Курсы и циклы

Цикл лекций о прозе XX-XXI веков

Лекции преподавателей школы «Пишем на крыше» Григория Служителя, Сергея Чередниченко, Михаила Елизарова, Анны Жучковой, Алексея Варламова, Владимира Новикова, Александра Снегирева.
Все видео, курсы и номера "Вопросов литературы" Откройте безлимитный доступ

Григорий Служитель. Самоцензура и новый этический кодекс: новая социальная повестка в творчестве современного писателя

Современность все настойчивее требует от писателя соответствия новым этическим нормам.По сути, художник все чаще вынужден цензурировать собственное творчество. Вместо того чтобы довериться эстетическому чутью, писатель в страхе думает об инстанциях (медиа, социальные сети), которые способны устроить ему аутодафе за неследование новейшему этическому кодексу. Я предлагаю поговорить о том, где проходит граница между безусловной свободой самовыражения и навязанным извне долгом перед социумом; о том, существуют ли (и если да, то каковы они) обязательства художника перед своей эпохой?

Сергей Чередниченко. Современная русская проза: традиции, тенденции, имена.

Может ли современный прозаик писать, не опираясь на какую-либо из существующих в русской литературе традиций? Может ли молодой прозаик писать, не учитывая творчество старших современников? Ответ на эти вопросы один: нет. Важная составляющая литературного мастерства – это способность помещать свое творчество в существующий литературный (и общественный) контекст. В данной лекции с опорой на конкретные имена писателей будет дан обзор традиций и тенденций, появившихся в отечественной прозе в 1960–2000 годы. Слушатели узнают о таких явлениях как: деревенская и городская проза, постмодернистская проза первой и второй волны, женская проза, гиперреализм и чернуха в литературе, «новый реализм» и новый модерн. Но главный вопрос лекции: как в этом богатстве и разнообразии прозаических практик найти свой неповторимый способ письма? Иными словами, вечный вопрос о сочетании традиций и индивидуального таланта.

Михаил Елизаров. Постмодернизм как культурологическая спекуляция

Постмодернизм — это не только «совокупность воззрений и манифестных явлений» в современном искусстве, обществе, философии, отстаивающая идеи нового мироощущения, новой чувствительности, интертекстуальности, радикальной плюральности, и т. д., но и огромная культурологическая фикция, служащая задачам «глобального упрощения. Подобно феномену «Закона Годвина», описывающего манипулятивный тупик любой дискуссии, через упоминание Гитлера и нацизма (то есть, кто первый обозвал оппонента фашистом, проиграл) постмодернистский дискурс о современной литературе подводит анализ современных авторов и текстов к бессмысленной герменевтике, в конечном итоге, утверждающей, что «постмодернистский текст» — это «постмодернистский текст». Как не существует ни одного автора-постмодерниста, так нет ни одного постмодернистского текста. Есть лишь новейшая (и одновременно безнадёжно устаревшая) компилятивная система дешифровки — одна из многих прочих, которая предлагает не извлечение смыслов, а их разрушение, не анализ, а бесплодный дискурс ради дискурса. Перефразируя старый анекдот о чукче, «Постмодернизм — не писатель, постмодернизм — это читатель».

Анна Жучкова. Литература накануне 2020-х

По закону исторических аналогий мы ждем от новых 2020-х творческого взлета и продуктивности. А с чем мы подходим к ним? Что происходило в последнее десятилетие в русской поэзии и прозе? Где «великая русская литература» и что такое метамодерн? В общем, об итогах и перспективах.

Анна Жучкова. Литература DOC: между fiction и non-fiction.

Пресытившись большими идеями ХХ века, вымыслом фэнтези и постмодернистскими симулякрами, наша культура испытывает влечение к частной жизни, быту и жанру doc: театр doc, кино, автопсихологическая проза, документальная поэзия. За книги жанра doc Светлана Алексиевич получила Нобелевскую премию, Леонид Юзефович — «Национальный бестселлер» и «Большую книгу». На полках книжных магазинов с каждым годом все больше true stories и «я-документов»: как я встретил вашу маму, съездил в Монако, написал роман, обругал соседа. Это может быть проза doc, написанная литераторами: А. Старобинец «Посмотри на него», О. Брейнингер «В Советском Союзе не было аддерола», А. Снегирев «Призрачная дорога», З. Прилепин «Некоторые не попадут в ад». Или книжки, выросшие из блогов: Владимир Гуриев, Ольга Бешлей, Ольга Савельева, Олеся Лихунова, Лера Тихонова. Литература doc правдивостью вытесняет fiction. Но не обладает достоверностью non-fiction. Она отражает лишь частный, субъективный опыт и тем не менее вливается в мейнстрим. Почему это интересно сегодня? Может ли литература doc считаться искусством? Были ли у нашей литературы и раньше периоды влечения к быту— или это впервые? В чем отличие литературы от документа и литературы-документа? Похожи или различны литература doc и театр doc? Зачем нужен «другой» для эстетической завершенности? Равна ли литературная личность биографической в литературе doc?

Алексей Варламов. «Художник и власть в XX веке», «Деревенская проза. Взгляд из ХХI века»

Взаимоотношения писателя и власти один из ключевых вопросов истории русской литературе ХХ века. Попытка управлять литературой со стороны государства путем прямого вмешательства, запрета, насилия, принуждения, поощрения, увещевания и ответная реакция литературного сообщества — важнейшие факты литературной жизни нашей страны в минувшем столетии. Свой роман с властью был у каждого крупного писателя — Булгакова, Платонова, Алексея Толстого, Анны Ахматовой и др. Сопротивление, непротивление, компромиссы, самые разные модели писательского поведения стали частью личной авторской стратегии.

  • Часть первая: «Художник и власть в XX веке»
  • Часть вторая: «Деревенская проза. Взгляд из ХХI века»

Алексей Варламов. Не весь Розанов

История жизни и любви самого парадоксального русского философа, очерк его творчества и влияние Розанова на литературу ХХ века.

Алексей Варламов. Русская проза нового века

Впервые за много лет русская литература сегодня абсолютно свободна. Хорошо ли это?

Лекторы

Драматический потенциал соцсетей. Любовь

Мы проанализируем литературные перспективы соцсетей: онлайн-знакомства, дэйтинговые приложения, флирт, взлом личной переписки, шантаж, слив в сеть интимных текстов/фото/видео (случай с футболистом Дзюбой) и т. п. Подумаем над своим и чужим опытом, обсудим, как использовать цифровую повседневность в создании историй о любовных отношениях.

Что не убивает, делает сильнее

Попытаемся понять, как важно научиться конвертировать разрушительные энергии в искусство. Умение перенаправлять разрушительные, деструктивные энергии в созидательное русло важно не только и не столько для писателей. Этот навык попросту может спасти вам жизнь, этот навык поможет сохранить вам разум в невероятно тяжелых ситуациях, которых никому из нас не избежать. У всех нас есть шанс увидеть мир в другом свете и понять, что он состоит не из добра и зла, а из энергий, сил и красок, куда более разнообразных.

Современная литература и историческая память

Историческое прошлое — центральная тема современной прозы. В фантастическом ключе ее разрабатывают В. Сорокин и В. Пелевин, сплетая под знаком гротеска прошлое и настоящее. Реалистическую линию представляют Л. Юзефович, А. Иванов, Г. Яхина, А. Архангельский, М. Степнова. Сложное переплетение достоверности и вымысла наблюдаем у Е. Водолазкина, А. Иванова, Д. Быкова. При всем тяготении прозы к документализму популярной моделью остается «альтернативная история». «Как в прошедшем грядущее зреет» — этими ахматовскими словами можно обозначить исторический «раздел» нынешней словесности.

Прозаическое и поэтическое слово сегодня

ХХ век был веком поэзии, двигавшей эстетическое развитие литературы как таковой. В целом интенсивное взаимодействие поэзии и прозы сохраняется и сегодня. Узкая специализация советских времен, когда поэты и прозаики заседали в разных секциях, ушла в прошлое. Никого не удивляет, что один из лидеров современной поэзии Тимур Кибиров вдруг выступает в роли романиста, а ярко заявивший о себе прозаик Алексей Сальников оказывается «по совместительству» поэтом. Не говоря уже об универсале Дмитрии Быкове. «Поэтичность» сегодняшней прозы — это не стремление к красотам стиля, а поиск новых словесно-смысловых сдвигов. Что же касается поэзии, то она все больше тяготеет к свободному стиху, к развернутым нарративам, где ярко проступают «прозы пристальной крупицы» (слова Пастернака об Ахматовой).

Современная женская проза как эстетический феномен

Женщины-писательницы завоевывают все более прочные позиции в мировой литературе, все чаще получают Нобелевские и иные премии. В понятии «женская проза» нет ничего уничижительного: здесь есть все элементы художественности, присущие литературе вообще. Плюс некоторые интересные специфически-гендерные особенности. Диапазон отечественной женской прозы широк — от подчеркнутого артистизма Л. Петрушевской, Т. Толстой, О. Славниковой до добротного беллетризма Л. Улицкой, Д. Рубиной, М. Степновой. В последние годы обратили на себя внимание К. Букша, А. Матвеева, Е. Некрасова и другие.

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке