№2, 1998/В творческой мастерской

Два рассказа

Необычен, мало похож на Бунина его рассказ «Ночь». Рассказ, полный размышлений, рассказ философский. Не бунинский он и отсутствием сюжета, никого в нем нет, кроме автора и Вселенной. Скорее это лирическое откровение, внезапная запись, что увлекает, как стих. Так по первому чтению.

И все же это рассказ. Перечитывая, находишь там и сюжет, проступает он медленно, состоит в изменении настроения автора, после всех своих раздумий он бежит к морю, отвергая недавние умствования. То есть не- Бунин возвращается к привычному Бунину. И хотя успокоение чуть навязано, все же рассказ поражает. Не бунинское в нем режет с непонятной силой уже не слух, а ум. Бунин – виртуоз деталей: красок, запахов, настроений – извлекает из всего этого острую мысль.

«Только человек дивится своему собственному существованию, думает о нем», – вроде бы банально, но читайте дальше: «Это его главное отличие от прочих существ, которые еще в раю, в недумании о себе». Он помогает нам услышать цикад, тысячи ночных цикад, что ведут в ночи свои любовные песни: «Они в раю, в блаженном сне жизни, а я уже проснулся и бодрствую. Мир в них, и они в нем, а я уже как бы со стороны гляжу на него».

Поражает мысль о рае – сосуществование рая и человеческого бытия. Человек изгнан был из рая, но сам рай остался неизменным, всех других из рая не удаляли, они продолжают там пребывать в травах и лесах, в реках и морях. Не где-то на небесах райские кущи и сады Эдема, – рай для стрекоз и зайцев, для рыб и птиц на Земле, на нашей зеленой Земле, которую мы почему-то называем грешной, хотя она-то наверняка безгрешна. Где-то, кажется в книге Шекли «Звезды и люди», мне запомнилась мысль автора, известного американского астронома, что муравьи мудрее человека: они отказались от эволюции.

Земля ничем не провинилась, она не может быть грешной, и живность ее так же прекрасна, как и она сама. Жизнь муравья в раю ничем не отличается от жизни земного муравья.

Рассказ «Ночь» – исповедь мыслящего писателя, который боится мыслить, боится, что мысль убьет в нем писателя. Он страшится дать волю мысли. Нерв рассказа – ощущение Времени, удивление перед проявлением в себе прошлых времен, ощущение связи с минувшим. Растянутое на годы «я» иногда просыпается в человеке, – «я» прошлого года, «я» десятилетнего мальчика, они хранятся в памяти том за томом, как библиотека самости (не очень красивое слово, но другого не знаю).

Цитировать

Гранин, Д. Два рассказа / Д. Гранин // Вопросы литературы. - 1998 - №2. - C. 219-222
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке