Не пропустите новый номер Подписаться
№3, 2019/История русской литературы

Походка Егора Прокудина

DOI: 10.31425/0042-8795-2019-3-42-51

В «Калине красной» есть следующий эпизод, предшествующий убийству Егора:

— Я прошу тебя, — сказала Люсьен после некоторого молчания, — не тронь его. Нам все равно скоро конец, пусть он живет. Пусть пашет землю — ему нравится.

— Нам — конец, а он будет землю пахать? — Губошлеп показал в улыбке гнилые зубы свои. — Где же справедливость? Что он, мало натворил?

— Он вышел из игры… У него справка .

— Он не вышел. — Губошлеп опять повернулся к Егору.  — Он только еще идет.

Егор все шел. Увязал сапогами в мягкой земле и шел.

— У него даже и походка-то какая-то стала!.. — с восхищением сказал Губошлеп. — Трудовая.

— Пролетариат, — промолвил глуповатый Бульдя.

— Крестьянин, какой пролетариат!

— Но крестьяне-то тоже пролетариат!

Упоминание о походке Егора Прокудина здесь, казалось бы, понятно: это знак отпадения героя от бандитского мира. Однако преимущественное понимание этой фразы Губошлепа заключается в том, что у Егора-де появилась какая-то новая непривычная манера ходьбы. Это прочтение верно, но нуждается в уточнении.

Во «Второй книге» Н. Мандельштам заметила: «Блатари узнают друг друга по походке, вернее, походочке, потому что каждый из них не живет, а играет взятую на себя роль, чтобы выделиться из человеческого общества и не смешаться с толпой» [Мандельштам 1999: 286].

Губошлепа и других «восхищает» не то, что у их бывшего приятеля-подельника особенная походка, а то, что он сумел избавиться от нее. Естественность Егора, отсутствие игры, приобретенная им внутренняя свобода и нравственная уверенность соединили его с подавляющим большинством людей, тем самым большинством, которое столь презрительно характеризуют члены банды. Егор Прокудин действительно «вышел из игры», за что и заплатил высокую цену. Это справедливо для литературного героя, справедливо и для творца персонажа.

Шукшин и его герои как бы включились в ту живую цепочку. Русская классическая литература явными и неявными («подземными») связями соединяет, скрепляет, а иногда даже связывает (почти в буквальном смысле) в единый узел, казалось бы, разнородные явления. Приглядимся хотя бы к такой вот цепочке.

Ф. Тютчев:

Как океан объемлет шар земной,

Земная жизнь кругом объята снами;

Настанет ночь — и звучными волнами

Стихия бьет о берег свой.

То глас ее; он нудит нас и просит…

Уж в пристани волшебный ожил челн;

Прилив растет и быстро нас уносит

В неизмеримость темных волн.

Небесный свод, горящий славой звездной,

Таинственно глядит из глубины, —

И мы плывем, пылающею бездной

Со всех сторон окружены.

А. Лосев:

Жизнь нельзя составить из безжизненных, то есть неподвижных точек. Жизнь есть прежде всего непрерывный континуум, в котором все слилось воедино до неузнаваемости.

Статья в PDF

Полный текст статьи в формате PDF доступен в составе номера №3, 2019

Литература

Глушаков П. С. Шукшин и другие: статьи, материалы, комментарии. СПб.: Росток, 2018.

Лосев А. Ф. Страсть к диалектике. М.: Советский писатель, 1990.

Мандельштам Н. Я. Вторая книга. М.: Согласие, 1999.

Шукшин В. М. Из рабочих записей // Шукшин В. М. Собр. соч. 5 тт. / Отв. ред. А. Сидорова. Т. 5. М.: Литературное наследие, 1996. С. 219—236.

Цитировать

Глушаков, П.С. Походка Егора Прокудина / П.С. Глушаков // Вопросы литературы. - 2019 - №3. - C. 42-51
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке