№3, 2005/Юмор

Д. Е. Нежкина. Он дал мне!

Короче, вначале было непросто, а потом мне все дали. Во-первых, мне дали Национальный бестселлер (такая, блин, премия). В этом была своя крутизна, потому что никому из моих знакомых пацанов такую хрень не давали. Валерке не давали. Он, типа, умный и хотел дать мне (я вам уже рассказывала, как он меня тискал на мостике и «сотик» утопил), но «бестселлер» Валерка не поимел (привет тебе, Валерка!!). Не говоря уже о других мордах из моего двора.

Им не дали «бестселлер», а они тоже как бы хотели его. И Ниггеру, от которого у меня в «Дай мне!» крыша ехала, не дали «бестселлер». И Волковой (вы че, не помните мою подруганку Волкову? Клевая девчонка, блядь, я про нее пишу везде, где только можно, такая она вся из себя). А мне дали.

Я такая простая девчонка, я об этом не мечтала. Я мечтала о Ляпе, о других чумовых пацанах. И вот… церемония, блин-на-фиг, улет. И все известные художественные людищи на меня таращатся. О, Д. Е. Нежкина! Гляньте на нее, типа! Это – явление, мы ее ждали всю свою жизнь, типа. Ой, как вы интересно разговариваете, Д. Е. Нежкина! Какая речь! Поговорите еще!

Нацбест – это везуха и большие бабосы! Не каждый такие задаром поимеет.

Потом началось «во-вторых» – меня достойно хвалили. Обо мне говорили: «Мясо!» (это сам Шнур говорил, явно не вегетарианец). Еще критик сказал, что я – голос людей, которые не могут выбрать себе штаны подходящего размера. Это он загнул. Про штаны. Валерочка и Ляпа обиделись. Они считают, что у них штаны нормальные.

А потом началось «в-третьих». Мне все стали давать. Мою книжку «Дай мне!» издавали-переиздавали тыщу раз в разных странах (просто ее перевели на все языки Земли). Все тащились от этой книжки («Дай мне!»). Потому что все хотели, чтобы им тоже всегда давали. И я стала везде ездить. По всяким странам. Там я была популярной, как Коэльо, а он миллионер. Германия. Франция. Музеи – дохлятина. Жратва нормальная, автодороги клевые. Едешь и улетаешь.

И везде – толпы морд, пацанов и девчонок. Я гнала им байду про Россию, про мой городок Е-бург и моих корешей. Читала им всем вслух, давала автографы, целовалась в щечку-губки: чмок-чмок.

Было потрясно. Оказывается, везде живет молодежь. Такие же, как мы. Рэпперы, гопонутые, тусовщики. Тоже сережки в пупках, тату на пузах и тоже хотят любовь и на весь мир насрать. Ирак, Чечня – им все равно, по фигу.Везде есть тусовки и есть жизнь. И жить хочется по возможности красиво.

И я подумала: а на фига? На фига люди учатся, вкалывают, парятся, как Сахаров (это герой одного моего рассказа, отличник)? Мои предки тоже парились. И что? И ничего. Как жили в Е-бурге, так и живут. На фига этот русский язык и вся эта хрень, эти таблицы и правила? На фига пиплы коченеют в библиотеках, хотя сами из себя хмыри ха-тьфу? Че им это дает? Уточняю: дает им это – че? Да ниче не дает, вот о чем базар! А я никогда книг не читала.

Но меня спрашивали (вы помните, как меня спрашивали?), читала ли я то или это. А я говорила – не-а, не читала, а зачем? И мне все. равно все дали бабки, а им, заучкам, как последним отстойным гопникам, не дали. Так что это все туфта – про образование и т.п. Что без образования ты будешь только дворы мести и каку кушать. Фигня эти слова. Базар фильтровать надо.

Еще меня часто сравнивали с какой-то Франсуазой Саган (мне сказали, что это тоже такая писательница типа меня, только старая). Говорили – знаете, Д. Е. Нежкина, вы прямо Саган! Саган! А мне по фигу, Саган я или не Саган. Достали меня со своей Саган, короче. Потом мне мама дала почитать ее книжку, я посмотрела по фотке – ничего, прикольная тетка. Но никакая я не Саган! Я – Д. Е. Нежкина. И это звучит круто.

А на остальных моих как бы коллег (кроме этой Саган) я забила. Я люблю читать конкретно себя и о себе. Читаю и пишу. Пишу и читаю. Сама себе вслух. Прикольно, да?

А потом… потом мне надавали кучу бабок за то, что меня везде издавали и возили (правильно сделали, потому что зря я что ли про себя писала?). И я решила нормально оторваться, чтобы за ушами трещало, ветер в спину и полный улет. И мы тогда поехали в Карловы Вары, на курорт, чтобы зажигать.

Карловы Вары – это ух! Чехия. Супер-пупер, как сказала Волкова, мой кашалотик-бегемотик (это мы так друг друга в одном моем рассказе называли). Кстати, Волкова теперь тоже пишет и хочет стать такой же известной писательницей, как я. Она тоже пишет про себя, про свою маму и ихний лишний вес. Что ж, флаг в руки!

Теперь все мои знакомые пацаны и девчонки стали писать про себя, про свою жизнь и судьбу. И Насська (которая любила Антона, потом думала, что она его не любит, а потом снова полюбила), и Деня-чеченец (он такой чокнутый и с тараканами в голове), и Ниггер, и Валерочка (я про него писала в рассказе «Валерочка», он еще тогда про себя все прочитал и прикололся), и даже Светка, которая случайно дала Антону, а хотела дать Олегу (он музыкант, но тоже теперь писатель). Так что у меня теперь много знакомых писателей. Между прочим, все они думают, что им что-нибудь за это писание дадут, особенно по бабкам. Но дали пока только мне.

Знаете, я родилась в таком засранном городе, который я, конечно, люблю, но там много панков, гопников, хмырей и разных понторылых тварей. Одна радость была порой – сдать эту отстойную сессию и предаться чувству любви. Я не имею в виду какой-нибудь трах, хотя меня часто винят за порнографию. Мы в моих рассказах нигде не трахаемся, только лежим в одной кровати и целуемся. Рот в рот. Вот. Язычками.

Статья в PDF

Полный текст статьи в формате PDF доступен в составе номера №3, 2005

Цитировать

Матюхина, А. Д. Е. Нежкина. Он дал мне! / А. Матюхина // Вопросы литературы. - 2005 - №3. - C. 376-381
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке