№10, 1981/Обзоры и рецензии

«…Всем строем нашей жизни»

М. Синельников, Право отвечать за все. Рабочий человек в прозе 70-х годов, «Советский писатель», М. 1980, 328 стр.

В книге М. Синельникова прослежено развитие рабочей темы в литературе 70-х годов. Подготовка к XXVI съезду КПСС и его решения активизировали внимание к рабочей теме, к изображению человека труда в литературе и искусстве, стимулировали движение теоретической мысли в этом направлении. Рецензируемая книга погружена в контекст тех плодотворных обсуждений производственной темы, которые велись в последние годы. Это и не удивительно: автор книги сам их активный участник. Книга возникла на базе его статей, печатавшихся на протяжении последнего десятилетия. Опираясь на соображения, высказанные в монографиях и статьях Ю. Кузьменко, В. Озерова, В. Новикова, Б. Анашенкова, Г. Бровмана, А. Метченко и других исследователей и критиков, в выступлениях писателей – от К. Федина до В. Кожевникова и Ч. Айтматова, – автор развивает свою концепцию производственной темы. Исследование ведется на самом широком материале: от произведений чисто художественных до деловой прозы, рабочих мемуаров, очерков.

Известны издержки «тематического» подхода к литературе. Может быть, главная из них, когда разные и непохожие художники подчас насильно втискиваются в одну обойму. Нельзя сказать, что книга совершенно свободна от подобного рода издержек. Например, в один тематический ряд попадают произведения разного художественного уровня. И хотя разговор о художественном качестве ведется на протяжении всей книги, вопрос о качестве понимается слишком узко – как вопрос о психологической достоверности. Поэтому автору не удается выдержать единый масштаб оценок. Однако без тематического подхода не обойтись, если хочешь разобраться в обширном и многообразном содержании современной прозы. Цитируя известное горьковское определение темы, М. Синельников делает из него верный, на наш взгляд, вывод: тематический подход «подразумевает прежде всего обращенность к сумме идей произведения, вырастающей из суммы отраженных в нем признаков действительности…» (стр. 18).

Автор ставит вопрос о границах рабочей темы. Вопрос этот закономерен: ответом на него определяется предмет исследования. Каковы главные признаки рабочей темы? Может быть, социальная принадлежность героя? Такая точка зрения высказывалась в одной из газетных дискуссий. Существуют и иные подходы к проблеме: «…Писать на рабочую тему – это значит писать не только об индустриальном труде, а обо всем окружающем мире, но с точки зрения рабочего класса» (стр. 8). М. Синельников не отвергает эти существенные приметы темы. Да, безусловно, важна социальная принадлежность героя. А точка зрения рабочего класса определяет многое в нашей духовной жизни. Именно поэтому здесь нужны существенные уточнения, если их не сделать, то под рубрику «рабочая тема» попадет поистине бесчисленное множество произведений. Критик предлагает свое решение проблемы. То общее, что объединяет книги рабочей темы, полагает он, «заключено прежде всего в особой направленности художественного исследования, особом ракурсе изображения, учитывающем обстоятельства духовного формирования и проявления героев. Иначе говоря, они, герои, предстают перед нами людьми, чьи судьбы, чей облик теснейшим образом связаны с законами жизни рабочего коллектива» (стр. 16). Именно эта связь и определяет суть темы.

Это положение становится для критика точкой отсчета, которая позволяет рассматривать в интересующем его аспекте многие явления современной литературы.

«Соленая Падь» С. Залыгина, «Судьба» П. Проскурина, «Вечный зов» А. Иванова – произведения эти, казалось бы, и тематически и стилистически разнохарактерные, но найденный угол зрения – выяснение роли рабочего класса, рабочей правды в созданном писателем образе действительности – позволяет критику объединить их (глава «За рабочую правду, за народное счастье»). В историко-революционных мотивах книг, где действуют и рабочие, и крестьяне, и представители интеллигенции, автор ищет истоки утверждения социально-нравственных начал современной советской жизни, «начал, идущих от пролетарского корня» (стр. 37). Военные эпизоды, приметы времени первых пятилеток в разбираемых произведениях приводят критика к размышлениям о процессах, в силу которых идеи, воплотившиеся в пролетарской революции, «становились достоянием самых широких трудовых масс, всего народа» (стр. 54).

В свете поставленной проблемы автор исследует сюжет, систему деталей произведений, в которых «целенаправленно, философски подчеркнуто» ведется исследование исторического самосознания рабочего человека, ощущения им «судьбы класса в личной судьбе» (глава «Индивидуальное и всеобщее»). Рабочие династии Крутиковых («Истоки» Г. Коновалова), Журбиных («Журбины» Вс. Кочетова) живут на «большаке истории». Критик показывает, какими средствами, какими художественными приемами достигнуто то, что «мировой конфликт, ни в чем не теряя своей глобальности, пропущен через судьбы частные, личные – укрупняя их, придавая символически – обобщенное звучание» (стр. 59).

Книга М. Синельникова – многоаспектная, многопроблемная – цементируется обращением к самой сердцевине анализируемых произведений, к «оси вращения» всего современного литературного процесса – человеку, концепции личности, принципам и приемам изображения человека. Это и естественно, сейчас становится все более признанным такой подход к изучаемой проблеме, согласно которому производственная тема – «это не просто взятый из жизни и связанный с проблемами научно-технической революции сюжет и конфликт, точно схваченные детали или характеры. Это прежде всего включенность героев в широкую панораму социального общения, неотрывное от нормы коммунистической морали развитие творческой, социально-политической активности личности» 1. Литературный герой – категория, как известно, историческая, изменяющаяся во времени. Рамки периода, исследуемого в книге М. Синельникова, очерчены подзаголовком: «Рабочий человек в прозе 70-х годов». Однако такая постановка проблемы требовала более четкого историзма: в целом не ясно, отличается ли нынешний подход к этой теме от того, который продемонстрировала советская литература 30-40-х годов, нет и ощущения эволюции рабочей темы на протяжении изучаемого периода. Достоинством книги, на наш взгляд, является конкретный анализ наиболее значительных произведений о рабочем классе, и прежде всего, естественно, изображенных в них человеческих характеров во всем многообразии и широте их общественных отношений и взаимоотношений. М. Синельников справедливо возражает против отождествления многосторонности характера и его художественной цельности (глава «О жизненной полноте и художественной цельности»). Основой такого отождествления, бытующего в творческой практике и критике, служит искусственное разделение внутреннего мира героя на «производственные проблемы» и «личные линии», – последние подчас вплетаются в ткань повествования для придания образу убедительности. Размышляя о героях «Территории» О. Куваева, критик резонно замечает, что О. Куваев пришел к романной полноте изображения действительности «через ограничение». «Куваев исходит из тех ощущаемых им требований соразмерности, которые позволяют сосредоточиться на главном, вместить в это главное все напряжение духовной жизни персонажей» (стр. 280).

В массе героев современной прозы М. Синельникова более всего привлекают те, которые в силу их личностных качеств становятся «ведущими», а не «ведомыми». М. Синельников совершенно прав, утверждая, что одна из примечательных особенностей книг рабочей темы – «внимание к тому, как вырабатывается активная жизненная позиция, как проявляется она в наших буднях» (стр. 24). С характерами, которые мы встречаем в произведениях В. Кожевникова, М. Колесникова, О. Гончара, О. Куваева, П. Загребельного и других писателей, – характерами, аккумулирующими в себе зрелость и мудрость рабочего класса,- во многом связан гражданский пафос советской литературы. Вопрос об активном герое современной литературы так или иначе затрагивается на протяжении всей книги. Наиболее интересно тема эта раскрывается в главах «Мир беспокойный, мир надежный…» и «Много ли человеку надо?..». В них речь идет о молодом герое книг рабочей темы, о нравственной самореализации личности. Говорит ли автор о липатовском Евгении Столетове или Веньке Комракове из повести Ю. Антропова «Перед снегом», он рассматривает молодого рабочего как человека возрастающей гражданской ответственности, в котором проявляются лучшие черты времени. Глубинную сущность героя повести А. Кривоносова «Гори, гори ясно» Парфена Локтионова критик усматривает «в преодолении, в отходе от ограниченно-привычного, в поисках новых возможностей нравственного самопроявления» (стр. 227).

Автор видит одну из тенденций современной прозы в том, что возрастает внимание писателей к конкретике профессиональных обстоятельств (глава «Индустрия наших дней…»). Он разбирает целый ряд произведений с целью понять, как осваивается эстетически та почва, на которой произрастают нравственные коллизии. Точность выбранной позиции («интерес текущей прозы к реалиям производства обусловлен стремлением полнее постичь нравственный мир современника». – стр. 87-88) позволяет ему выявить целый ряд типичных несовершенств в изображении человека.

Воссоздавая атмосферу споров о деловом человеке в эпоху НТР, которые велись в последнее десятилетие (глава «Решают не тумблеры – люди!..»), М. Синельников приходит к важному выводу: не просто деловой человек (таких изображала и дореволюционная русская литература), но «деловой человек социалистической формации – такова реальность и потребность общества зрелого социализма; такой должна быть и непременная точка отсчета в литературных спорах» (стр. 175).

Советская литература, прежде всего проза о рабочем классе обращается к проблемам перестройки сознания человека в связи с совершенствованием самого строя нашего общества, к роли в этом процессе Коммунистической партии и рабочих коллективов. Эту проблематику автор анализирует в главах «Новые возможности, новая степень ответственности», «Постоянство перемен». Здесь автор в русле поставленной в начале книги проблемы – исследование связи духовного облика литературного героя с законами жизни рабочего коллектива – размышляет о расширении границ личной ответственности рабочего в современную эпоху, о рабочей чести, о борьбе против равнодушия, бесхозяйственности и о других проблемах производственной прозы. Но и здесь следует заметить, что М. Синельников не всегда выявляет специфику постановки этих проблем именно в литературе 70-х годов. Из книги зачастую трудно сделать вывод о том, открыл ли интерпретируемый М. Синельниковым писатель что-то новое или повторяет давно известное.

Обращение критики к теме рабочего класса в литературе закономерно и актуально: за последние годы литература о рабочем классе сделала рывок вперед, дав произведения значительные и вызвавшие большой общественный резонанс, серьезные общественные обсуждения, показавшие не только значимость успехов, но и повышение уровня требований к произведениям на эту тему. Книга М. Синельникова вносит свой вклад в выявление создаваемого действительностью и отражаемого литературой типа личности современного героя.

  1. Ю. Барабаш, Социалистическая культура – нравственный потенциал, «Коммунист», 1981, N 3, стр. 87.[]

Цитировать

Минакова, А. «…Всем строем нашей жизни» / А. Минакова // Вопросы литературы. - 1981 - №10. - C. 234-238
Копировать