«Даже интересно»: к творческой истории одной книги Ю. Лотмана

Памяти Бориса Федоровича Егорова

В конце 1988 года в московском издательстве «Просвещение» вышла книга Ю. Лотмана «В школе поэтического слова: Пушкин, Лермонтов, Гоголь». Это была книга на историко-литературную тему. Планируемый сборник статей фактически стал монографией.

«Когда я сложил свои историко-литературные статьи вместе (три очень принципиальных я написал специально, но все же 4/5 тома из старых работ), то оказалось, что они все связаны единством замысла и концепции и сами сложились именно в книгу, а не в сборник статей. Даже интересно», — признавался автор после почтовой отправки рукописи в издательство в начале 1986 года¹.

Об этом же он писал и во введении к уже вышедшей два года спустя книге: «Эта книга — не монография. Это сборник статей, сосредоточенных вокруг узловых вопросов школьного курса истории русской литературы начала XIX в. <…> Тем не менее автор надеется, что сборник представляет собой книгу, отмеченную и внутренним единством темы, и связанным развитием исследовательской мысли» [Лотман 1988: 3–4].

И действительно, если взглянуть на оглавление вышедшей книги, то путем нехитрых подсчетов (учитывая, что книга составляет 22 а. л., и выделив те статьи, которые до этого нигде опубликованы не были, то есть составили новый материал) можно оценить соотношение этого нового материала и уже опубликованного ранее как 1 к 5. Книга была разделена на три блока, соответствующих творчеству трех классиков русской литературы. Оглавление выглядело так (курсивом обозначены материалы, до этого нигде не публиковавшиеся):

Введение

Пушкин

Этапы творчества — 1,5 а. л.

Своеобразие художественного построения «Евгения Онегина»

Идейная структура «Капитанской дочки»

Типологическая характеристика реализма позднего
Пушкина — 2,1 а. л.

Декабрист в повседневной жизни

Лермонтов

Поэтическая декларация Лермонтова («Журналист,
читатель и писатель») — 0,75 а. л.

«Фаталист» и проблема Востока и Запада в творчестве Лермонтова

Гоголь

Пушкин и «Повесть о капитане Копейкине». К истории
замысла и композиции «Мертвых душ»

Художественное пространство в прозе Гоголя

О Хлестакове

Сюжетное пространство русского романа XIX столетия

Из раздела «Пушкин» новыми были главки, получившие в книге названия «Этапы творчества» и «Типологическая характеристика реализма позднего Пушкина». Новой была и «Поэтическая декларация Лермонтова» из раздела, посвященного поэту. Все остальное Лотманом было уже опубликовано ранее, причем сам он так обосновал это во введении: «…ощущение связанности развития исследовательской концепции обусловило мое решение не вносить в текст глав, которые прежде были опубликованы в качестве отдельных статей, никаких изменений» [Лотман 1988: 4].

***

Первоначальный план этого сборника, сохранившийся в Архиве семиотического фонда Таллинского университета, выглядел несколько иначе, чем окончательный:

Введение

Пушкин. Этапы творчества

Своеобразие художественного построения «Евгения Онегина»

К функции устной речи в культурном быту пушкинской эпохи

Посвящение «Полтавы» (адресат, текст, функция)

Идейная структура «Капитанской дочки»

«Пиковая дама» и тема карт и карточной игры в русской литературе начала XIX века

Типологическая характеристика реализма позднего Пушкина

Поэтическая декларация Лермонтова («Журналист, читатель и писатель»)

«Фаталист» и проблема Востока и Запада в творчестве Лермонтова

Пушкин и «Повесть о капитане Копейкине». К истории замысла и композиции «Мертвых душ»

Художественное пространство в прозе Гоголя

О Хлестакове

Сюжетное пространство русского романа XIX столетия [Лотман. В школе…]²

Как видим, редакцией из первоначального варианта было изъято несколько статей, и прежде всего статья о «Пиковой даме» Пушкина [Лотман 1975]. Она не вошла в сборник, несмотря даже на то, что Б. Егоров, писавший рецензию, «на всякий случай вставил фразу о важности темы карт — это ведь прежде всего бросится в глаза дурехе», «упаси Боже, если Вам она достанется». «Дуреха» — редактор издательства «Просвещение» Тамара Петровна Казымова, «дура, стерва и перестраховщица», по словам Егорова, — не была назначена редактором. Редактор был другой — Мария Савельевна Вуколова³, однако статья о «Пиковой даме» в сборник не вошла все равно.

«БорФеду» сборник понравился: «Изумительный Вы все же генератор идей. Непрерывно работает сознание (надеюсь, вместе с совестью!) — все время стимулирует перспективу, развитие, аналогии, применения… Совокупность же статей, со-положение тоже не менее ценно»⁴.

Рукописью был доволен и сам Лотман. «Кажется, там есть кое-что новое, а кое-что по-новому зазвучало от соположения. Вообще собирал и писал книгу для заработка («таков я в наготе своего цинизма», как говорил Пушкин), а получилось нечто не лишенное смысла, некоторый итог работ за ряд лет»⁵, — писал он Егорову, отправляя «скелет рецензии». Позже последний на основе этого «скелета» свою рецензию и составил. Эта «акция», как ее называет Б. Ф., была сделана по предложению его жены С. Николаевой, которая посоветовала поступить так «в свете трудностей прохождения рукописи в издательстве и близкого знакомства Ю. М. со всеми опасениями и колебаниями руководства»⁶.

«Колебания» относительно успеха этого издательского проекта были не только у руководства, но и у автора (и это отчасти подтвердилось изъятием «Пиковой дамы»). А по­явились они сразу при отправке рукописи в редакцию: «Сейчас не хочется думать о том, что, вероятно, не издадут: изд. «Просвещение» (Москва) поганое, и я уже предвкушаю рассуждения на тему «учителям это непонятно», «зачем им сверхпрограммный материал» и т. д. Ну, да все равно — с плеч долой!»⁷ — писал он своей однокурснице Ф. Сонкиной. Переживал и рецензент: «Господи, чтобы пронесло в этом собачьем «Просвещении»!»⁸ Его жена Софья Александровна, с интересом прочитавшая рукопись, тоже высказывала свои опасения: «Юрий Михайлович, Ваша книга (рукопись) очень и очень интересна, но как-то страшно##В публикации письма «странно» — явная опечатка. — А. Г.

1. Автор выражает искреннюю благодарность Михаилу Трунину за предоставление некоторых архивных материалов для написания данной статьи. Ю. Лотман — Ф. Сонкиной, 20 января 1986 года [Сонкина 2016: 214–215].[↩]
2. В Архиве семиотического фонда Таллинского университета сохранилась также издательская заявка, несколько отличающаяся от рукописи, попавшей рецензентам: «Часть I. «Евгений Онегин». Жанровое своеобразие — 7 а. л.; Часть II. Статьи (Идейная структура «Капитанской дочки»; Сюжет «Пиковой дамы»; Об одном неосуществленном замысле Пушкина; Место «Фаталиста» в творчестве Лермонтова; Художественное пространство в прозе Гоголя; «Повесть о капитане Копейкине» (о замысле «Мертвых душ»); О Хлестакове; Гоголь и «сюжетное пространство» русского романа XIX в.) — 16 а. л.; Часть III. Опыты анализа стихотворений Пушкина («К Чаадаеву», «Вакхическая песня», «Зимний вечер») и Лермонтова («Небо и звезда», «Пленный рыцарь», «Сон», «Выхожу один я на дорогу…») — 5 а. л.». Таким образом, всего предполагалось, как отмечено в заявке, «28–30 а. л.». «В случае необходимости, — писал Лотман, — сократить объем, часть III» [JLSV…]. Далее текст, к сожалению, не сохранился, но ясно из этого, что третья часть отпала практически сразу.[↩]
3. Автор данной статьи пыталась разыскать М. Вуколову, однако в издательстве сообщили, что в 2015 году она уволилась и уехала из России к детям.[↩]
4. Б. Егоров — Ю. Лотману, 24 февраля 1986 года [Лотман, Минц, Егоров 2018: 591–592].[↩]
5. Ю. Лотман — Б. Егорову, 18 февраля 1986 года [Лотман, Минц, Егоров 2018: 591].[↩]
6. См. комментарий Егорова к письму от 18 февраля 1986 года [Лотман, Минц, Егоров 2018: 591].[↩]
7. Ю. Лотман — Ф. Сонкиной, 20 января 1986 года [Сонкина 2016: 215].[↩]
8. Б. Егоров — Ю. Лотману, 24 февраля 1986 года [Лотман, Минц, Егоров 2018: 592].[↩]