№2, 1968/Обзоры и рецензии

Плодотворный подход

М. Теплинский, «Отечественные записки», 1868 – 1884. История журнала. Литературная критика, Хабаровский пединститут, Южно-Сахалинск, 1966, 398 стр.

Интерес к истории «Отечественных записок» того периода, когда во главе их стояли Некрасов и Салтыков-Щедрин, все возрастает. Кроме ряда печатных работ, журналу посвящено несколько кандидатских диссертаций. Совсем недавно в Южно-Сахалинске вышел в свет большой и интересный труд М. Теплинского, для создания которого автор просмотрел и изучил огромное количество печатных и архивных материалов.

Монография М. Теплинского вносит серьезный вклад в изучение «Отечественных записок». Первая часть ее посвящена «внешней истории» журнала. Но прежде чем перейти к ее освещению, автор во введении касается проблемы изучения крупного журнала вообще, а затем дает характеристику направления «Отечественных записок», подробно останавливаясь на недавней дискуссии о народничестве, на основополагающих высказываниях В. И. Ленина об этом движении и об «Отечественных записках». Исследователь с некоторыми оговорками делает вывод, что «Отечественные записки» следует рассматривать как орган революционного народничества 70-х годов, отражавший точку зрения многомиллионной массы крестьянства в борьбе с остатками крепостничества, с самодержавием, с капиталистическим гнетом» (стр. 16). К сожалению, касаясь известной работы Ленина об очерках Скалдина (псевдоним Ф. П. Еленева) «В захолустьи и в столице», печатавшихся в «Отечественных записках» 1867 – 1869 годов (то есть начатых еще до того, как журнал перешел в руки Некрасова), автор не выходит за рамки традиции и ничего не говорит об отношении к ним новой редакции журнала1.

История перехода «Отечественных записок» к Некрасову до последнего времени мало привлекала внимание исследователей. Лишь в 1948 году появилась обстоятельная работа С. Макашина и Б. Панковского «Некрасов и литературная политика самодержавия» 2, основанная на большом архивном и печатном материале, в которой широко обрисована сложная, напряженная; исполненная драматизма борьба редактора «Современника» за новую журнальную трибуну. Признавай важность этого вопроса, М. Теплинский уделяет ему отдельную главу. Исследователю удалось обнаружить ряд новых документов, некоторые из них имеют существенное значение (например, письмо Ф. Толстого к Д. А. Милютину). Удачные поиски дали возможность М. Теплинскому дополнить, а кое в чем и исправить отдельные положения своих предшественников. Восстанавливая шаг за шагом хронологию событий, проверяя и сопоставляя известные факты с вновь установленными, он дает всестороннюю картину обстановки в момент перехода «Отечественных записок» к Некрасову. Вопреки существующей точке зрения он убедительно доказывает, что разрыв Некрасова с частью бывших сотрудников «Современника» (Жуковским, Антоновичем, Пыпиным3) произошел но по требованию властей, а в связи с претензией Жуковского на руководство обновленными «Отечественными записками» 4. Поэтому, когда министр внутренних дел Валуев в качества предварительного условия перехода журнала Краевского к Некрасову потребовал от него не допускать в «Отечественные записки» отличавшихся «крайними» воззрениями Жуковского и Антоновича, тот согласился. Между тем, как показывает М. Теплинский, «Валуев, не возражая против перехода «Отечественных записок» к Некрасову, имел в мщу далеко идущие цели: он надеялся, что ему с помощью Ф. Толстого (своего агента, приставленного к Некрасову) удастся превратить журнал «в послушное орудие для обмана общественного мнения, для скрытой защиты правительственной идеологии» (стр. 50).

В соответствии с этим проводилась и цензурная политика по отношению к «Отечественным запискам», которая первоначально была сдержанной и выжидательной. Но понадобилось немного времени, чтобы правительство убедилось в справедливости мнения, что в «Отечественных записках» возродился запрещенный «Современник». Не помог и прикомандированный к журналу в качестве предварительного цензора член Совета Главного управления по делам печати Ф. Толстой. И хотя официально журнал был освобожден от предварительной цензуры, в действительности она для него была двойной: и предварительной и карательной.

Анализируя политику цензуры по отношению к «Отечественным запискам», М. Теплинский привлекает новые материалы. Обращение для этой цели к журналам заседаний Совета Главного управления по делам печати вполне закономерно и оправдано: именно здесь, в высшем цензурном ведомстве, окончательно формировалась политика цензуры но отношению к «Отечественным запискам». Но исследователь иногда забывает, что истоки этой политики следует искать в С. -Петербургском цензурном комитете. Так, например, говоря об отношении цензуры к «Отечественным запискам» за первый, 1868 год их издания, он приводит подробнейшую их характеристику по отчету Главного управления по делам печати (стр. 77). Но эта характеристика дословно взята на отчета С. -Петербургского цензурного комитета за 1868 год5. Следовательно, упоминавшееся в ней требование об удалении Жуковского и Антоновича не было особым секретом в цензурном ведомстве.

Стремясь нейтрализовать все растущее влияние и авторитет журнала, правительство ие пренебрегало ничем, и Некрасову, а после его смерти Салтыкову-Щедрину, пришлось отдать много энергии, сил, «змеиной мудрости» в борьбе за существование «Отечественных записок». Издавать журнал с каждым годом становилось все труднее. Особенно сгустились тучи над «Отечественными записками» в 1883 и начале 1884 года. Против журнала «велась планомерная, организованная атака: сотрудники журнала арестовывались, высылались, за ними учреждался секретный полицейский надзор, они объявлялись «неблагонадежными» (стр. 122). Поэтому появление 20 апреля 1884 года в «Правительственном вестнике» специального «Правительственного сообщения» о запрещении крамольного журнала не было полной неожиданностью. Эта крайняя мера правительства вызвала многочисленные протесты среди передовой части русского общества.

Вторая половина монографии посвящена литературной критике «Отечественных записок». На обширном фактическом материале автор прослеживает, характеризует и обстоятельно анализирует литературную политику «Отечественных записок» с момента их перехода к новой редакции и до окончательного запрещения журнала. Такой подход к теме дал возможность М. Теплинскому высказать ряд новых соображений, а по некоторым вопросам внести существенные коррективы.

М. Теплинский уделяет много внимания освещению деятельности Писарева в «Отечественных записках». Он убедительно доказывает несостоятельность мнения о якобы недоброжелательном отношении Некрасова к Писареву и стесненном положении критика в новой редакции журнала. Интересен анализ работ Писарева, опубликованных на страницах «Отечественных записок», причем автор изучает их во взаимосвязи и сопоставлении с взглядами других сотрудников журнала.

Участие Писарева в журнале было весьма кратковременным. «По существу, – заключает М. Теплинский, – главным литературным критиком «Отечественных записок» в период 1868 – 1871 годов был Щедрин. Именно он определял политику журнала в области литературной критики» (стр. 166). Среди широкого круга вопросов, поднимаемых в критических статьях, многочисленных рецензиях того периода, он «неизменно придавал особую важность трем вопросам: сознательной тенденциозности художника, народности литературы и принципам изображения «новых людей» (стр. 167). Эти вопросы, отмечает М. Теплинский, были поставлены в трудах Белинского, Чернышевского, Добролюбова, но в выступлениях Щедрина они получили дальнейшее развитие. Все это, конечно, так. Но исследователь недостаточно учитывает предыдущий опыт Щедрина-критика, не принимает во внимание того, что его первые рецензии появились в печати за несколько лет до выступлений Чернышевского, в конце литературной деятельности Белинского, хотя их значение, конечно, не следует преувеличивать. Выступления Щедрина по вопросам литературной критики относятся главным образом и 1868 – 1871 годам, но их влияние сказывается и на последующей позиции отдела критики «Отечественных записок».

Одновременно со Щедриным в этом отделе принимали участие Скабичевский, Курочкин, Цебрикова, Пятковский6, Михайловский7 и др. Но степень участия каждого из рецензентов была различной. Скабичевский и Цебрикова поместили ряд серьезных критических статей. Однако их деятельность в «Отечественных записках» до сих пор недооценивалась. М. Теплинский уделяет много места ее освещению. Критический очерк о Цебриковой, в сущности, является первым опытом, и опытом удачным. Имя этой талантливой писательницы несправедливо забыто. Между тем в литературной борьбе своего времени она сыграла положительную роль. Достаточно вспомнить такую ее статью, как «Наши бабушки», посвященную анализу женских характеров в романе Толстого «Война и мир», а также статьи о романах «Обрыв» Гончарова и «Герои молодой Германии» Шпильгагена и др. Подробно анализируя работы Цебриковой, М. Теплинский приходит к выводу, что они «есть не просто выражение ее литературных мнений, но и отражение общей позиции «Отечественных записок» в области литературной критики» (стр. 227).

Из молодых участников раздела критики самым продуктивным, конечно, был Скабичевский. Если бы можно было учесть его вклад в отдел «Новые книга», то по объему написанного он превзошел бы, пожалуй, и Щедрина. Признавая значение первых работ Скабичевского, посвященных проблеме народности, М. Теплинский справедливо отмечает их ограниченность, удачно характеризуя его деятельность в «Отечественных записках» взятым у Щедрина термином «журнальная полезность». Работая под присмотром и влиянием Щедрина, а потом Михайловского, Скабичевский действительно был полезным сотрудником журнала. Его творческий взлет – время работы в «Отечественных записках». Вся последующая деятельность Скабичевского гораздо менее интересна и значима.

Со временем Щедрин все реже печатается в отделе критики и все активнее выступает в нем Михайловский, который вскоре занимает главенствующее положение. С 1878 года его роль становится определяющей, когда в качестве члена редакции он руководит и сам много пишет в возрожденном отделе библиографии. М. Теплинский подробно рассматривает критическую деятельность Михайловского, справедливо считая его «наиболее влиятельным критиком в демократической литературе» этого периода.

Каждому из основных критиков «Отечественных записок» М. Теплинский посвящает отдельную главку, особо выделяет он библиографию («Новые книги»), которую рассматривает как единое целое. Анонимность библиографии (да и критических статей) является для него признаком редакционной точки зрения и традицией, идущей от «Современника». С этим трудно согласиться. Анонимность библиографии, как известно, идет от журналов XVIII века. Что же касается анонимности библиографии как формы выражения редакционной точки зрения, то к 70 – 80-м годам XIX века она все более теряет такое значение. Если согласиться с М. Теплинским, то получается, что в статьях Скабичевского, напечатанных за его подписью, преобладала (если не полностью выражалась) личная точка зрения автора, а в его рецензиях, напечатанных в тех же номерах журнала, что и статьи, выражались взгляды редакции. Другой пример. В книге мало говорится о М. А. Протопопове, хотя В литературной критике «Отечественных записок» его роль была значительней. Но это не вина М. Теплинского. Дело в том, что Протопопов, дебютировавший в журнале под псевдонимом «Н. Морозов» статьей «Литературная злоба дня» (1877, N 1), сосредоточил свою деятельность в «Отечественных записках» только в отделе библиографии, и чтó в ней принадлежит ему, почти не установлено. Одновременно с Протопоповым писал и Михайловский, псевдонимы которого постоянным читателям журнала были, конечно, хорошо известны. Если согласиться с М. Теплинским, то получается, что редакционная точка зрения выражалась в безвестных рецензиях Протопопова, а не в работах Михайловского.

Все это лишний раз свидетельствует о том, что перед исследователем «Отечественных записок» (как, впрочем, и любого другого журнала) во всей полноте и сложности возникает трудно, а порою и вовсе неразрешимая проблема установления авторства. Из всех участников отдела библиографии «Отечественных записок» выявленными считаются только рецензии Михайловского и Щедрина. Определением авторства первого занимался Е. Колосов, второго – С. Борщевский. Работая над выявлением рецензий Михайловского, Е. Колосов общался с некоторыми из оставшихся в живых современниками критика. Из имеющихся в нашем распоряжении материалов видно, что они мало к этому времени помнили. Поэтому Е. Колосов вынужден был прибегнуть и к анализу содержания рецензий. Тем же методом – «текстовых параллелей» (в отличие от Е. Колосова – с наглядной их демонстрацией) – пользовался и С. Борщевский при выявлении критических работ Щедрина.

