Не пропустите новый номер Подписаться
№2, 1991/Мнения и полемика

Проф. Г. Хьетсо, С. Густавссону, Б. Бекману и С. Гилу – авторам монографии «Кто написал «Тихий Дон»?»

Глубокоуважаемые коллеги!

Мы с мужем недавно прочитали вашу книгу «The Authorship of «The Quiet Don» – в русском переводе «Кто написал ‘Тихий Дон»? (Проблема авторства «Тихого Дона»)», М., 1989. Замечания, которые у нас возникли в процессе чтения вашей книги, кажутся нам немаловажными для ответа на вопрос, поставленный в заглавии, поэтому мы сочли возможным обратиться к вам с этим письмом и сделать его достоянием общественности.

1.Разрешите начать с раздела «Целевые исследования» (с. 59 – 61). Из таблицы 1.1 на с. 62 следует, что при переходе от KI1 (1907 г.) к KII (1914 Г;) происходит заметное увеличение количества существительных, глаголов и предлогов на фоне уменьшения количества местоимений (количество прилагательных, наречий и союзов варьируется незначительно). При переходе от ШI (1923 – 1926 гг.) к ШII (1932 г.) наблюдается иная картина: количество существительных, глаголов, предлогов и союзов убывает, а местоимений, прилагательных и наречий возрастает.

Интерпретируя эти цифры применительно к эволюции формирования языкового стиля, можно сказать, что основной тенденцией развития стиля Крюкова является своеобразное … «ускорение информационного потока», передаваемого текстом: слов-заместителей (слов-повторов), каковыми являются местоимения, становится примерно на 26% меньше (405 по сравнению с 545), а количество полнозначных (знаменательных) слов, фиксирующих предметы и события, а также предлогов, которыми эти слова управляют, вводится в текст примерно на 5% больше (3023 по сравнению с 2885). Иной оказывается тенденция развития языкового стиля Шолохова (от 1923 – 1926 гг. к 1932 г.): нагрузка на новую информацию, передаваемую существительными и глаголами (вместе с управляемыми ими предлогами), ослабевает (вместо 3584 словоформ этого типа функционирует только 3356) примерно на 6%, зато, с одной стороны, резко усиливается интерес автора к детализации и конкретизации этой информации (количество прилагательных и наречий возрастает с 965 до 1082, то есть примерно на 12%) и, с другой стороны, почти вдвое поднимается уровень речевой тавтологии (312 местоимений в противовес 168).

Ставя вопрос об авторстве «Тихого Дона» (и более точно – первой части отдельно от второй в связи с ситуацией, изложенной на с. 16 – 53), наиболее целесообразным представляется проследить, в какую из тенденций «вписываются» данные, приведенные в таблице I.1 относительно «Тихого Дона». Мы рассуждали так: если 1-я часть «Тихого Дона» написана Крюковым, при переходе от КII к ТДI будет проявляться та же тенденция, которая была отмечена и для перехода от KI к KII. В этом случае образуется последовательность KI-KII-ТДI. Наоборот, авторство Шолохова предполагает при сравнении ТД1 с ШI и ШII действие тенденции, выявленной при анализе соотношения ШI – ШII. В этом случае формируется последовательность ШI-ТД1-ШII. Реализуем эти идеи.

Для пары КII-ТД1 имеем сильное (15-процентное) увеличение массива существительных, глаголов и предлогов (3483 для ТД1 и 3023 для КII), резкое (почти 47-процентное) убывание местоимений (215 в ТД1 и 405 в КII) и значительное сокращение наречий (309 против 516) и союзов (233 против 412) по сравнению с добавлением прилагательных (760 против 644). Для пары ШI-ТД1 картина такова; существительных становится немного больше (1867 vs 1860), глаголов и предлогов значительно меньше (906 vs 980 и 710 vs 744), убывает также количество наречий (309 vs 354) и союзов (233 vs 283), зато резко повышается удельный вес прилагательных (760 vs 611) и местоимений (215 vs 168).

Интерпретируя эти результаты, видим, что в паре КII-ТД1 наблюдается дальнейшее по сравнению с парой KI-KII «ускорение информационного потока», приводящее к еще большему увеличению (на 15%) количества существительных и глаголов (вместе с обслуживающими их предлогами) и к еще большему сокращению (на 47%) местоимений – на фоне дальнейшего развития прежних тенденций, управляющих употреблением прилагательных и наречий: прилагательных становится все больше (760 vs 644 по сравнению с 644 vs 640 в паре КI-KII), а наречий все меньше (309 vs 516; ср. 516 vs 519 в паре KI-KII), то есть происходит усиление именной группы в противовес глагольной (количество глаголов при этом даже слегка сокращается). И значит, соотношения всех перечисленных классов слов в последовательности KI-KII сохраняют свою значимость и для последовательности КI-КII-ТД1. Поэтому с точки зрения функционирования перечисленных классов слов ТД1 является закономерным развитием КII, то есть характер эволюции КII в ТД1 аналогичен характеру эволюции KI в КII. Из этой закономерности выпадают глаголы и союзы. Если в паре KI-KII происходит возрастание количества глаголов (с 827 до 908), то в дальнейшем их количество сохраняется примерно на одном и том же уровне (906 в ТД1 и 915 в ТД2). Можно предположить, что происходит «насыщение текста глаголами» и в дальнейшем их удельный вес остается неизменным, а работа писателя над текстом связана с изменением удельного веса существительных и местоимений: первых становится больше, вторых меньше. Наблюдения над союзами показывают следующее. Если в паре KI-KII количество союзов остается приблизительно одним и тем же (412 в KII vs 411 в KI), то в паре КII-ТД1 количество союзов резко сокращается (412 в КН; ср. с 233 в ТД1 и 222 в ТД2). Сокращение количества союзов коррелирует с сокращением длины предложений (об этой тенденции крюковского творчества см. ниже).

Перейдем к паре ШI-ТД1. Как отмечалось выше, в ШI зафиксировано 3584 существительных, глаголов и предлогов, в ТД1 – 3483, в ШII – 3356, то есть по этому признаку строится последовательность ШI (3584) – ТД1 (3483) – ШII (3356), свидетельствующая о 2,8-процентном (ШI-ТД1) и 3,6-процентном (ТД1-ШII) сокращении количества этих частей речи в тексте (ср. с 6-процентным сокращением в паре ШI – ШII). Последовательность, эксплицирующая функционирование местоимений, имеет вид: ШI (168) – ТД1(215) – ШII(312), то есть речь идет о 28-процентном и 45-процентном увеличении количества местоимений по сравнению с 85-процентным в паре ШI – ШII. По прилагательным, наречиям и союзам последовательности соответственно имеют вид: ШI (611) – ТД1 (760) – ШII (644); ШI (354) – ТД1 (309) – ШII(418); ШII (283) – ТД1 (233) – ШII (250).

Другими словами, с точки зрения выявления тенденций к сокращению количества существительных, глаголов и предлогов и к увеличению количества местоимений 1-я часть «Тихого Дона» может рассматриваться как переход от «Ранних рассказов» Шолохова к «Поднятой целине», поскольку во всех перечисленных произведениях, если их упорядочивать в единую последовательность, отражена работа над постепенным сокращением глагольно-именного состава предложения и непрерывным увеличением тавтологичности текста. Однако с точки зрения темпов развития этих тенденций есть существенные отличия: в «чисто шолоховских» текстах (ШI-ШII) наблюдается чуть ли не вдвое более интенсивное сокращение глагольно-именного состава и еще более интенсивное увеличение количества местоимений, чем в «смешанных текстах» (ШI-ТД1 и ТД1-ШII). Иным оказывается также употребление прилагательных, наречий и союзов: в «чисто шолоховских» текстах (ШI-ШII) наблюдается значительное усиление роли прилагательных и наречий (соответственно с 611 до 664, то есть на 8,6%, и с 354 до 418, то есть на 18%) и заметное сокращение союзов (с 283 до 250, то есть на 12%).

Наоборот, при включении 1-й части «Тихого Дона» в состав обследованных текстов картину постепенного творческого развития сменяет картина скачков:

  1. KI – Крюков, Казацкие мотивы, 1907; KII – Крюков, Рассказы, т. 1, 1914; ШI – Шолохов, Ранние рассказы, 1923 – 1926; ШII – Шолохов, Поднятая целина, т. 1, 1932; ТДI – «Тихий Дон», ч. 1, 1926; ТД2 – «Тихий Дон», ч. 2, 1926; ТД4 – «Тихий Дон», ч. 4, 1927.[]

Цитировать

Вертель, Е. Проф. Г. Хьетсо, С. Густавссону, Б. Бекману и С. Гилу – авторам монографии «Кто написал «Тихий Дон»?» / Е. Вертель, Л. Аксенова // Вопросы литературы. - 1991 - №2. - C. 68-81
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке