Не пропустите новый номер Подписаться
№7, 1990/Хроники

Воспитание ученика (В. А. Жуковский и И. В. Киреевский)

После смерти Пушкина Жуковский стал признанным главой русской поэзии, вокруг него сплотились лучшие ее силы, и прежде всего писатели пушкинского круга. Н. М. Языков в письме к Гоголю точно назвал поэта «парнасским старейшиной» 1. Известна и долголетняя деятельность Жуковского – опекуна и заступника бедствовавших и гонимых русских писателей, от декабристов до Герцена. Однако при этом он неизменно оставался тем, чем был с самого начала, – всеобщим учителем, мудрым советчиком, непререкаемым авторитетом. Причем ныне становится ясно, что учителем Жуковский был не только для И. И. Козлова, Языкова и молодого Пушкина, но и для Гоголя, Лермонтова и других наших писателей.

Но среди его подопечных был один, значивший для поэта куда более остальных. Речь идет о самобытном русском мыслителе и писателе Иване Васильевиче Киреевском (1806 – 1856), родственни-ке и воспитаннике поэта. Для Жуковского Ванюша, как он его нензменно называл, был больше чем ученик, родственник и воспитанник. Самому императору Николаю I, запретившему журнал И. В. Киреевского «Европеец», поэт смело заявлял: «…Киреевский есть самый близкий мне человек» 2.

Судьба послала Жуковскому сына в весьма зрелые годы, а до той поры духовным его сыном оставался Иван Киреевский. Сегодня мы, конечно, обращаемся к их литературным взаимоотношениям и значению, однако должны при этом помнить, что Жуковский и Киреевский ценили свое кровное и духовное родство и дружбу превыше любых литературно- профессиональных взаимовлияний и соображений. Для Киреевского было первостепенно важно то, что Жуковский – «гений-хранитель» 3 семьи Киреевских -Елагиных, а в письме 1830 года к поэту он именовал его точно и выразительно – «друг-отец» 4.

Самобытный талант Киреевского-критика был признан всеми – от Пушкина до Чернышевского. Однако талант этот мало что значил бы сам по себе, если бы не руководила правильным развитием и направлением собственного природного дара цельная и оригинальная личность критика, устоявшая под многими тяжкими ударами судьбы. А первостепенное значение для образования этой личности имели мать, Авдотья Петровна Елагина, переводчица и писательница, женщина сильного характера и глубокого ума. и «друг-отец»Жуковский, который в письме к Пушкину говорил со всей ясностью: «Талант ничто. Главное: величие нравственное» 5.

Не в том только дело, что поэт был профессиональным педагогом. Да, Жуковский руководил воспитанием и образованием мальчика, угадал и развил в нем писательское дарование. Сохранилось его письмо Киреевским, где сказано: «В вашей семье заключается целая династия хороших писателей – пустите их всех по этой дороге! Дойдут к добру. Ваня – самое чистое, доброе, и умное, и даже философическое творение» 6.

Более красноречиво и подробно его послание к А. П. Елагиной, посвященное судьбе ее сына: «Я уверен, что Ваня может быть хорошим писателем. У него все для этого есть: жар души, мыслящая голова, благородный характер, талант авторский. Нужно приобрести знания поболее и познакомиться более с языком. Для первого – учение, для последнего – навык писать. Могу сказать ему одно: учись и пиши: сделаешь честь своей России и проживешь недаром. Мне кажется, что ему надобно службу считать не главным, а посвятить жизнь свою авторству. Что же писать, то скажет ему его талант. Пускай учит Россию и учится у Вальтер Скотта изображать верно отечественное; потом пускай познакомится с нравственными писателями и философами Англии» 7. Как видим, это целый педагогический трактат. И здесь ключевое, главное слово – «нравственность». Сразу надо сказать, что, в отличие от многих других программ, эта была выполнена. Киреевский читал пророческое письмо Жуковского и но нему построил свою литературную судьбу, свою жизнь, вывери свои взгляды, которые смело можно назвать этической эстетикой.

В 1826 году юный Иван Киреевский пишет Жуковскому удивительное по искренности и глубине мысли письмо, ценнейший документ в многолетней истории их дружбы: «Если мы в самом деле можем скоро увидеться с Вами, то для меня это будет большое утешение; ибо Вы один из весьма немногих, мирящих меня с людьми. В Вас я не разочаруюсь, я в этом уверен… Близко трона, пользуясь милостями царя, быв, может быть, свидетелем многих его хороших дел: всякий другой сделался бы его слепым обожателем; – Вам предстоит остаться свободным.

  1. Н. М. Языков, Сочинения, Л., 1982. с. 388[]
  2. М. Гиллельсон. Письма Жуковского о запрещении «Европейца». – «Русская литература». 1965. N 4. с. 120.[]
  3. И. В. Киреевский. Полн. собр. соч.. т. II, М.. 1911. с. 228.[]
  4. РО ГБЛ. ф. 104. карт. 8. ед. хр. 4, л 5.[]
  5. »Переписка А. С. Пушкина», в 2-х томах, т. 1. М, 1982, с. 112. []
  6. «Уткинский сборник», М, 1904. с. 50.[]
  7. »Татевский сборник»,СПб., 1899, с. 72. []

Цитировать

Сахаров, В. Воспитание ученика (В. А. Жуковский и И. В. Киреевский) / В. Сахаров // Вопросы литературы. - 1990 - №7. - C. 275-279
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке