Не пропустите новый номер Подписаться
№2, 1995/История русской литературы

Достоевский и ставрогинский грех

Я не стану тебя уверять, будто я чистый.

Помимо всего прочего

важно выяснить, существует ли чистота?

Верней, – нужна ли она?

Верней, – возможна ли?

Николас Гильен

(Перевод П. Грушко.)

 

Многие по названию статьи поймут, о чем она. Нижеследующие вводные замечания – для непосвященных.

Под ставрогинским грехом имеется в виду поступок Николая Ставрогина- одного из главных действующих лиц романа «Бесы». В конце второй части романа тот признавался (говоря языком современной уголовной хроники) в развратных действиях по отношению к несовершеннолетней. «Бесы» печатались в начале 70-х годов в журнале «Русский вестник». Глава «У Тихона», содержавшая исповедь Ставрогина, была уже набрана, но редактор «Русского вестника» М. Катков отказался ее печатать. Попытки Достоевского отстоять главу остались безрезультатными. Таким было начало этой длинной и непростой истории.

Слух о том, что ставрогинский сюжет для Достоевского биографичен, возник еще при его жизни. Одним из первоисточников слуха стал И. Тургенев. Он рассказывал, что Достоевский сам признался ему в растлении девочки. Обрастая подробностями, слух какое-то время существовал в виде окололитературного фольклора, не выходившего за пределы узкого круга. Его первый прорыв в печать относится, видимо, к 1908 году. Несколько петербургских периодических изданий («Петербургская газета», «Русское слово», «Русь»), обсудив попавший в поле их зрения сенсационный материал, расценили его как сплетню. Казалось, что слух о ставрогинском грехе Достоевского будет навсегда забыт.

Однако в 1913 году эта история получила продолжение. В октябрьском номере журнала «Современный мир» было опубликовано письмо Н. Страхова к Л. Толстому, написанное еще в ноябре 1883 года. Здесь ставрогииский грех вновь приписывался Достоевскому со ссылкой на другой источник. Речь шла об аналогичном признании Достоевского профессору Дерптского университета П. Висковатову, который якобы и рассказал все это Страхову.

С этого времени ставрогииский сюжет прочно приклеился к биографии Достоевского. Он более или менее подробно обсуждался исследователями его жизни и творчества, сопровождал в виде комментариев публикации его романов, писем и т. д. Многие из тех, кто писал об этом (однако не все), оценивали слух о признаниях Достоевского в ставрогинском грехе как вымысел. Письмо Страхова иногда характеризовалось как «предательское». Страхов был связан с Достоевским не только журнальным сотрудничеством, но и долголетней дружбой, а в вышедшей примерно тогда же книге высоко оценивал его творчество## «Биография, письма и заметки из записной книжки Ф. М. Достоевского», СПб., 1883.

Цитировать

Свинцов, В. Достоевский и ставрогинский грех / В. Свинцов // Вопросы литературы. - 1995 - №2. - C. 111-142
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке