Не пропустите новый номер Подписаться
№6, 1985/Хроники

Строки огненных лет

Годы Великой Отечественной войны вошли в историю советской многонациональной литературы как новый этап формирования ее интернационального единства.

Величайшие испытания, огромная по своим масштабам миграция населения, осознание всеми членами общества, что спасение страны только в сплочении народов, руководимых партией большевиков, создали ту историческую основу, на которой шло дальнейшее и интенсивное объединение писателей разных национальностей. Как говорил Н. Тихонов на X пленуме правления ССП: «Нашу дружбу мы скрепили на всех фронтах кровью и общей работой. Мы соединили души для общего подвига» 1.

Большую роль в укреплении единства советских писателей сыграла организационная деятельность ССП. В условиях военных лет ее масштаб, естественно, сузился и тем не менее делалось очень многое по сплочению писателей разных национальностей. Регулярно проводились заседания президиума правления ССП, посвященные отдельным национальным литературам, – здесь выступали И. Абашидзе, С. Вургун, П. Тычина, А. Исаакян, М. Лыньков, А. Корнейчук, М. Рыльский, Н. Зарян и др. При участии представителей республиканских писательских союзов успешно прошло совместное заседание президиума ССП и Военной комиссии на тему: «Фронт и тыл» (июль 1942), рассмотревшее книги прозаиков за год войны; совещания по вопросам работы писателей на современном этапе войны (август 1942); о художественной литературе в дни Отечественной войны (март 1943); о переводах (июль 1943); дискуссия «Образ советского офицера в художественной литературе» (декабрь 1944) и др. Большими событиями литературной жизни стали IX и X пленумы правления ССП (февраль 1944, май 1945). Еще полыхало пламя войны, а Николай Тихонов в мае 1944 открыл в Колонном зале Дома Союзов Дни грузинской литературы и искусства…

В укреплении интернационального единства советской литературы особенно велика роль Александра Фадеева, возглавлявшего Союз писателей. Занимаясь делами правления Союза и Литературного фонда, эвакуированных осенью 1941 года в Казань, Фадеев находил время, чтобы близко познакомиться с деятелями татарской культуры, с фактами в руках говорить о работе писателей Советской Татарии в годы войны (заседание президиума ССП 21 октября 1943 года). Особое внимание он уделял теме Великой Отечественной войны в украинской литературе – в творчестве Бажана, Довженко, Корнейчука, Рыльского. Литературно-критические выступления Фадеева военных лет содержали четкую программу развития многонационального единства советской литературы.

Заместителем Фадеева, секретарем президиума Союза писателей по организационным вопросам был руководитель Бюро национальных комиссий Петр Георгиевич Скосырев (1900 – 1960). Он со своими сотрудниками вел большую работу по налаживанию культурного обмена, пропаганде лучших достижений каждой национальной литературы. Сейчас трудно представить себе всю сложность этой работы в условиях военного времени, когда не так-то просто было получить необходимую информацию, наладить связи.

За подписями А. Фадеева, П. Скосырева, литературного консультанта Бюро нацкомиссий А. Деева рассылались десятки писем и телеграмм. Учитывая необходимость привлечения к художественной и политической пропаганде возможно более широкого круга писателей народов СССР, президиум ССП постановил активизировать и восстановить в полном объеме работу Бюро республиканских национальных комиссий, о чем и было официально сообщено правлениям союзов писателей союзных и автономных республик 27 августа 1942 года.

В отчете Бюро за июнь – сентябрь 1942 года сообщалось об издании литературно-художественных сборников, о проведении вечеров с участием писателей из республик.

Постоянная связь Бюро национальных комиссий с республиканскими союзами писателей позволяла иметь достаточно полное представление об их деятельности. Местные отделения, присылая отчеты, докладные записки, рекомендовали все лучшее для издания в центральной печати. В организационной работе Бюро самая активная роль принадлежала Аркадию Дмитриевичу Дееву (1897 – 1969). Вернувшись с фронта в конце декабря 1941 года, он совмещал работу в Гослитиздате с работой литконсультанта в Бюро национальных комиссий Союза писателей, возглавлял редакцию альманаха «Дружба народов». Вышедшая в 1943 году девятая – первая военная – книга альманаха широко представляла многонациональную советскую литературу – произведения Е. Букова, А. Венцловы, А. Григулиса, Г. Гуляма, К. Кулиева, П. Панченко, М. Рыльского, М. Стельмаха, Я. Судрабкална, А- Упита, П. Цвирки, Ю. Яновского. Переводы писателей братских республик постоянно печатались на страницах центральных газет, звучали по Всесоюзному радио.

Деев сообщал своим корреспондентам об организации литературных вечеров с участием писателей из республик, о регулярных

заседаниях президиума ССП, о работе Бюро нацкомиссий, восполняя этим отсутствие привычных для мирных дней форм работы с писателями.

В такой, казалось бы, канцелярской работе не было казенщины. Дружеское участие и дельные советы ободряли.

«Товарищ Деев. Радость охватила меня, когда от Вас получил письмо» 2, – писал Толен Шамшиев 27 августа 1942 года. «Нет слов, чтобы выразить свою благодарность за Вашу братскую заботу обо мне в такое трудное время. Спасибо, спасибо!» 3 – строки письма Кайсына Кулиева от 22 октября 1942 года. «Живу сейчас под впечатлением только Ваших писем» 4 – из письма Шамиля Алядинова от 21 января 1943 года. Письма официальные и глубоко личные. Очень разные и в то же время пронизанные общим чувством высокой гражданской ответственности советского писателя, его верой в Победу.

В обширном архиве нами отобраны те из писем, в которых наиболее четко проявлен характер деятельности Бюро нацкомиссий, умение его сотрудников, говоря словами Ю. Либединского, «мыслить отдельными людьми», принимать активное участие в судьбах и творческом росте писателей, особенно представляющих молодые литературы (как, например, балкарскую; сегодняшняя широкая популярность Кайсына Кулиева – подтверждение правильности взятого тогда курса).

Письма публикуются по оригиналам и машинописным копиям, которые хранятся в Центральном государственном архиве литературы и искусства СССР (фонд Союза писателей СССР).

 

А. ДЕЕВ – Я. УХСАЮ

Дорогой Яков Гаврилович!

<…> Союз работает применительно к новым условиям, переключив основу работы на Военную комиссию и военную антифашистскую тематику. В этом духе проводится вся работа, собрания, чтения стихов в клубе, доклады на заседаниях Бюро нацкомиссий, Военной комиссии.

Думается, что и на местах должны так же не забывать об этой работе среди писателей, чтобы они общались, видели продукцию друг друга, обменивались мнениями. Коллективизм в работе сейчас больше нужен, чем когда-либо.

Значительную часть [работы] ведет наше Бюро пропаганды. Оно посылает писателей по воинским частям, лазаретам и т. д., где они проводят литературные вечера, чтения. Выезжают и на фронт (точнее, выезжали, сейчас это уже затруднительно стало, фронт удалился).

Много народу работает в военных организациях, в газетах, по линии печати: корреспондентами, газетчиками. И все же этим занята лишь небольшая часть кадров писательских, которые аттестованы как газетные работники. Всех политаппарат армии использовать не в состоянии. И у нас сейчас очень большой резерв образовался. И даже неудобно как-то, есть молодежь, которая стоит в стороне от войны. Вот почему, я считаю это правильным, военкомат решил кое-кого призвать на должности информатора штаба, штабных работников и даже просто в строй, рядовыми бойцами (при этом их переаттестовывают).

Сами видите, что попасть на фронт нашему брату нелегко. То есть остается лишь один выход – пойти добровольно рядовым, если примут. Военкомат отказывается принимать рядовыми людей, имеющих звание среднего и старшего комсостава (начсостава). Был соответствующий приказ НКО. Меня даже по этому приказу вернули с фронта, посадили опять на национальную литературу в издательство, где я и нахожусь.

Работаю по-прежнему и в Союзе писателей, причем здесь также новшество: поскольку писатели поразъехались, много внимания уделяется связи с ними и помощи им. Ведь на местах печататься им трудновато, нет журналов, редко выходят и т. д. Кроме того, должны же показываться – давать свой творческий отчет – на страницах центральных журналов, газет, радио. Вот мы и создали пресс-бюро при президиуме Союза. Им руковожу я. Ко мне поступают все и всякие рукописи, и я их распределяю по местам. Немало уже удалось пристроить. <…>

Альманах свой5 я пока не издаю. Но в принципе его решено издавать, думаю, скоро доберусь до него. Но и сейчас Вы могли бы выступить со своими стихами в каком-нибудь журнале. Присылайте переводы (подстрочные, вместе с оригиналом, с транскрипцией). Товарищам передайте об этом. Хорошие вещи мы могли бы прочитать по радио.

Передайте привет товарищам, особенно Эсхелю6.

Пишите.

А. Деев. 8/VI-42.

 

ЦГАЛИ, ф. 631, оп. 6, ед. хр. 641, л. 138, 138об.

 

 

А. ДЕЕВ – А. КУДРИНУ-АБАГИНСКОМУ7

[После 5 октября 1942 года.]

Уважаемый т. Кудрин.

Я не знаю, ответили ли Вам на Ваше письмо, которое Вы посылали еще в августе8, но поскольку оно попало с запозданием и в мои руки, считаю своим долгом несколько слов написать Вам и сделать некоторые предложения. <…>

Мы продолжаем действовать в том направлении, чтобы писателей переводить на газетную работу. Конечно, ставится вопрос и о Вас. Многих уже удалось использовать так, о других мы пишем в соответствующие организации. Надеемся, что и о Вас скоро будет принято решение.

А пока меня лично, поскольку мне приходится заботиться об альманахе «Дружба народов» и о радиопередачах, интересует вопрос о Ваших стихах. Несомненно Вы писали стихи за это время и, может, даже печатали. Почему же Вы до сих пор не прислали нам ни строки? Все поэты всех народов уже передавались по радио, их печатали в московских изданиях. А якутских и бурят-монгольских нет. Словно они не существуют на земном шаре. Очень прошу срочно прислать свои стихи. <…>

А. Деев.

 

ЦГАЛИ, ф. 631, оп. 6, ед. хр. 641, л. 153, 153об.

 

 

П. СКОСЫРЕВ – Т. ГИЗЗАТУ9

Уважаемый тов. Гизят!

Как живет и работает Ваша организация?

Почему Вы нам не пишете и не присылаете новые произведения? <…>

А между тем союзы писателей всех республик сейчас активно поддерживают связь с нами. Мы систематически получаем от них сведения о работе, об отдельных писателях. Они присылают нам свои лучшие произведения, которые мы публикуем в центральных газетах и журналах и посредством радио. Скоро выйдет очередной номер альманаха «Дружба народов». Из татарских писателей сейчас находятся в Москве Адель Кутуй10 и Шайхи Маннур11. Они привезли нам свои новые фронтовые произведения. С большим успехом тов. Кутуй выступал по радио.

Обращаемся к Вам с просьбой – немедленно прислать нам сведения о состоянии и работе Вашей организации и в дальнейшем систематически поддерживать связь с нами. Ждем в самом скором времени от Вас высылки лучших произведений (оригиналы и подстрочные переводы), созданных татарскими писателями в дни Отечественной войны. Если возникнут затруднения с подстрочниками, то высылайте оригиналы, переводы создадим мы.

С приветом

секретарь президиума СП СССР

по орг[анизационно]-творч[еским] вопросам

П. Скосырев. 28 октября 1942 Г.

 

ЦГАЛИ, ф. 631, оп. 6, ед. хр. 641, л. 39.

 

 

А. ДЕЕВ – Ш. АЛЯДИНУ12

21/XI-42.

<…> Сейчас наша главная задача – получать произведения наших писателей, где бы они ни находились. <…> Если у тебя есть еще стихи, присылай обязательно и всем товарищам, которых увидишь, советуй сделать то же самое.

Может быть, ты увидишь кого-нибудь из кавказцев. Ведь они принимают самое деятельное участие в борьбе, несомненно пишут. Их голос очень важен. У нас гостит балкарец Кулиев, он пишет хорошие стихи, их уже не раз читали по радио, будут передавать еще. Кулиев очень грустит о своем друге Кериме Отарове из Нальчика. Он не знает, где Отаров. Отаров не прислал нам ни одного стихотворения, а было бы очень хорошо получить и его стихи. Максут Сулейман13 также ничего не пишет и не шлет. <…>

Материал собираем срочно. Вряд ли успеешь прислать что-нибудь новое. Но я попробую предложить редколлегии твои «Размышления в окопе». В них хорошо и о дружбе народов оказано, они лиричны, настоящий добротный материал. Хорошо, если это стихотворение выйдет. Я его предложил также для перевода на английский язык, чтобы его послали в Америку. Кажется, это дело прошло. Скоро мне дадут ответ, и тогда я тебе сообщу,

Мы много материалов посылаем за границу, много помещаем в журналах, на радио. Присылай скорее свои стихи. Если есть – шли рассказы.

И пиши. Не обращай внимания, если иногда задержится наш ответ. Знай, что мы о тебе думаем, не забываем и рады каждой твоей открыточке.

Ждем стихов и письма.

Привет тебе от Люб[ови] Алексеевны14.

А. Деев.

 

ЦГАЛИ, ф. 631, оп. 6, ед. хр. 639, л. 108, 108об.

 

 

К. ОТАРОВ – В БЮЮ НАЦИОНАЛЬНЫХ КОМИССИЙ

В Бюро нац[иональных] комиссий СП СССР.

С первых дней войны находился на фронте. В июле месяце с/г был тяжело ранен (отняли мне ногу), сейчас лежу в госпитале в г. Чкалове.

Будучи на фронте, не прекращал свою литературно-творческую работу. Посылал в Кабардино-Балкарию, и там печатали. Сейчас у меня накопилось значительное количество стихотворных произведений. Мне хотелось, чтобы их перевели на русский язык. В эти тяжелые для Родины дни, в дни, когда мой родной Кавказ, моя родная Кабардино-Балкария в огне, мне особенно хочется, чтобы мои соотечественники услышали мой голос. Я имел попытку связаться с местными поэтами, но, к сожалению, не дождался встречи с ними, более того, секретарь обл[астного] правления не ответил даже письмом на мою просьбу.

Обращаясь к Вам, я жду помощи и готов выполнить любое Ваше задание, которое мне будет под силу (я пока что прикован к настели). Еще прошу: когда меня ранило, то все мои документы погибли, в том числе и членский билет Союза писателей. Прошу взамен его выслать новый билет. По учету членов Союза Вы меня знаете. Я – Отаров Керим Сарамурзаевич, 1912 г. рождения, член ВКП(б), член ССП с 1936 г., балкарец, последние годы (до войны) работал секретарем правления Союза писателей Кабардино-Балкарской АССР.

С товарищеским приветом

К. Отаров.

P. S. Прошу сообщить адрес Юрия Николаевича Либединского. Вчера, 13/XI-42, по радио из Москвы передавали стихи нашего поэта Кайсына Кулиева в переводе поэта Кедрина. Читал или автор, или переводчик. Потому, наверное, в Радиокомитете знают адрес Кулиева или же можно узнать у т. Кедрина. Также прошу Вас сообщить и его адрес мне.

Надеюсь, что Вы без ответа не оставите.

К Отаров. 14/XI-42.

Мой адрес: г. Чкалов, п/я 108, палата 8.

 

ЦГАЛИ, ф. 631, оп. 6, ед. хр. 639, л. 58, 58об.

 

 

Чкалов областной

Почтовый ящик 108 палата 8 Отарову

Рады получить известие Вас желаем скорого выздоровления хотим видеть Вас Москве ждем произведений подстрочников Кайсын будет здесь до 5 декабря

Скосырев Деев Кайсын Кулиев

27/XI-42

 

ЦГАЛИ, ф. 631, оп. 6, ед. хр. 639, л. 60.

 

 

Чкалов Союз писателей Клементьеву

Немедленно свяжитесь писателем Кабардино-Балкарии Отаро-вым госпитале Чкалов почтовый ящик 108 палата 8 Секретарь президиума СП СССР

Скосырев

28/XI-42

 

ЦГАЛИ, ф. 631, оп. 6, ед. хр. 639, л. 61.

 

А. ДЕЕВ – К. ОТАРОВУ

Дорогой Керим.

Мы были очень рады получить Ваше письмо. Это Вы уже знаете из нашей телеграммы. Не только я и Скосырев, но и Любовь Алексеевна, – ведь Вы ее помните, наш референт Бюро нацкомиссий, всегдашний печальник обо всех писателях, приезжающих из республик. Но, конечно, больше всех был обрадован Кайсын. Ведь первым вопросом во всех его письмах из госпиталя и из Чебоксар был: где Отаров? Но мы не могли ответить. Я думал, что Вы остались партизанить. А Вы ни разу за все время войны не написали нам о себе, не сообщили нам своего адреса. Учтите это на будущее время: всегда надо держать связь с Союзом писателей, с Москвой, где у Вас есть знакомые – и я бы сказал – друзья, – которые будут рады Вашему письму, всегда готовы помочь Вам в Ваших творческих делах.

Каждый день Кайсын, взъерошив волосы, не раз говорил: где же мой Керим? Пропал Керим.

Мы уже надумали написать письмо Кериму Отарову и прочитать его по радио. Авось, думали, это письмо найдет нам Отарова.

И вот Отаров нашелся. Правда, радость наша омрачена Вашим сообщением о печальной участи Вашей ноги. Да, это горько. Труднее будет жить, двигаться. Но ведь я не сомневаюсь, что яснее стала голова, мысли стали крепче, Ваша поэзия возмужала. Правда ведь?

Мы это увидим, когда Вы пришлете Ваши подстрочники.

  1. «Литературная газета», 26 мая 1945 года.[]
  2. ЦГАЛИ, ф. 631, он. 6, ед. хр. 639, л. 27.[]
  3. Там же, л. 62.[]
  4. Там же, л. 86.[]
  5. Альманах «Дружба народов».[]
  6. А. А. Эсхель (р. 1914) – чувашский писатель; в те годы – председатель правления СП Чувашии.[]
  7. А. Г. Кудрин-Абагинский (1907 – 1960) – якутский писатель.[]
  8. С первых дней войны Кудрин-Абагинский стремился на фронт военным корреспондентом, но попал… писарем в одну из нестроевых частей Забайкалья. Об этом он рассказал в письме к Фадееву (от 17 июля 1942 года), где просил помочь ему в переводе на фронт. К Дееву письмо поступило после 5 октября 1942 года.[]
  9. Т. К. Гиззат (1895 – 1955) – татарский драматург; в то время председатель правления СП Татарии. В ответ на запрос Скосырева был выслан протокол расширенного заседания правления СП Татарии от 16 ноября 1942 года.[]
  10. Адель Кутуй (А. Н. Кутуев; 1903 – 1945) – татарский писатель; в годы войны – автор мобилизующих стихов и очерков «Мы – сталинградцы», «Силу бы мне богатырскую…» и др.[]
  11. Шайхи Маннур (Ш. Ф. Маннуров; 1905 – 1980) – татарский поэт, автор фронтовых очерков и стихотворений.[]
  12. Ш. Алядин (Ш. С. Алядинов; р. 1912) – татарско-крымский писатель-фронтовик.[]
  13. М. Э. Сулейман (1908 – 1946) – татарско-крымский поэт-фронтовик.[]
  14. Л. А. Выборнова – в те годы референт Бюро нацкомиссий Союза писателей СССР.[]

Цитировать

От редакции Строки огненных лет / От редакции // Вопросы литературы. - 1985 - №6. - C. 180-201
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке