№3, 1969/Коротко о книгах

«Риторический мир» просветительской литературы

Paul E. Fussel, The Rhetorical «World of Augustan Humanism. Ethics and Imagery from Swift to Burke, Clarendon Press, Oxford 1965, 312pp., P. M. Spacks, The Poetry of Vision, Harvard University Press, 1967, 237 pp.

Изучение образности и в литературоведении Запада перестает быть прерогативой стилистики. Английский литературовед Пол Фассел и американская исследовательница Патриция Спакс, анализируя образную специфику произведений английских просветителей, стремятся таким путем понять и объяснить этические и эстетические убеждения изучаемых писателей.

В работе П. Фассела «Риторический мир Августовского гуманизма» (веком Августа в Англии обычно называют литературный подъем эпохи королевы Анны, П. Фассел же распространяет это понятие на все XVIII столетие) рассматриваются этические позиции и образный строй произведений Дж. Свифта, А. Попа, филолога С. Джонсона, живописца, автора известных «Лекций» Дж. Рейнольдса, историка Э. Гиббона и публициста Э. Бёрка. «По-моему, – пишет исследователь, – эта группа представляет нечто вроде центральной нервной системы, проходящей через весь XVIII век». Общее между избранными им авторами П. Фассел усматривает в единой гуманистической концепции личности. Исследователь, конечно, не отождествляет этических воззрений Свифта и Попа или, скажем, Джонсона и Бёрка; он пытается выяснить те общие принципы, которые роднят столь разных художников в понимании гуманизма как литературно-этической категории. При этом автор рассматривает исторические, публицистические и искусствоведческие трактаты как произведения литературы.

Отметив характерные качества просветительского гуманизма (критическое отношение к действительности, осознание уникальности человека как существа социального и сознательного), П. Фассел говорит о «парадоксальной двойственности» в воззрениях английских гуманистов «августовского века». С одной стороны, признание огромных возможностей человека, с другой – констатация таких явлений, как нивелирование человеческой индивидуальности, коррупция, пронизывающая все общество, и другое. У Свифта, Джонсона и их последователей критик обнаруживает перекличку со знаменитым монологом Гамлета о человеке – «венце всего живущего» и в то же время «квинтэссенции праха». Развивая эту мысль, критик впервые «приобщает» к числу гуманистов и Филдинга, выявившего в «Джозефе Эндрюсе» то же двойственное отношение к человеку.

На наш взгляд, мысль о том, что истоки просветительского гуманизма обнаруживаются в таких произведениях, как «Гамлет», «Король Лир» или «Потерянный рай», весьма плодотворна. Хотя эстетика XVIII века еще была далека от преклонения перед Шекспиром, в этической программе ряда писателей эпохи Просвещения явственно ощущалось генетическое родство с творениями их гениального драматурга.

Касаясь проявлений гуманистического мировоззрения в образной системе английских просветителей, П. Фассел исследует следующие основные источники их образности: военное дело, архитектуру и строитель ство, предметы одежды, путешествия, биологию, элегическую поэзию. Некоторые главы этого раздела книги весьма интересны. Так, по мнению П. Фассела, с помощью военной лексики и фразеологии в образном строе «Битвы книг» Свифта, «Суетности людских желаний» Джонсона, «Второй лекции» Рейнольдса находит выражение боевой, наступательный характер просветительского гуманизма, борьба идей.

Цитировать

Соколянский, М. «Риторический мир» просветительской литературы / М. Соколянский // Вопросы литературы. - 1969 - №3. - C. 231-233
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке