Не пропустите новый номер Подписаться
№7, 1988/Юмор

Ошибка доктора Чехова

Рассказ

Поэт Федя Колокольцев, с которым я учился в Литинституте, пришел ко мне в гости, сел на стул и сказал:

«Купил однотомник переписки Чехова с женой. – Он положил на стол довольно толстую книгу. – Интересное чтение.»

«Дай на недельку, – сказал я. – Здесь, наверное, собрано все?»

«Ну! – кивнул Федя Колокольцев. – Какие жены были! Повезло Антону Палычу с женой!»

Колокольцев, чья растрепанная семейная жизнь с частыми разводами и шумными ссорами из-за детей была известна всем, махнул рукой:

«Он ее дусей называл, она его Антончиком! – Колокольцев вытер нечаянную слезу. – Вот послушай, я тебе изложу в двух словах, как они жили. Является Антон Палыч из библиотеки. Вечером. Сел у себя на кухне в квартире, положил руки на стол и устало говорит жене: «Дуся, перед тобой сидит выдающийся человек!

Герой литературы! Вглядись, дуся, в мои суровые черты!» А Книппер его так нежно спрашивает: «Опять тебе лишние деньги хотели заплатить в редакции, а ты по своему благородству отказался, да?» Чехов ей отвечает: «Дусик мой, не в деньгах счастье! Вот проверь мою арифметику. В Исторической библиотеке три миллиона книг, да? В Публичке двенадцать миллионов, а я начал сегодня писать новую книгу. Повесть.» Жена отвечает: «Двенадцать да три – пятнадцать. Выходит пятнадцать миллионов книг написано, а ты начал новую книгу!» Чехов ей кивает. «Да, это поступок», – говорит Книппер и начинает взволнованно ходить по кухне…»

Колокольцев отпил глоток из чайного стакана и продолжал.

«Книппер уходила на работу к десяти. У них в театре репетиции до двух. Чехов, конечно, еще в постели. Нежится. Работа предстоит серьезная. Часов в одиннадцать раздается звонок. Она ему звонит: «Антончик, ты уже встал? Как себя чувствуешь? Еще лежишь? Ну, правильно, отдохни. Я тебе позже позвоню». Через час опять звонок: «Я забыла тебе сказать: не сиди за письменным столом с пустым стаканом чаю. Пожалуйста, позавтракай. Открой холодильник, на верхней полке все приготовлено». Это же надо понимать: муж начал новую книгу. Пятнадцать миллионов первую! Да что там! Сто пятнадцать миллионов первую! За день работы у Чехова полная корзина бумаг – черновики, наброски, какие-то рисунки, чертики – черт-те шо! Она пришла вечером, у них спектакля не было, пришла, смотрит на полную корзину и спрашивает: «Антон, ты намерен выбросить эти черновики в мусоропровод?» А Антон Палыч смеется, говорит: «Не будут же создавать целый научно-исследовательский институт по поводу моей персоны. Да, знаешь, в этой корзинке барахла и на кандидатскую диссертацию не хватит». Жена ему говорит серьезно: «Я бы на твоем месте, Антончик, подумала. Выбросишь в мусоропровод, поедут твои черновые варианты на свалку, мужики нынче грамотные, там какие-нибудь начинающие писатели подвизаются, какие-нибудь критики, соберут они твои черновики и по твоему барахлу диссертацию, и не одну, защитят. А потомки эти диссертации читать будут. Как?» Чехов задумался. А ведь жена права! Тысячу раз права.

Цитировать

Андраша, М. Ошибка доктора Чехова / М. Андраша // Вопросы литературы. - 1988 - №7. - C. 269-272
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке