№1, 1997/Книжный разворот

Мир поэтического неологизма

Наталья Перцова, Словарь неологизмов Велимира Хлебникова, Вена-Москва, 1995, 560 с.

В русской литературе в разные эпохи встречались художники, делавшие чертой личного стиля регулярное сотворение неологизмов. Так, на грани XVIII-XIX веков это Державин и поэты «вокруг» Державина, а с другой стороны – ранний Н. М. Карамзин и его подражатели. В середине XIX века это такой своеобразный и в молодые годы знаменитый поэт, как В. Г. Бенедиктов (Я. П. Полонский, издавший в 80-е годы прошлого столетия трехтомник Бенедиктова, даже приложил к нему словарь бенедиктовских неологизмов1 ). В серебряный век увлечение художественных деятелей неологизмами по интенсивности своей уникально. Причем a priori бросается в глаза, насколько по-разному использовали неологизм «задавшие тон» в культуре эпохи символисты с их цветовыми эпитетами, сложными прилагательными и футуристы с их изощренным корнесловием. Слово-

творчество лидера кубофутуристов В. Маяковского, ставшего известнейшим советским поэтом, изучалось уже в 30-е и 40-е годы2. Как материал для сопоставления привлекались уже тогда неологизмы других русских поэтов, в том числе и В. Хлебникова. Позже Хлебникову посвящались и «именные» монографии, однако по сей день не было издания, подобного «Словарю неологизмов» Н. Перцовой. Это лингвистическое исследование ориентировано на максимальный охват относящейся к феномену неологизма хлебниковской эмпирики. Наша статья не просто рецензия, но как бы литературоведческий этюд о неологизме, содержащий реплику на данную публикацию.

Художественные неологизмы, как известно, редко входят в язык, поскольку функционально явно рассчитаны не на это, а на нечто иное. Потому применительно к ним общелингвистическое понимание и определение неологизма как «нового слова» или как слова, несущего новый стилистический оттенок, явно недостаточно. В художественно-функциональном плане неологизм есть не что иное, как «свернутый» троп – метафора, внешне выражаемая единственным словом. В порядке иллюстрации для «лабораторного» эксперимента обычно не затруднительна бывает операция обратной его «развертки». Например, «Корабли оякорили бухты» (И. Северянин) – «стали на якоря в бухтах»; «Грудь испешеходили » (В. Маяковский) – «как будто истоптали ногами пешеходы»; «О пушкиноты млеющего полдня!» (В. Хлебников) – «черты природы, напоминающие образный мир пушкинской пейзажной лирики» и т. д. и т. п. (Разумеется, сделанная «развертка» – не более как инструментальный исследовательский прием, и конкретный облик такого рода экспериментальных «разверток» всегда условен, а сами они, неизменно разрушая авторский стиль, лишний раз напоминают о внутренней необходимости для художников создания в соответствующих контекстуальных фрагментах неологизмов.)

Суть происходящего в образно-художественной сфере при сотворении поэтом неологизма, как правило, такова: выражаемое в обычной бытовой речи, то есть вне личного стиля автора, словосочетанием, группой каких-то слов преображается вдруг в одно-единственное слово. При этом слова, составлявшие словосочетание, функционально заменяются приставкой, корнем, суффиксом и окончанием. Опору для филологической интерпретации протекающих при этом семасиологических процессов можно найти уже в концепции А. А. Потебни, труды которого были столь популярны в литературно-художественных кругах именно в серебряном веке3. В книгах «Из лекций по теории словесности», «Из записок по теории словесности» и в иных своих трудах он не раз подчеркивает возможность «сжимания», «конденсации» более или менее объемного высказывания в одно слово, оговаривая и конкретные условия такой метаморфозы4. Дальнейшее свое развитие и современное научное обоснование потебнианские соображения получили в наши дни в работах А. Ф. Лосева (который, что немаловажно, как исследователь складываться начал еще в последние годы такого далекого серебряного века). В поздних своих филологических трудах А. Лосев писал, что «каждое отдельное слово уже нужно было бы считать конденсированным предложением. Теоретически это только и может быть так» 5.

Свертываясь в форму одной-единственной лексической единицы, так что «отдельные аффиксы слова соотносятся между собой точно так же, как соотносятся между собой и члены предложения» ## Там же, с.

  1. См.: В. Г. Бенедиктов, Стихотворения, т. I-III, СПб., 1883 – 1888.[]
  2. Напр.: В. Тренин,В мастерской стиха Маяковского, М., 1937; ГО. Виноку р, Маяковский – новатор языка, М., 1943. []
  3. См., напр.: А. Белый, Мысль и язык, М., 1910.[]
  4. См., напр.: Ю. Минералов, Теория словесности А. А. Потебни. – «Вопросы литературы», 1990, N 11 – 12.[]
  5. А. Ф. Лосев, Знак. Символ, Миф. Труды по языкознанию, [M.J, 1982, с. 109.[]

Цитировать

Минералов, Ю. Мир поэтического неологизма / Ю. Минералов // Вопросы литературы. - 1997 - №1. - C. 322-328
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке