№4, 2010/Филология в лицах

Покаянные заметки дважды редактора

 

Я уже не помню, каким образом при подготовке «Поэтического словаря» в редакции литературы и языка (ЛИЯ) издательства «Советская энциклопедия» жребий редактора пал на меня. И как в недрах той же редакции родилась идея обратиться к Александру Павловичу Квятковскому с предложением извлечь «из стола» рукопись его многолетней работы. Подозреваю, что я оказалась на скрещении двух своих литературных знакомств. А. П. к этому времени я уже знала и ходила к нему набираться ума-разума вместе с другими молодыми людьми, среди которых были поэты А. Вознесенский, Н. Горбаневская, И. Шкляревский, художница Н. Доброхотова-Майкова. Обо мне как о возможном помощнике А. П. вспомнила, скорее всего, Ирина Александровна Питляр, старейшая сотрудница ЛИЯ, которая привлекла к продвижению Словаря своего ленинградского друга, известного стиховеда В. Холшевникова. (Впоследствии он был возмущен тем, что Квятковский «протащил» в Словарь свою тактометрическую теорию, и негодовал даже по поводу благодарности, выраженной ему автором в предисловии; из уважения к его памяти я эту благодарственную фразу во 2-м издании Словаря решилась аннулировать; как видим, Михаил Леонович Гаспаров оказался несравненно толерантнее и шире.) Ирина Александровна, до этого уже подключившая меня к авторской работе для «Краткой литературной энциклопедии», верила в мою пригодность и к такому делу, как редактирование весьма специфического научного текста, — что с ее стороны оказалось, как я сегодня понимаю, большим преувеличением.

Наша совместная с Александром Павловичем работа началась в первые месяцы 1965 года у него дома (трогательную аскетическую обстановку его жилья я описала в своих воспоминаниях о нем). Рукопись была не в лучшем состоянии, многое — на отдельных листках, пожелтевших от времени (А. П. не надеялся на издание, оно явилось для него неожиданным подарком), тем не менее почти все можно было разобрать и уточнить. Кое-что делалось фактически заново (помню, как дружно мы трудились над формулировками в статьях «Символ» или «Суггестивная лирика»). Это было радостное время в моей жизни — общение с таким глубоким, оригинальным и умудренным человеком. А. П. обратил меня в свою стиховедческую веру, каковой я в значительной мере придерживаюсь и теперь. Но, конечно, в целом ряде нуждавшихся в проверке областей (прежде всего, это античная метрика, западноевропейская версификация, малоупотребительные термины риторики) я была полнейшим профаном и всецело доверялась автору, при том что нам обоим издательский план не оставлял времени для дополнительных разысканий — обычная спешка. Это не значит, что в издательстве не было проверяющих, — еще как были! И библиограф, и специалист-античник, отвечающий за греческую терминологию и ее написание в оригинале, и «научно-контрольная редакция». Но все они вместе, как выясняется, не могли сделать того, что в одиночку сделал молодой М. Гаспаров (ему, как и мне, шел 31-й год), когда прочитал свеженапечатанный Словарь.

Увы, Александр Павлович, с которым у меня сложились теплые, доверительные отношения, все же был, видимо, так ошеломлен критическим письмом М. Л., что не стал мне его показывать. (Я вообще почти ничего от него не слышала об их профессиональном диалоге, об этом, столь важном для А. П., творческом знакомстве.) Только несколько месяцев спустя он обмолвился: «Гаспаров нашел у меня 300 ошибок», — я запомнила это легендарное число; теперь читатель может выяснить, насколько оно соответствует реальности.

Главная же драма для меня — уже как редактора нового издания книги («Школьный поэтический словарь», 1998; первое слово заглавия присочинено издательством «Дрофа» ради «профильности») — заключается в том, что замечания Гаспарова (целая брошюра объемом в печатный лист) к тому времени еще не были обнаружены в архиве А. П. Так что, хоть я за десятилетия поднабралась некоторого опыта и сведений, 2-е издание, в силу моей недостаточной компетентности, тоже получилось с немалыми дефектами. Помимо уточнений и дополнений, не совпадающих с указаниями Гаспарова, мне удалось внести в это переиздание всего 15 поправок из числа тех, которые, как я теперь знаю, были в свое время предложены М. Л., то есть не более 10 %. Остается надеяться на 3-е издание Словаря, которое позволило бы учесть большинство его замечаний.

Решусь перечислить эти 15 словарных статей для удобства пользователей обоих изданий Словаря.

Алкманов стих (опечатка в схеме исправлена); Аллюзия (сомнительный пример устранен); Анаколуф (опечатка в цитате исправлена); Анакреонтическая поэзия (написание собственного имени исправлено); Анапест (уточнено); Антистрофа (опечатки в цитате исправлены); Апострофа (дополнено недостающим примером); Верлибр (неудачное выражение устранено); Дактиль (неточность устранена); Интонация (ошибка в названии стихотворения устранена); Квинтилла (дополнено схемой рифмовки);

Статья в PDF

Полный текст статьи в формате PDF доступен в составе номера №4, 2010

Цитировать

Роднянская, И.Б. Покаянные заметки дважды редактора / И.Б. Роднянская // Вопросы литературы. - 2010 - №4. - C. 205-211
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке