Не пропустите новый номер Подписаться
№1, 1988/Книжный разворот

Л. Савельева. Античность в русской романтической поэзии

Л. И. Савельева, Античность в русской романтической поэзии (Поэты пушкинского круга), Изд. Казанского университета, 1986, 79 с.

Перед нами книга, посвященная отражению античности в русской романтической поэзии (конкретнее – в творчестве Языкова, Дельвига, Вяземского и Баратынского). Какую же новую информацию дает она «научным работникам, преподавателям вузов, аспирантам и студентам» (согласно аннотации, книга рассчитана именно на этот круг читателей)? Приведем некоторые итоговые выводы из обобщающего «Заключения»: «Античный поэтический материал, мифологические образы и реминисценции помогают наиболее полному и яркому раскрытию… жизненного идеала русских поэтов» (стр. 74); «В разработке темы поэзии широко и вместе с тем индивидуально используются традиционные античные образы и реминисценции» (стр. 75); «Все поэты пушкинского круга, как и их предшественники и современники, щедро пользовались античным материалом, античными образами и реминисценциями в целях обогащения стиля» (стр. 76).

Новизной и содержательностью эти выводы, прямо скажем, не поражают. Но, прочитав книгу, нельзя не признать, что только к таким выводам и мог привести Л. Савельеву избранный ею метод исследования. Суть этого метода проста: стихотворения искусственно распределяются «по темам» и пересказываются. Пересказы перемежаются цитатами. «Аналитическое» начало сведено к лаконичным констатациям: «В ряде песен и строф славится Вакх, нередко вкупе с Аполлоном»; «В 5 и 6 строфах возлюбленная неожиданно уподобляется Амуру»; «В двух стихотворениях предстает перед читателем образ Купидона»… Эти образцы комментариев взяты (практически наугад) из раздела об анакреонтической лирике. Но подобный «метод» пронизывает всю книгу. К примеру, в стихах разных авторов о поэте и поэзии Л. Савельевой будут старательно регистрироваться (и не более того!) «античный образ Зоила», «традиционный античный образ Пегаса», «мифологический образ Парки» и, конечно же, «образ Музы».

Так обстоит дело с «образами и реминисценциями». Стихотворения, написанные целиком на античный сюжет, вызывают комментарии более пространные, но столь же содержательные. Вот, к примеру, разбор стихотворения Баратынского «Леда» (приводим его полностью, опуская лишь многочисленные цитаты): «Стихотворение исполнено сладострастия и вместе с тем тонкого психологизма. Здесь условный античный пейзаж… Мечтательная «Леда молодая» решила в летний зной искупаться в реке. Поэт фиксирует внимание на ее «прелестях нагих», «персях полных»… Появляется белоснежный лебедь, постепенно приближаясь к Леде… Лебедь влечет ее на берег, где и овладевает ею. Тонко передано пробуждение страсти в наивной деве…» Впечатляющий разбор, не правда ли?..

Это, так сказать, «имманентный» анализ. Есть в книге и анализ «сравнительный»: стихотворения русских поэтов сравниваются с античными текстами, причем сравниваются исключительно на уровне «похоже- не похоже».

Цитировать

Проскурин, О. Л. Савельева. Античность в русской романтической поэзии / О. Проскурин // Вопросы литературы. - 1988 - №1. - C. 245-248
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке