Не пропустите новый номер Подписаться
№6, 1985/Юмор

Мир смеется: Венгрия. Вступительная заметка и перевод с венгерского Александра Науменко

«ЛУДАШ МАТИ» И ДР.

 

В чем соль знаменитого венгерского юмора?

«Анализ юмора особенно опасен. Как объясненный анекдот, он сам в себе Уже смешон, напрасен», – писал Деже Костолани, выдающийся венгерский поэт и прозаик.

И все-таки рискнем сказать, что главное тут прежде всего передразнивание и самоирония. Они были уже характерны для замечательных пародий венгерского поэта Балинта Балашши (1554 – 1594) на одическую поэзию Горация. Но настоящий расцвет венгерский литературный юмор пережил в творчестве Кароя Кишфалуди (1788 – 1830), прозаика и поэта, главы венгерского романтизма, мастера эпиграммы и пародии, – комическое стало у него функцией образованности, начитанности, стилистического анализа.

Нет практически ни одного произведения венгерской литературы, где бы не блистал юмор, где бы не питал он литературу из недр народа…

Однажды молодой крестьянин продавал на рынке своих гусей, – рассказывает народный анекдот Михай Фазекаш (1766 – 1828) в поэме «Лудаш Мати» («Гусятник Мати»), – помещик же предложил за гусей очень низкую цену, на которую Мати не согласился. Тогда помещик приказал отобрать гусей силой и высечь Мати. Избиваемый крестьянин под хохот окружающих поклялся отомстить помещику:

«Эти розги Лудаш Мати возвратит вам трижды!» – и обещание свое выполнил. Эти строки стали девизом венгерского юмора, дав название сатирическому журналу «Лудаш Мати». Он начал издаваться в 1867 году, но уже в 1873 году был запрещен, а его редактора, Кароя Месароша, арестовали и приговорили к тюрьме. «Лудаш Мати» продолжал борьбу против австрийского абсолютизма и социальной несправедливости, начатую первыми венгерскими сатирическими журналами «Чаривари», «Глупый Ишток» и др.

В новой, социалистической Венгрии «Лудаш Мати» с его традициями был возрожден группой таких сатириков, как Дердь Гал, Силард Дарваш, Андор Габор, Бела Гадор, Ласло Таби и Дердь Фельдеш. Ныне журнал выходит под редакцией известного писателя-юмориста Дердя Микеша.

Выдающимся творцом венгерской литературной пародии стал Фридеш Каринти (1888 – 1938), писатель, поэт и публицист, который с 1912 года и почти до конца своей жизни публиковал пародии в сборниках под заглавием «Вы пишите так!». Юмор Каринти, по выражению Костолани, стал «настоящей литературной критикой, искусством, интегральным охватом жизни, стилей, мировоззрений». Сборник пародий Каринти ныне настольная книга всякого читающего венгра, отдельные пассажи из пародий получили гражданство в обиходном языке.

С венгерским литературным юмором, пародией и эпиграммой соперничает в популярности пештский анекдот – вот уже более ста лет! Пештские анекдоты печатаются в журналах и сборниках юмора, однако печатаются не все из тех, что рассказываются на улицах, в магазинах, дома и на работе. Почему? На это может ответить мимолетный анализ. Пештские анекдоты издавна актуальны по содержанию, молниеносны по реакции на происходящее, несокрушимо логичны, дерзки, нетерпимы к авторитетам, подчас грубы в назывании всего своими именами, самоуверенны и беспощадны. Дух пештского анекдота вдохновлял и вдохновляет в XX веке творчество всех писателей-юмористов и сатириков. Именно пештский анекдот продолжает поставлять актуальный материал журналистам и фельетонистам.

Предлагаем вниманию читателей ряд произведений венгерских авторов, а также несколько анекдотов на литературные темы. Материалы взяты из сборников сатиры и юмора и журнала «Лудаш Мати».

 

ЛИТЕРАТУРНЫЕ ФЕЛЬЕТОНЫ

Понграц ГАЛШАИ

НАСКОЛЬКО ХВАТИТ ШЕКСПИРА?

Самый знаменитый XXV сонет Шекспира начинается так:

Ты утоляешь мой голодный взор,

Как землю освежительная влага.

С тобой веду я бесконечный спор,

Как со своей сокровищницей скряга1.

Эти бессмертные строки пришли мне в голову по поводу одной популярной песенки.

Поэтическая находка Шекспира заключается в том, что любовь, на которую поэты и поныне взирают с платоническим экстазом, он изобразил как стихийную потребность в великом круговороте природы. Плоть действительно нуждается в пище, как земля во влаге, иначе она не будет способна производить.

Всем своим существом и острием пера чувствовал Шекспира и Аттила Йожеф. Без XXV сонета вряд ли смогли бы родиться знаменитые строки «Оды»2:

Люблю, как мать ребенок любит,

Как пропасть – собственные глуби,

Как залы – свет, что жизнь в них будит,

Как пламя – дух, как дух – вершины!

Люблю, как жить стремятся вечно

Все смертные, пока не сгинут.

Шекспировское сравнение распространяется здесь на более призрачную и накаленную чувством среду: утоление голода и освежительная влага становятся пропастью, светом, пламенем и духом! После чего строфа завершается приподнятым общим местом. Смертные, конечно же, стремятся жить вечно до тех пор, пока не сгинут… Только поэтический гений способен придать этому общему месту столь волнующую, сверхтональную силу.

Но на этом Шекспир в Венгрии не кончается. Взяв под руку Аттилу Йожефа, он шествует дальше.

Образный ряд стихотворения Дезе Чорбы3 «Как много прекрасного» выглядит так:

Люблю тебя, как посох свой старуха,

люблю, как дождь канавы,

как жнец – закат, сулящий передышку,

как хлев – коровье стадо.

 

Посох, канавы, коровы… Сравнения Чорбы опредмечены до максимальной заземленности. Выражение жизненных потребностей оборачивается беспомощностью. Старухи упадут без посохов, а дождь по законам физики стремится в канавы. Но поразителен по меньшей мере неприличный заключительный стих. Любимую женщину сравнивать с хлевам? Это уже поэтическая жестокость. И все же именно последний стих делает приподнятым этот благородный «плагиат».

Но на скольких поэтов хватит Шекспира?

И вот недавно я включил радио. Что же я услыхал из уст нашей знаменитой эстрадной певицы? Вот это:

Ты для меня, как для лесов листва,

Ты для меня, как для земли трава,

Ты для меня, как холод для зимы,

Ты для меня, как солнце для весны…

Кто написал текст этой песни? Шекспир? Аттила Йожеф? Дезе Чорба? Электрон Жирноволосош?

Во всяком случае, после долгих литературных скитаний XXV сонет вернулся к себе. Хотя важна ли для земли трава и радуется ли зима своему холоду, я, честно говоря, не знаю.

Может возникнуть вопрос: что бы сказал Шекспир на такой музыкальный вариант своего стихотворения? Ей-богу, и этого не знаю. Хотя, насколько я знаком с Учителем… Как ни странно, он не сказал бы, верно, ничего.

Ласло ТОРМАИ

КОНКУРС

Калифорнийским университетом Сан-Хосе ежегодно объявляется конкурс на звание самого плохого писателя. По условиям конкурса разрешается посылать только первую фразу романа.

В этом году первой премии удостоилась тридцативосьмилетняя американская писательница Гэйл Кэйн за следующую фразу:

«Когда на второй день пути верблюд внезапно издох, Селина, отряхнувшись, впала в дурное расположение духа и принялась красить ногти, которые и без того были великолепны и которые с самого начала путешествия она красила уже много раз, насмешливо спрашивая себя при этом, неужто и в самом деле вся эта затея будет состоять только из таких вот гадостей, как и все прошлые каникулы, проведенные ею с Базилем».

Такой же конкурс я объявляю в честь всевенгерской книжной недели и тут же представляю первые фразы конкурсных романов:

«На основании распоряжения за номером XV от 20 мая 1983 года, которое подпадает под седьмой абзац второго параграфа распоряжения за номером VIII от 10 октября 1981 года и не подпадает под третью статью распоряжения под номером IV от 27 марта 1979 года, но при этом выпадает из первой статьи распоряжения, снабженного номером от 4 августа 1980 года, платить гонорар вы все-таки обязаны».

«Согласно инструкции по уходу, наши товары, которые можно носить всегда, во всякую погоду и во всех случаях, не рекомендуется надевать в дождь, смог, солнечную погоду, при фронтальном наступлении холодных масс воздуха, гнездовании и роении пчел, цветении Тисы и в половодье, ибо от температуры человеческого тела они вытягиваются».

В объявленном конкурсе могут участвовать все венгерские граждане, достигшие 18 лет, говорящие на родном языке, еще не занятые общественным трудом, не имеющие долгов, но имеющие родителей, зубы мудрости, любящие своих начальников и не могущие жить без денег.

«В духе наших предписаний по мерам технической и пожарной безопасности, при эксплуатации кофеварочной машины на рабочем месте следует поначалу убедиться, что отверстия стенной розетки соответствуют вилке, а заземление – стандарту 18976/15600, что в данном помещении является огнеопасным, и сколько лет назад производился техосмотр огнетушителей, что особенно необходимо в том случае, если их украли».

«При растяжениях, надрывах, оледенениях, солнечных и тепловых ударах, переломах, пожарах, прорывах и разрывах водопровода, а также внезапной потере денег наш удобопонятный страховой полис распространяется на тех, кто в процессе действительного страхования заключил страховой договор, исключая одежду, имевшую место на застрахованном во время несчастного случая, тогда и только тогда, когда вместе с тем, не подразумевая содержимого карманов, он понес убыток там, где рак на горе свистит».

  1. Перевод С. Маршака. В дальнейшем цитируемые стихи даются в переводе А. Науменко.[]
  2. Аттила Йожеф (1905 – 1937) – выдающийся венгерский поэт. «О д а» – признанный шедевр лирики Аттилы Йожефа.[]
  3. Дезе Чорба (р. 1916) – современный венгерский поэт, переводчик стихотворений Брехта, Данте и «Фауста» Гете; лауреат премии Баумгартена (1947) и премии имени Аттилы Йожефа (1957). Начав как поэт возвышенный, философический, почти герметический, перешел позднее к реалистической лирике, образно упрощенной почти до натурализма.[]

Цитировать

От редакции Мир смеется: Венгрия. Вступительная заметка и перевод с венгерского Александра Науменко / От редакции // Вопросы литературы. - 1985 - №6. - C. 259-271
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке