№4, 1967/Советское наследие

В. И. Ленин и пролетарская социалистическая литература

О какой это пролетарской литературе идет речь? – опросит читатель, искушенный в литературоведческих тонкостях. – О дооктябрьской? Существование ее как будто не вызывает сомнений. О ее проблемах пишутся книги (см., например, книгу В. Келдыша «Проблемы дооктябрьской пролетарской литературы», «Наука», М. 1964). Общеизвестно, что пролетарские поэты были и в годы гражданской войны. Однако, обращаясь к 20-м годам, говорить о пролетарской литературе приходится уже с некоторой осторожностью. «Как особое течение пролетарская поэзия перестала существовать, – пишет З. Паперный, – она влилась, как река, в широкое море советской поэзии» 1. К. Зелинский вряд ли, однако, примет такую формулировку: самое стремление «создать особое пролетарское искусство и литературу» – для него проявление «чуждых влияний» 2. Более широко подходит к этому вопросу А. Метченко: «Сейчас, говоря о советской литературе первых пятнадцати лет ее существования, мы не делим писателей на «пролетарских», «крестьянских» и «попутчиков». Значит ли это, что такого различия вообще никогда не было? Нет, оно было, но было кратковременным» 3.

Можно понять, почему историки литературы столь настороженно, даже опасливо относятся к эпитету «пролетарская» применительно к литературе 20-х годов. Из памяти не истерлось еще былое деление советских писателей на «чистых» (то есть принадлежащих к Пролеткульту или РАППу) и «нечистых», так называемых «попутчиков», к коим причислялись даже М. Горький и В. Маяковский, не говоря уже об А. Толстом, К. Федине, Н. Тихонове, Вс. Иванове, Л. Сейфуллиной и др. Современное литературоведение предпочитает рассматривать «процесс развития советской литературы 20-х годов» недифференцированно, выявляя лишь «общую тенденцию в развитии советской литературы тех лет» 4.

Конечно, Л. Тимофеев прав: «Понятие «советский писатель» было отнюдь не географическим понятием; оно было с самого начала политическим понятием, и в этом была его и сила, и ценность, и почетность». Но в то же время Л. Тимофеев указывает, что лагерь советских писателей формировался не без «внутренней идейной борьбы, внутренних противоречий» 5.

Имели эти противоречия какую-либо связь с делением писателей на пролетарских и непролетарских? Каково было историческое значение резолюции ЦК РКП (б) от 18 июня 1925 года «О политике партии в области художественной литературы», в которой перед пролетарскими писателями выдвигалась задача «заработать себе историческое право на… гегемонию»? 6 Как все-таки понимать термин «пролетарский», когда речь идет о литературе и искусстве? Наконец, существует ли связь между «пролетарским искусством» и «искусством социалистического реализма»? Перечисленные вопросы имеют не только историческое и терминологическое значение. Не случайна настойчивость, с какой буржуазное литературоведение стремится опорочить самую идею пролетарского искусства, нельзя не замечать и попыток исказить понятия «пролетарская культура», «пролетарская литература», которые предпринимают современные вульгаризаторы марксизма.

Это кажется совершенно немыслимым: утверждать, будто вождь пролетарской революции, автор статьи «Партийная организация и партийная литература» рассматривал «как фантастические и опасные все (курсив мой. – И. Б.) планы создания пролетарской культуры» 7. И тем не менее и Д. Гейер (ФРГ), и Г. Ермолаев (США) усиленно внушают своим читателям, что строительство социалистической культуры, с точки зрения Ленина, сводится к усвоению культуры буржуазной, что самое понятие пролетарской литературы и искусства находится в противоречии с ленинскими взглядами.

Достаточно элементарного знакомства с эстетическими воззрениями В. И. Ленина, чтобы отнести подобные утверждения к числу самоочевидных нелепостей. Но для чего же буржуазным «советологам» понадобилось сооружать, оснащать и пускать в плавание корабль, который не может не затонуть при столкновении с фактами?

Одним из самых любимых творений современной буржуазной социологии является так называемая «теория единого индустриального общества». Смыслее сводится к утверждению, что и капитализм и социализм – всего-навсего разновидности одного и того же общественного строя с единой, по сути дела, культурой. «Теория» эта призвана дезориентировать прогрессивную интеллигенцию, подорвать стремление трудящихся капиталистических стран к социалистическому переустройству общества, а заодно облегчить проникновение буржуазной идеологии в социалистические страны.

Правда, даже теоретики «единого индустриального общества» вынуждены признать, что в лагере социализма господствует марксистско-ленинская идеология. «А если все в СССР строится на марксистской теории, то, – как справедливо заметил М. Ким, – для каждого здравомыслящего человека должно быть очевидно, что советская культура и народное образование не есть просто «усвоение старого» 8.

Именно против этой очевидности и восстали и Д. Гейер, и литературоведы Г. Ермолаев и Э. Браун, утверждая, что как раз с точки зрения марксизма-ленинизма не может существовать пролетарской социалистической культуры, пролетарской социалистической литературы.

Закономерно, что, стремясь подкрепить чем-либо свои фантастические построения, Г. Ермолаев и Э. Браун пытаются найти каких-то союзников.

И. Майский еще в 1925 году разоблачил легенду, которую распространяли литераторы, в той или иной степени солидаризировавшиеся с троцкистским отрицанием пролетарского искусства, будто В. И. Ленин враждебно относился к пролетарской культуре9. Тем не менее, Вяч. Полонский позднее утверждал, что «отрицательное отношение Ленина ко всем разговорам о пролетарской культуре» не только имело место, но и «находилось в теснейшей связи с его взглядами на искусство и с его глубочайшим реализмом, видевшим всю тщету, всю бесполезность, а иногда даже и вред от пустых разглагольствований» 10. Утверждение это абсолютно ничем не подкреплялось. Действительно, Ленин говорил о недоверии и скептицизме «по отношению к тем, кто слишком много и слишком легко разглагольствует, например, о «пролетарской» культуре» 11. Но одно дело – обличение легковесной болтовни о серьезной и трудной проблеме и совершенно другое – отрицание самой этой проблемы. Ленин говорил: «…нам бы для начала достаточно настоящей буржуазной культуры, нам бы для начала обойтись без особенно махровых типов культур добуржуазного порядка, т. е. культур чиновничьей, или крепостнической и т. п. В вопросах культуры торопливость и размашистость вреднее всего. Это многим из наших юных литераторов и коммунистов следовало бы намотать себе хорошенечко на ус» 12. Из точного смысла приведенных слов явствует, что Ленин призывал для начала овладеть культурой прошлого, но никак не то, что он был противником пролетарского искусства.

Правда, в своих выступлениях послеоктябрьского периода Ленин настойчиво выдвигал задачу соединения победоносной пролетарской революции с буржуазной культурой, с буржуазной наукой и техникой13. «Мы знаем, что строить социализм можно только из элементов крупнокапиталистической культуры…» 14 – говорил он. Но из самого контекста явствует, что в данных случаях речь идет отнюдь не о политической или художественной идеологии буржуазии, а о завоеваниях науки и техники, об экономическом развитии, достигнутом буржуазным обществом. И опять-таки речь идет о том, чтобы все это использовать для построения социализма и социалистической культуры.

Следует подчеркнуть, что в понимании Ленина и в толковании пролеткультовцев, которые в ту пору больше всех разглагольствовали о пролетарской культуре, слово «культура» означает далеко не одно и то же. Когда один из видных теоретиков Пролеткульта В. Плетнев в своей статье «На идеологическом фронте» написал, что вопросы идеологии шире, чем вопросы культуры, В. И. Ленин пометил это «шире» как свидетельство элементарной неграмотности автора15. Для идейного вдохновителя Пролеткульта А. Богданова культура – принцип организации мира, в основе которой действенное сознание. Для марксизма-ленинизма культура – совокупность материальных и духовных ценностей.

Октябрьская социалистическая революция произошла, как известно, в культурно отсталой стране, какой была царская Россия. В отсталости тогдашней России (низкий уровень развития производительных сил, недостаток знаний, даже элементарной грамотности, у трудящихся масс, то есть всего того, что могло получить свое развитие и в условиях буржуазного общества) меньшевики видели основное препятствие для социалистического переустройства общества. «Мы не доросли до социализма», – говорили они. Ленин поставил вопрос в совершенно иной плоскости: «Если для создания социализма требуется определенный уровень культуры.., то почему нам нельзя начать сначала с завоевания революционным путем предпосылок для этого определенного уровня, а потом уже, на основе рабоче-крестьянской власти и советского строя, двинуться догонять другие народы» 16.

Нет необходимости разъяснять, сколь важна и вместе с тем трудна была эта задача. Между тем часть пролеткультовцев (в удивительном единодушии с футуристами) прокламировала враждебное, нигилистическое отношение к культуре прошлого. Причина столь «странного» единодушия не может быть объяснена лишь тем, что к работе в организациях Пролеткульта были привлечены некоторые футуристы. Анархистская, мелкобуржуазная «р-революционность» всегда отличалась склонностью к «левой» фразе, к разрушению старого только потому, что оно «старое». А пролеткультовцы, несмотря на свое пролетарское звание, отнюдь не были отгорожены от влияния мелкобуржуазной стихии.

Правда, сам А. Богданов не раз заявлял, что «пролетариат – законный наследник всех ее (культуры старого мира. – И. Б.) ценных завоеваний, духовных, как и материальных», что «от этого наследства он не может и не должен отказываться» 17. Но, во-первых, А. Богданов сводил значение культурных ценностей исключительно к «организаторской» роли художественного творчества. А во-вторых, не считал, что критическое освоение «наследства» является необходимым условием для формирования нового, пролетарского искусства. «Пусть же рабочий класс, – призывал А. Богданов в той же статье, где говорил о пролетариате как о «законном наследнике», – направит величайшие усилия на создание того, чего ему так недостает, пусть культурная самостоятельность будет и очередным, и отныне постоянным его лозунгом» 18. Настойчивые призывы к «культурной самостоятельности», к «культурной независимости» определяли практическое отношение к наследию прошлого – не ради критического освоения его, не для того, чтобы на этой базе идти вперед, а лишь во имя его «преодоления».

«Пусть пролетарии – поэты, художники, музыканты, актеры, объединят свои, пусть пока слабые еще, силы и сами из своего материала создают свое», – говорилось в постановлении ЦК Пролеткульта, принятом уже после выступления Ленина на III съезде РКСМ19.

Конечно, Пролеткульт был обширен и многолик, участники пролеткультовского движения далеко не одинаково относились к наследию прошлого. И тем не менее лозунг культурной самостоятельности и независимости создавал атмосферу, достаточно благоприятную для микробов нигилизма и шапкозакидательства. Тем более что в противовес ленинскому учению о двух культурах в каждой нации (о существовании, наряду с господствовавшей буржуазной культурой, хотя бы элементов демократической и социалистической культуры) пролеткультовцы были склонны рассматривать все идеологические ценности, созданные под гнетом помещиков и капиталистов, как нечто опасное, способное отравить пролетариат ядом враждебного ему сознания.

Не считая задачу «овладевать знанием своего века и двигать вперед это знание» 20 сколько-нибудь важной, определяющей, пролеткультовские теоретики предлагали создавать «чистую» и «самостоятельную» пролетарскую культуру на основе искусственно сконструированной «готовой модели» 21. С этой целью А. Богданов выработал десять «законов новой совести» 22 – своего рода заповеди, которые предназначались в качестве основы для «пролетарской культуры». Были и другие, аналогичные предложения.

В условиях отсталой страны, когда трудящимся недоставало элементарных знаний, без которых немыслимо овладеть методологией марксизма-ленинизма, призывы такого рода были чреваты весьма тяжелыми последствиями… «Еще более опасным было бы, если бы мы начали усваивать только коммунистические лозунги. Если бы мы вовремя эту опасность не поняли и если бы мы всю нашу работу не направили на то, чтобы эту опасность устранить, тогда наличие полумиллиона или миллиона людей, молодых юношей и девушек, которые после такового обучения коммунизму будут называть себя коммунистами, принесло бы только великий ущерб для дела коммунизма» 23, – говорил Ленин в известной речи на III Всероссийском съезде РКСМ.

С гениальной прозорливостью он не только увидел опасность, но и направил на ее предотвращение усилия нашей партии в труднейшее время гражданской войны и новой экономической политики. Тогда же А. Луначарский не раз вынужден был разъяснять: «нельзя же полагать, что можно закрыть консерватории и музыкальные училища и сжечь старые «феодально-буржуазные» инструменты и ноты» ##»В. И. Ленин о литературе и искусстве», Гослитиздат, М. 1960, стр. 669.

  1. »Пролетарские поэты первых лет советской эпохи», «Советский писатель», Л. 1959, стр. 73. []
  2. К. Зелинский, Октябрь и национальные литературы, «Литературная газета», 15 сентября 1966 года.[]
  3. А. Метченко, Кровное, завоеванное, «Октябрь», 1966, N 5, стр. 201.[]
  4. «Русская советская литература. Очерк истории», Учпедгиз, М. 1963, стр. 116 – 117.[]
  5. Л. Тимофеев, Советская литература. Метод, стиль, поэтика, «Советский писатель», М. 1964, стр. 105, 108.[]
  6. »О партийной и советской печати», «Правда», М. 1954, стр. 345. []
  7. »Soviet Literary Theories 1917 – 1934. The Genesis of Socialist Realism by German Ermolaev», University of California, Press Berkeley and Los Angeles, 1963, p. 2. []
  8. М. Ким, Советский опыт культурной революции, «Коммунист», 1966, N 8, стр. 56.[]
  9. «Пролетариат и литература. Сборник статей», ГИЗ, Л. 1925, стр. 17.[]
  10. Вяч. Полонский, В. И. Ленин об искусстве и литературе, «Новый мир», 1927, N 11, стр. 149.[]
  11. В. И. Ленин, Полн. собр. соч., т. 45, стр. 389. Курсив мой. – И. Б.[]
  12. Там же.[]
  13. В. И. Ленин, Полн. собр. соч., т. 38, стр. 59.[]
  14. Там же, т. 37, стр. 221.[]
  15. См. об этом подробно в статье В. Новикова «К истории борьбы за социалистическую культуру (В. И. Ленин и дискуссия о «пролетарской культуре» и Пролеткульте 1922 года)», «Вопросы литературы», 1967, N 3.[]
  16. В. И. Ленин, Полн. собр. соч., т. 45, стр. 381.[]
  17. А. Богданов, О пролетарской культуре, 1904 – 1924, «Книга», М. – Л. 1925, стр. 102.[]
  18. Там же, стр. 101.[]
  19. »Пролетарская культура», 1921, N 20 – 21, стр. 29. []
  20. В. И. Ленин, Полн. собр. соч., т. 6, стр. 39.[]
  21. А. Богданов, О пролетарской культуре, стр. 249.[]
  22. Там же, стр. 333 – 343.[]
  23. В. И. Ленин, Полн. собр. соч., т. 41, стр. 302.[]

Цитировать

Баскевич, И. В. И. Ленин и пролетарская социалистическая литература / И. Баскевич // Вопросы литературы. - 1967 - №4. - C. 32-47
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке