№10, 1980/Хроники

Блок в неизданной переписке и дневниках современников. Публикация Н. Котрелева и Р. Тименчика

Ниже печатается выборка из материалов одного из самых больших разделов блоковского тома «Литературного наследства». Составление сводов из неизданных свидетельств современников о жизни и творчестве великих русских писателей стало хорошей традицией для этого издания: она заложена еще в пушкинском томе, недавно заметный вклад в археографическое оснащение литературно-исторических исследований внесли аналогичные разделы томов, посвященных Достоевскому, Островскому. Не впервые, впрочем, предпринимается и попытка увидеть и показать Блока в перенесении взглядов его спутников в жизни и литературе, друзей, противников, читателей. До сих пор ценен монтаж О. Немеровской и Ц. Вольпе «Судьба Блока» 1. Однако если в синопсисе О. Немеровской и Ц. Вольпе использованы, за единичными исключениями, прежде опубликованные материалы, то в названном разделе тома «Литературного наследства» все материалы появляются в свет в первый раз (от этого правила сделано лишь несколько отступлений – когда тот или иной фрагмент из письма или дневника современника ранее цитировался урезанным и без специального комментария в исследовательских работах). Различны и принципы отбора в этих двух изданиях. Первое должно было одеть документальной плотью собственную литературно-критическую конструкцию составителей. Для второго, разумеется, также были в авторском коллективе и редакции разработаны научные критерии значимости материала, принципы его осмысления и подачи. Но главной целью оставалась работа археографическая: выявить и освоить в предельно широких для подобного рода публикаций рамках как можно больше свидетельств о Блоке, отложившихся в эпистолярном и дневниковом наследии эпохи.

В поисках материала были просмотрены сплошь личные архивы многих современников Блока из его ближайшего литературного и жизненного окружения – Андрея Белого, Вячеслава Иванова, Федора Сологуба, Георгия Чулкова и т. д.; выборочно, а иногда и насквозь проработаны архивы десятков литераторов, связанных с Блоком. И в итоге в руках редакции оказалось более тысячи документов: время Блока заговорило о поэте и человеке не языком тогдашних газет или журналов, но доверительным языком личной переписки, дневника. При убедительности статистической выборки, по-видимому, интересной оказывается и сама неравномерность в расположении материала по годам, месяцам и дням: мы можем размышлять, почему те или иные события в биографии и творчестве Блока приобретают больший или меньший резонанс, что в Блоке было наиболее важным и ценным для его современников. Тем самым мы лучше представляем себе и Блока, и его эпоху; магистральная линия всей публикации – это становление образа Блока, великого поэта, выразившего свое время.

К предварительной публикации в «Вопросах литературы» отобраны наиболее интересные документы, показывающие Блока в узловые моменты его движения сквозь литературу, от дебюта до первых шагов нарождавшегося исследования жизни и творчества поэта. Для этого использованы фрагменты из писем, свидетельствующие о наиболее важных выступлениях Блока в связи с судьбами русского символизма и с поисками собственного пути. С другой стороны, и в небольшой подборке хотелось показать, как Блок отражался в сознании его ближайших преемников, поэтов следующих поколений.

Раздел «Блок в неизданной переписке и дневниках современников» – плод коллективной работы. Текст ниже публикуемых фрагментов подготовили: Ю. Благоволина – фрагменты N 2, 5, 13 – 16, 34; Ю. Галанина и А. Конечный – N 24; Кейдан – N 8, 29; Н. Котрелев – N 21, 22, 30; Е. Литвин – N 33; Н. Лощинская — N 11; В. Паперный – N 36; И. Фащевская – N 27; В. Сажин – N 23, 28″ 32; Р. Тименчик – N 6, 7, 12, 17, 18, 19, 20, 25, 26, 31, 35; И. Якир – N 1, 3, 4, 9, 10. Комментарий выполнен: Н. Котрелев – N 1 – 5, 7 – 11, 13 – 16, 22, 24; Р. Тименчик – N 6, 12, 17 – 21, 23, 25 – 36.

Для журнальной публикации примечания сильно сокращены.

 

1. АНДРЕЙ БЕЛЫЙ – Э. К. МЕТНЕРУ2

Серебряный Колодезь. 7 августа 1902 г.

<…> P. S, Пользуюсь оставшемся местом для переписки стихотворений А. Блока – самого талантливого поэта «из молодых» (это мое убеждение) 3. <…>

Не правда ли, какое проникновение куда-то скрывается под этой слегка корявой, неряшливой рифмой? И до чего современны, до чего страшны такие стихи? <…>

ГБЛ, ф. 167, к. 1, ед. хр. 1, л. 2об. Автограф.

 

2.П. П. ПЕРЦОВ4 – В. Я. БРЮСОВУ

12 октября 1902 г.

<…> Относительно манеры печатания стихов в «Н[овом] п[ути]» – мы остановились на следующем: по правилу в каждой отдельной книжке будет печататься только один поэт, и, выступая сразу с группой стихов, он может таким образом «зарекомендовать себя». Впрочем, мы, кажется, с Вами уже говорили об этом. В этом году намечены книжки Сологуба, Гиппиус, Ваша, Блока, м[ожет] б[ыть], Минского, Случевского; хорошо бы заполучить в целой пачке Бальмонта. <…>

ГБЛ, ф. 386, к. 98, ед. хр. 9. Автограф.

 

3.АНДРЕЙ БЕЛЫЙ – Э. К. МЕТНЕРУ

[Москва, 1904 г. начало сентября.]

Дорогой Эмилий Карлович,

на этот раз письмо мое только деловое. 1) Простите, если я являюсь снова и снова орудием в руках других – когда пересылаю Вам эту рукопись стихотворений Блока5. С. А. Соколов просит очень Вас разрешить сборник к печатанью, сделав, конечно, соответствующие изменения. Мотивы его таковы: Вы – культурный цензор я, стало быть, не остановитесь перед некоторыми стихами рукописи – стихами, которые могут вызвать сомнения и недоумения, хотя по существу невинны, разве только окрашены «декадентским» налетом, под которым в сознании многих может «Бог весть что прятаться». Я просматривал сборник, и думается мне, – в нем почти нечего вычеркнуть. Еще раз простите, дорогой Эмилий Карлович. Я было думал отбояриться, но С. А. Соколов очень просит меня переслать Вам оный сборник. <…>

P. S. Нельзя ли поскорее ответить о рукописи Блока?

ГБЛ, ф. 167, к. 1, ед. хр. 40. Автограф. Датируется в связи с ответом Метнера от 9 сентября 1904 года (см. ниже).

 

4.Э. К. МЕТНЕР – АНДРЕЮ БЕЛОМУ

9 сентября 1904 г., г. Н. Новгород.

В ту же минуту, как получил чарующие стихи о Прекрасной Даме, я начал их читать. В один вечер дочитал до конца. Я их разрешу6, но, дорогой Борис Николаевич, имейте в виду следующее. Меня начинают забрасывать работой из разных концов России и все на том же основании, что я, мол, «культурный» цензор и т. д. Даже из Казани присылают, где есть отдельный, но весьма свирепый цензор, которому вовсе немного работы. Отказываться я не имею (по закону) права, но я могу (по закону же) держать рукопись 3 месяца. Конечно, для Вашей рукописи и для рукописи Блока я всегда сделаю исключение, но Койранские7, Подшпибышевские8 et tutti quanti будут ждать полных 3 месяца, иначе мне придется отказываться от досуга. <…>

ГБЛ, ф. 167, к. 4, ед. хр. 43, л. 1. Автограф; на именной почтовой бумаге Э. К. Метнера.

Ответ на письмо Белого от начала сентября 1903 года. В недатированном письме Белый через несколько дней благодарил друга за живое участие в судьбе первой книги Блока: «Спасибо, спасибо за Блока. О Подпшибышевских не беспокойтесь» (ГБЛ, ф. 167, к. 1, ед. хр. 41, л. 1).

 

5.Л. Д. ЗИНОВЬЕВА-АННИБАЛ9– В. К. ШВАРСАЛОН10

Петербург, 21 января 1907 г.

<…> Был Блок с женой. <…> Блок читал цикл дивных стихов11, после которых мне страстно хотелось услышать allegretto 7-й симфонии12, оно одно было бы воистину достойно музыки трагических и проникновенных слов этого большого поэта. Вячеслав признал его первым лириком по силе и дионисизму. Были еще Городецкий, Чулхов и Волошин. <^…>

Дальше 4-я новость: Блок сдружился с нами необыкновенно (да: ведь этот его цикл стихов «Снежная маска» набирается уже в «Орах»). Эта дружба делает нам глубокую и большую радость, потому что он высокий человек и страшно строгий и поэтому одинокий.

ГБЛ, ф. 109. Автограф.

 

6.А. А. АХМАТОВА – С. В. ШТЕЙНУ13

Киев, 11 февраля 1907 г.

Как раз сегодня Наня14 купила второй сборник стихов Блока15. Очень многие вещи поразительно напоминают В. Брюсова. Напр[имер], стих[отворение] «Незнакомка», стр. 21, но оно великолепно, это сплетение пошлой обыденности с дивным ярким видением. <…>

ЦГАЛИ, ф. 1298, оп. 2, ед. хр. 1. Автограф.

 

7.М. А. КУЗМИН – В. Ф. НУВЕЛЮ16

[13 июля 1907 г.]

<…> Блок, попав в «Знание» 17, прямо с ума сошел, и, читая его статью в том же «Руне», то слышишь Аничкова, то Чулкова, то, помилуй бог, Луначарского. <…>

ЦГАЛИ, ф. 781, оп. 1, ед. хр. 8, л. 38об. – 37об. Автограф. Кузмин пишет о статье Блока «О реалистах», напечатанной в N 6 журнала «Золотое руно» на 1907 год.

 

8.Д. В. ФИЛОСОФОВ18– АНДРЕЮ БЕЛОМУ

9/22 августа 1907 г.

<…> А поход против Петербурга начать следует19. Явно, что Блок и Чулков соединились с Андреевым против нас20. Моя роль окончена. Явно никогда не простится мне хула на Горького и Андреева! 21<…>

ГБЛ, ф. 25, к. 24, ед. хр. 16, л. 27об. Автограф.

 

9.Г. Э. ТАСТЕВЕН22 – Г. И. ЧУЛКОВУ

[Москва, 30 августа 1907 г.]

<…> Сейчас предложено Вячеславу Иванову вести самостоятельный философский и критический отдел23 в «Руне» с правом приглашать сотрудников24; такие же полномочия, как известно, имеет А. Блок, и таким образом состав редакция становится все более определенным. Я думаю вообще, что самое нормальное, когда журнал редактируется не одним лицом, а комиссией из ближайших сотрудников и редакторов отделов, как это принято на Западе, где при редакторе есть «comite de redaction» 25. Мне кажется, что теперь уже положение настолько определенно, чтобы сотрудники, вышедшие из журнала, могли вернуться26. Ввиду этого с нетерпением жду Вашего принципиального ответа. Насколько мне известно, Ваш уход27 из «Руна» был вызван направлением, принятым «Золотым Руном» под влиянием Брюсова, который через Курсинского проводил свою собственную политику в журнале. Выход Л. Андреева также, по-видимому, был устроен под влиянием инструкций из «Весов». Ведь ни для кого не тайна, что рецензия о Бунине была написана по заказу28. Теперь в «Руне» нет скрытых вдохновителей и дело обстоит просто и ясно: Н. П. Рябушинский, официальный редактор, очень сочувствует новому течению журнала и предоставит! все ведение заведующим отделами. Я твердо уверен, что теперь существуют все условия, обесточивающее возможность серьезной и ответственной работы, которая теперь предстоит. Хотелось бы знать, что Вы думаете по этому поводу и считаете ли Вы возможным возвращение Л. Андреева и Зайцева. При таком условии «Руно» явилось бы выразителем самого молодого и жизненного из современных течений. <…>

ГБЛ, ф. 371, к. 4, ед. хр. 69, л. 3. Автограф; на почтовой бумаге журнала «Золотое руно».

 

10.Г. Э. ТАСТЕВЕН – Г. И. ЧУЛКОВУ

15 августа 1908 г.

<…> С большим интересом читал Ваш рассказ29 в «Образовании», где Вы вывели Блока; по-видимому, «Образование» будет защищать родственную «Руну» позицию, хотя состав его очень пестрый30. Мне бы хотелось, чтобы Вы взяли на себя ведение литературных хроник, т[ак] к[ак] Блок, по-видимому, регулярно уже не будет вести их (хроника можно было бы помещать если не в каждом, то через номер) 31.

ГБЛ, ф. 371, к. 4, ед. хр. 69, л. 23. Автограф; на почтовой бумаге журнала «Золотое руно».

 

11.Л. Д. БЛОК – А. А. КУБЛИЦКОЙ-ПИОТТУХ

14 декабря [1908 г.]

Давно не было так хорошо и интересно, как в эту пятницу в Литературном О[бщест]ве, когда Саша читал реферат и потом говорили до 2-х часов ночи подряд. Только Вы бы не досидели до хорошего, я уверена, потому что и я чуть не ушла в начале прений. Так возмутительно нагло и нахально начали обращаться ораторы-пошляки из с[оциал]-д[емократов] не только с рефератом, но и с Сашей. Ненаучно, неопределенно, по-детски, наивно, «где был во время обществ[енного] движения», «увидел бы, как интеллигенция умирала заодно с народом», и все это с жестами, с сорванными аплодисментами. Аудитория вся «не своя», кружков «Р[усского] Богатства»»Мира Б[ожьего]», сторонников человек 10, не больше. Чулков еще подбавил ужаса – вздумал защищать от предшественника (Рейснера) 32 (говорил вторым), что, мол, как вы не видите, что реферат написан кровью, ничего, что наивный – словом, сцена из «Песни Судьбы» – се человек. Говорил, что Блок должен говорить только о лириках, себе подобных, оторванных от национальной стихии, а не об интеллигенции, и надо приветствовать, что вот лирик обратился к общественности. На меня произвел отвратительное впечатление на З. Гиппиус тоже, хотя это, положим, не доказательство.

  1. «Судьба Блока. По документам, воспоминаниям, письмам, заметкам, дневникам, статьям и другим материалам». Сост. О. Немеровская и Ц. Вольпе, Изд. писателей в Ленинграде, 1930. []
  2. Эмилий Карлович Метнер (1872 – 1936) – музыкальный критик» (псевдоним – Вольфинг), один из учредителей издательства «Мусагет» и при нем журнала «Труды и дни»; ближайший друг Белого, один из членов московского кружка «аргонавтов».[]
  3. Следуют пять стихотворений Блока: «Брожу в стенах монастыря…», «Предчувствую Тебя. Года проходят мимо…», «Ищу спасенья…», «Одинокий, к тебе прихожу…», «В полночь глухую рожденная…»[]
  4. Пётр Петрович Перцов (1868 – 1947) – литературный критик, публицист, издатель, много способствовавший завоеванию русским символизмом независимого положения в литературе. (См.: А. В. Лавров, Архив П. П. Перцова, в кн.: «Ежегодник Рукописного отдела Пушкинского Дома на 1973 год», «Наука», Л. 1976, стр. 25 – 50.)[]
  5. Речь идет о проведении первой книги Блока – «Стихи о Прекрасной Даме» – через цензуру. В результате обращения к Метнеру, служившему цензором в Нижнем Новгороде, книга (вышедшая в московском издательстве «Гриф», принадлежавшем С. А. Соколову) избежала какого бы то ни было цензурного вмешательства.[]
  6. Цензурное разрешение блоковскому сборнику помечено тем же числом – 9 сентября 1904 года, – что и письмо Метнера, откуда публикуется выдержка.[]
  7. Нарицательным именем для обозначения декадентствующей литературной молодежи выбрана фамилия братьев Койранских, из которых в литературных кругах был более известен поэт и журналист Александр.[]
  8. По всем ранним письмам Метнера к Белому проходит резкое неприятие становящегося расхожим модернизма.[]
  9. Лидия Дмитриевна Зиновьева-Аннибал (1866 – 1907) – жена Вяч. Иванова.[]
  10. Вера Константиновна Шварсалон (1890 – 1920) – дочь Л. Д. Зиновьевой-Аннибал от первого брака; впоследствии – жена Вяч. Иванова.[]
  11. Речь идет о «Снежной маске».[]
  12. Имеется в виду Седьмая симфония Бетховена []
  13. Сергей Владимирович фон Штейн (1882 – ?) – поэт, переводчик, литературовед, муж сестры Ахматовой – И. А. Горенко. С Блоком он познакомился в период составления «Литературно-художественного сборника», в котором Блок дебютировал (сборник, инициатором которого был С. В. фон Штейн, вышел в 1903 году). В 1900-е годы неоднократно встречался с Блоком по издательским делам и на поэтических вечерах. См. его «Воспоминания об Ал. Блоке» («Последние известия», Таллин, 21 и 24 августа 1921 года).[]
  14. Мария Александровна Змунчилла – двоюродная сестра Ахматовой []
  15. «Нечаянная радость».[]
  16. Вальтер Федорович Нувель (1871 – 1949) – чиновник особых поручений Канцелярии министерства императорского двора, музыковед и музыкант-любитель, один из ближайших сотрудников журнала «Мир искусства».[]
  17. В начале 1907 года на Капри велись переговоры между М. Горьким и Л. Андреевым о редактировании последним сборников «Знание». В письме к Горькому от 22 июля 1907 года Андреев так сформулировал продуманную им программу альманаха: «Нужно приглашать новых (на одних старых никуда не уедешь, жизнь уходит от них), а я и не знаю, насколько в этом случае я могу быть самостоятелен. По-моему, например, необходимо пригласить теперь же: Блока, Сологуба, Ауслендера, еще кой-кого… Выбор материала будет у меня параллелен моей собственной работе: «буду помещать только то, что ведет к освобождению человека». Точнее формулировать трудно, ибо все в конце концов дело такта и понимания» («Литературное наследство», 1965, т. 72, стр. 284).

    Блок воодушевился перспективой выхода за рамки литературной школы, представителем которой выступил в начале творческого пути. Он хорошо знал в то же время и внутреннее напряжение внутри этой школы, ведшее к неминуемому расколу и перестроению ее рядов.

    Однако М. Горький резко и непримиримо высказался против соединения «новых» и реалистов в одном издании.[]

  18. Дмитрий Владимирович Философов (1872 – 1940) – литературный критик и публицист.[]
  19. Речь идет о дальнейшем развитии кампании, которую уже более года «московские» литераторы (прежде всего Андрей Белый и В. Брюсов) в союзе с «парижанами» (З. Гиппиус, Д. Мережковским) вели против «петербуржцев» – Г. Чулкова, Вяч. Иванова, А. Блока.[]
  20. Речь идет о планах Л. Андреева привлечь символистов к участию в сборниках «Знание».[]
  21. Философов постоянно выступал ярым противником М. Горького и Л. Андреева.[]
  22. Генрих Эдмундович Тастевен (1881? – 1915) – литературный и художественный критик; с N 3 на 1907 год и до прекращения журнала – секретарь «Золотого руна».

    В продолжение августа – сентября 1907 года прошли напряженные переговоры среди русских символистов в связи с определением состава авторов журнала «Золотое руно». Рознь двух символистских группировок – «московской» (сплоченной В. Брюсовым вокруг «Весов», из Парижа поддержанной З. Гиппиус и Д. Мережковским) и «петербургской» (во главе с Вяч. Ивановым, А. Блоком и Г. Чулковым) – к лету 1907 года вызрела настолько, что уже в мае – июне Брюсов смог подготовить коллективный выход «весовцев» из «Золотого руна» (см. «Литературное наследство», 1976, т. 85, стр. 694, 696, 700). Обращение Тастевена, на деле руководившего развитием журнала, к «петербуржцам» нельзя рассматривать как конъюнктурный ход: Тастевен стремился сделать «Золотое руно»»идейным» журналом, ориентированным именно в направлении, близком «мистическому анархизму» Чулкова, Иванова, Блока, поскольку под этим девизом подразумевалось преодоление декадентского индивидуализма.

    При том, что и Блок, ставший ведущим критиком «Золотого руна» в 1907 – 1908 годы, и Вяч. Иванов (сотрудничество которого с журналом временами совсем замирало), сохраняя независимость собственной позиции, были далеки от групповых полемических преувеличений, наиболее близким сотрудником из «петербуржцев» для Тастевена оказался Чулков. Первый шаг в переговорах с Чулковым был сделан, как только в Москве стало известно о выходе «весовцев» из «Золотого руна» (их открытые письма были напечатаны во многих газетах 21 и 22 августа, – см. «Литературное наследство», т. 85, стр. 698).

    Блок, однако, принял самое деятельное участие в перестройке «Золотого руна». Он был первым из «петербуржцев», кто согласился на официальное оформление своих отношений с журналом, еще в апреле – мае проведя переговоры с Рябушинским о вознаграждении за ведение литературно-критического отдела (см. «Литературное наследство», 1978, т. 89, стр. 193, 196, 199); летом 1907 года в самый разгар конфликта вокруг «Золотого руна» Блок состоит в не дошедшей до нас переписке с Тастевеном («Александр Блок и Андрей Белый. Переписка», изд. ГЛМ, М. 1940, стр. 189, 208) и принимает его у себя в Шахматове (VIII, 192). Однако Блок считал, что сам он не способен «создать журнал» (VIII, 200), что больше соответствует роли вождя складывающейся группировки именно Вяч. Иванов. 3 сентября 1907 года в газете «Свободные мысли» появилось анонимное сообщение: «А. Блока пригласили редактировать «Золотое Руно»; от приглашения Блок отказался в пользу Вяч. Иванова. Этим последним предложение принято под условием полной автономии журнала от Н. Рябушинского, т[о] е[сть] лишения его всех прав на просмотр рукописей и на какие бы то ни было непосредственные отношения к сотрудникам». Нарочито заостренные, явно задевающие Рябушинского и делающие для него невозможным компромисс с новыми сотрудниками формулировки хроникальной заметки выдают ее «весовское» происхождение. Как бы то ни было, вполне устранить влияние Рябушинского в журнале не удалось, о чем Блок писал Вяч. Иванову 5 сентября 1905 года: «…Я обещал «Золотому Руну» просить Вас очень быть редактором его, т[о] е[сть] взять весь журнал внутренно в свои руки. Внутренно потому, что официально отказа от редактирования Рябушинский ни за что не даст» («Блоковский сборник», II, Тарту, 1972, стр. 373). Но и подобное редакторство Иванова не состоялось, в дальнейшем Рябушинский играл в своем журнале видную роль, хотя главными его идейными руководителями были Тастевен и Чулков[]

  23. формально рубрика «Литературно-философский отдел» появляется в журнале только с N 1 на 1908 год.[]
  24. Переписка «Золотого руна» с Вяч. Ивановым относительно философского отдела неизвестна.[]
  25. По-видимому, Тастевен питал надежду с помощью «редакционного комитета» ограничить меценатское своеволие Рябушинского в журнале, чего в скандальной форме потребовал перед окончательным разрывом А. Белый («Александр Блок и Андрей Белый. Переписка», стр. 189 – 190).[]
  26. Речь идет о возвращении в «Золотое руно» писателей, в разное время вышедших из журнала в результате проведения «Золотым руном» в конце 1906 – начале 1907 года «брюсовской» политики.[]
  27. Чулков вышел из состава авторов журнала с N 4 1907 года.[]
  28. Имена Л. Андреева, Б. Зайцева и И. Бунина исчезают из рекламных объявлений «Золотого руна» начиная с N 2 на 1907 год, то есть вслед за появлением в предыдущем номере рецензии С. Соловьева, в то время ближайшим образом связанного с Брюсовым, на третий том собрания сочинений Бунина (СПб. 1906), оскорбительной для поэта.[]
  29. См. рассказ Чулкова «Парадиз» («Образование», 1908, N 7); прототипом одному из его героев, поэту Александру Герту, послужил Блок.[]
  30. «Образование» (СПб. 1892 – 1909) – литературный, научно-популярный и общественно-политический журнал. []
  31. Вести обзоры современной литературы для «Золотого руна» Блок взялся в апреле 1907 года. Но уже 1 сентября 1907 года он записывает: «Бросить нудную современную литературу. Ведь все одно и то же – о Скитальце два раза не поговоришь. Брошу, да и займусь «историко-литературной» статьей… Оно и полезней и интересней» (ЗК, 98). Однако до конца 1908 года в «Золотом руне» регулярно появлялись его обзорные статьи: «Письма о поэзии», – N 7 – 9 и 10, «Вопросы, вопросы и вопросы» – N 11 – 12. Чулков для «Золотого руна» обзоров не делал, в 1909 году они прекращаются.[]
  32. Михаил Андреевич Рейснер (1868 – 1928) – профессор-юрист. См. пренебрежительный отзыв Блока о его выступлении: ЗК, 125 – 126.[]

Цитировать

Котрелев, Н. Блок в неизданной переписке и дневниках современников. Публикация Н. Котрелева и Р. Тименчика / Н. Котрелев, А. Блок, Р. Тименчик // Вопросы литературы. - 1980 - №10. - C. 256-280
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке