирочка умерла, оставив в наследство дом с участком, но продать его оказывается почти невозможно.

В Катином же родном поселке все идет своим чередом. Тулин вырос порядочной сволочью, или — если включить фемповестку — стопроцентным абьюзером. Он работает на мясокомбинате, ворует все, что плохо лежит (мясо, кирпич). Имея двух внебрачных дочерей от разных женщин, тайком увозит Айнагуль, наследницу богатых родителей, надеясь получить за нее хорошее приданое. Тулина не останавливает даже то, что у Айнагуль тоже есть внебрачный ребенок — сын Асхатик, которого молодой отчим, впрочем, почти не замечает. На свадьбе выясняется, что родители Айнагуль дорогих подарков молодоженам делать не собираются. Через несколько дней после свадьбы Тулин первый раз поднимает на Айнагуль руку:

Он недовольно цыкнул и отвесил Айнагуль затрещину. Буднично и сильно. Айнагуль никогда не били, от неожиданности она упала и тут же расплакалась…

На следующий день после свадьбы умирает отец Кати — Серикбай, остававшийся всегда в тени других персонажей и событий. Аманбеке знает, что у брата были накопления, поэтому они с сыном пытаются найти деньги, но ничего не получается. Аманбеке звонит Кате в Москву и просит ее приехать, чтобы решить квартирный вопрос. Узнав о том, что отец умер, Катя едет к матери в монастырь (Наина стала настоятельницей) и сообщает о смерти мужа (официально Наина с Серикбаем так и не развелись), Наина отказывается от своей доли наследства в пользу Кати, и Катя отправляется в казахский поселок…

Сложно сказать, намеренно ли автор сохранил брак Наины и Серикбая или просто не задумался о том, что с точки зрения РПЦ принимать в монахини замужнюю женщину — это нарушение церковного устава. В таких случаях разрешается постригаться только с согласия супруга после фактического развода, при этом на иждивении не должно быть несовершеннолетних детей. Возможно, для создания художественной реальности это может показаться неважным, но справедливости ради нужно отметить, что обычно в подобных ситуациях людям отказывают.

Приехав в поселок и встретившись с родственниками, Катя дает понять, что она будет претендовать на квартиру, но готова возместить половину суммы за похороны.

1. Вышел в издательстве «Альпина. Проза» в мае 2025 года.[↩]
2. Төсек — постель (перевод с казахского).[↩]