Лесковиана. Творчество Н. С. Лескова: прошлое, настоящее, будущее. Международный сборник научных трудов. Т. 1

В сборник вошли материалы первой интернет-конференции (март 2008 года), посвященной Н. Лескову. Научный редактор сборника Д. Неустроев собрал работы исследователей из России, Украины, Узбекистана и Чехии; бóльшая часть работ представлена тезисами на сайте http://leskoviana.narod.ru/.

Нелишним будет хотя бы кратко представить содержание нескольких статей, включенных в книгу.

Статья Е. Агеевой посвящена старообрядческим источникам в творчестве Н. Лескова — в частности, документам, связанным с командировкой писателя в Ригу для исследования быта старообрядцев. Результатом командировки стали очерки «О раскольниках г. Риги…» и «С людьми древнего благочестия»; писатель поддержал прошение старообрядцев об открытии школы в Риге. «Начитанные люди в расколе <…> говорили так, что Щапов читал по верхам, а Мельников — по ребрам. А сердце раскола ни тот, ни другой не прочитали, идеал староверия совсем не то, что у Мельникова или у Щапова: его идеал, может быть главным образом, выражается в заботе его искреннейших последователей особиться от всего мира и быть образцом совершенств» (с. 26). Е. Агеева цитирует незаконченную заметку «Лексинские доживалки». Наверное, эта небольшая статья (пять рукописных страниц) рано или поздно войдет в тридцатитомник Лескова, издающийся «Террой», но можно было бы ее опубликовать и в «Лесковиане».

Кстати, о публикациях. Казалось бы, в работе о Лескове невозможно не учесть 101-й том «Литературного наследства» («Неизданный Лесков»), первая книга которого вышла в 1997 году, а вторая — в 2000-м. Но в статье Н. Ангеловой есть архивные ссылки на два лесковских фрагмента («Самое жалкое существо» и «Обход»), опубликованных в 1997 году в «Литературном наследстве», — без объяснения, почему автор обращается к архиву, а не к публикации.

М. Кучерская в отличной статье «К вопросу об источниках рассказа Н. С. Лескова «Зверь»: сплав романтизма с христианством» рассматривает лесковское произведение на фоне святочных рассказов. Первая часть рассказа восходит к романтическому канону (в частности, к балладе Жуковского «Эолова арфа»), вторая — к необходимому в жанре святочного рассказа счастливому финалу — к «победе христианского учения над звериным началом в человеческом сердце» (с. 158), в частности, к мотиву укрощения зверя праведником. Слова, вынесенные в эпиграф (якобы из жизнеописания Серафима Саровского), сочинены самим Лесковым — в них и заключена мораль рассказа.

В. Зарва исследует источники рассказа Н. Лескова «Некрещенный поп». Исследовательница находит сходные мотивы (чудесное рождение «вымоленного сына»; здесь можно было бы вспомнить еще одного вымоленного и обещанного Богу сына — героя «Очарованного странника») в гоголевских «Вечерах на хуторе близ Диканьки» (сочетание реального и фантастического, восходящее к украинскому фольклору) — впрочем, с существенной оговоркой: «особенности стиля «украинского» произведения Лескова, во многом близкого гоголевскому стилю, сложились не в результате подражания Гоголю, а вследствие обращения писателей к одним и тем же фольклорным источникам…» (с. 132-133). Параллели с романом И. Нечуя-Левицкого «Причепа» и с произведениями Марко Вовчка не вполне убеждают читателя: какой смысл сравнивать лесковского попа Савву с «выламывающимся» из своей среды Федором Чепурновским из «Причепы», если этот священник так и не смог «подняться над невежественной средой» (с. 125)? И разве троекратность действия, обнаруженную автором статьи в повести Марко Вовчок «Институтка», не проще найти во многих фольклорных произведениях?

Г. Косых, исследуя жанр «Очарованного странника», возводит лесковский рассказ к «Телемаку» Фенелона и определяет его как «панегиристическую поэму» или, «ориентируясь на православную традицию, — «житийную поэму»» (с. 150). Такая односторонность представляется весьма сомнительной. О многожанровости «Очарованного странника» уже писалось не раз — напомню хотя бы книгу Б. Дыхановой «»Запечатленный ангел» и «Очарованный странник» Н. С. Лескова» (М., 1980). Возводить лесковский рассказ к Фенелону (с православным оттенком) — значит обуживать его, то есть совершать именно то, с чем всегда спорил автор рассказа.

В. Вязовская, автор книги «Ономастика романа Н. С. Лескова «Соборяне»» (Воронеж, 2007), рассматривает антропонимов главных героев этого романа. Исследовательница вполне убедительно объясняет значение имен главных и второстепенных персонажей центрального романа Лескова, но там, где речь заходит об автобиографичности — то есть о реальной, жизненной основе тех или иных антропонимов, степень убедительности явно снижается. Автор статьи по существу не приводит ни одного аргумента в пользу именно автобиографичности имен персонажей знаменитого романа.

Как первый опыт международной интернет-конференции, посвященной творчеству Н. Лескова, сборник интересен и полезен. Уже объявлен сбор материалов для следующей «Лесковианы». Пожелаем составителю и авторам успеха.

Л. СОБОЛЕВ