Со времени подготовки Е. Колосовым десятого тома сочинений Михайловского прошло около 60 лет, а со времени подготовки С. Борщевский восьмого тома сочинений Щедрина – тридцать. Таким образом, на каждый из томов легла печать времени, а состав их стал традиционным. Ни в коей мере не ставя под сомнение всю проделанную этими исследователями работу, заметим лишь, что она все еще нуждается в серьезной и детальной проверке. Такое заключение может быть подтверждено ссылкой на несколько противоречивые заявления М. Теплинского, который очень внимательно и детально изучил критику «Отечественных записок». Констатируя отсутствие документальных данных об авторах библиографии, он заключает, что остается «идейно-стилистический анализ, который с успехом был применен С. Борщевский при установлении авторства Щедрина в отношении ряда рецензий» (стр. 228). Но в другом случае, изучая содержание анонимных рецензий, он поднимает вопрос о редакторской правке некоторых из них Щедриным, ибо «без этого будет совершенно непонятно сходство отдельных положений в рецензиях, которые вошли в собрание сочинений сатирика, с теми, которые ему не приписываются» (стр. 229). Замечание очень верное и справедливое. Но, учитывая метод С. Борщевского и тот факт, что о редакторской работе Щедрина в библиографии ничего не известно, это замечание в то же время свидетельствует о слабости методики С. Борщевского.

Пафос М. Теплинского – в «комплексной» изучении литературной критики «Отечественных записок». Плодотворность такого подхода подтверждена успешными результатами исследования. Но они были бы большими, если бы автор в ряде случаев шире вышел за рамки литературной критики (как в самом журнале, так и за его пределами), обратившись и к другим жанрам, например публицистике. Оправданным был бы и анализ беллетристики, что дало бы возможность показать соотношение теории и практики в «Отечественных записках». Как бы то ни было, но всей своей работой М. Теплинский доказал, что при наличии энтузиазма, любви и преданности делу дальность Южно-Сахалинска от богатейших архивных и книжных фондов страны не является помехой для создания хорошей, серьезной и нужной книги.

г. Ленинград

  1. Речь идет об оставшихся вне поля зрения исследователей двух крайне любопытных примечаниях редакции к окончанию очерков Скалдина. Вопрос об авторе этих примечаний (вероятно, им был Салтыков-Щедрин) и рассмотрении их в свете упомянутой работы В. И. Ленина выходит за рамки рецензии и будет освещен нами отдельно.[]
  2. »Литературное наследство», т. 49 – 50, 1948, стр. 429 – 532. []
  3. Как явствует из писем Стасюлевича к жене, вопрос об участии Пыпина в «Вестнике Европы» был окончательно решен в феврале 1888 года (ИРЛИ, ф. 283, оп. 1, ед. хр. 101). Следовательно, М. Теплинский напрасно обвиняет Пыпина в отступничестве.[]
  4. Отметим, что к такому же выводу пришел и Н. Емельянов в очерке об «Отечественных записках» («Очерки по истории русской журналистики и критики», т II, Изд. ЛГУ, 1966, стр. 272 и сл.).[]
  5. ЦГИАЛ, ф. 777, оп. 2, 1869, ед. хр. 28, об. л. 8, л. 9.[]
  6. Писал отзывы на книги исторического и педагогического содержания.[]
  7. Следуя традиции, М. Теплинский считает, что критическая деятельность Михайловского в «Отечественных записках» началась позднее. Между тем по этому поводу имеется вполне определенное свидетельство самого Михайловского. «Приехав сюда, – писал он сестре в апреле-мае 1868 года, – я получил приглашение работать в трех изданиях. Из них от одного («Дело») я совсем отказался. В «Отечественных записках» были напечатаны несколько моих мелких рецензий (в отделе библиографии), теперь я от них набрал (?). В «Неделе» я работал месяца два и переругался. Теперь сижу в «Современном обозрении» (Отдел рукописей Библиотеки имени В. И. Ленина, М., 8342, I.10).[]

Цитировать

Боград, В. Плодотворный подход / В. Боград // Вопросы литературы. - 1968 - №2. - C. 209-213
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке