№2, 1980/Жизнь. Искусство. Критика

Художественный опыт Ленинианы и наша современность

В основу статьи положен доклад, прочитанный на Всесоюзной конференции писателей и критиков «С Лениным, по ленинскому пути», которая проходила в Шушенском в сентябре 1979 года. Подробный отчет о конференции см. в следующем номере журнала.

Литературу нередко называют художественней летописью жизни народа. Конечно, это определение, как, наверное, и любое другое, не может исчерпать сути словесного творчества. Ведь есть же у литературы и задачи, не вполне совпадающие с «летописными»: отражение «вечных» чувств человека, поэтического мира природы и т. д.

В то же время бесспорно: магистраль литературного развития – творческое исследование социальных проблем и процессов общества.

Именно тут ощутимо выявляется связь литературы с историей страны, проступает влияние исторического события не только на природу рождающегося образа, но в определенной мере и на поиск тех или иных художественных решений.

Событие… Наверное, это не только то, что произошло и чего мы стали участниками (или чему – свидетелями). Может быть, это и то, что сплачивает людей (событие), то что порождает в них чувство высокой духовной общности.

Октябрьская революция и гражданская война, годы пятилеток, война Отечественная… Объединяясь преемственной связью, эти периоды советской истории, если рассматривать их как тематические пласты искусства, сохраняют и вполне очевидную самостоятельность. Но тем более примечательно, что через все этапы художественного сознания, отражающего самое главное в жизни народа, проходит тема, которую мы любовно называем Ленинианой.

Советская страна, весь народ находятся сейчас в преддверии знаменательной даты -110-летия со дня рождения основоположника Коммунистической партии, вождя первого в мире социалистического государства. Юбилейные торжества пройдут по стране, демонстрируя верность партии и народа идеям ленинизма, решимость и волю в новых исторических условиях развивать их дальше и реализовать на практике. Как подчеркивается в постановлении ЦК КПСС «О 110-й годовщине со дня рождения Владимира Ильича Ленина», «ход истории, глубочайшие преобразования, в корне изменившие облик современного мира, приносят все новые доказательства правоты и несокрушимой силы ленинских идей».

То, что писатели собрались именно на Красноярской земле, весьма знаменательно. Уже немало сделано, чтобы осмыслить и достойно отразить период сибирской ссылки, включая и один ее воистину «удивительный год» (если воспользоваться названием повести М. Прилежаевой), – период, когда Ленин с дерзостью первопроходца искал «точку опоры» (вспомним заголовок романа А. Коптелова).

Созданная писателем-сибиряком А. Коптеловым трилогия («Большой зачин», «Возгорится пламя» и «Точка опоры») – наиболее эпически обстоятельное повествование о жизни Ленина и его подвиге, начиная с образования петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса» и кончая первой революцией. Трилогия охватывает и период ссылки в глухом селе Шушенском, которое теперь известно всему миру.

Мы узнали из созданных нашими писателями книг, как в условиях ссылки Ленин продолжал сплачивать единомышленников, ведя обширную переписку, вырываясь, пусть и не часто, в Минусинск, Ивановку или Тесинское, принимая у себя, в Шушенском, Кржижановских, Лепешинских, Сильвиных, Ванеевых…

В Шушенском мужал гений Ленина – мыслителя и революционера. Здесь совершенствовалась и шлифовалась методология его научного мышления, вырабатывалось глубочайшее уважение к фактам, точным цифровым данным и статистическим выкладкам. Ленинский прогноз будущего России, немыслимого без коренной революционной ломки, в то же время был начисто лишен каких-либо проявлений волюнтаризма. Наука становилась революционной! Революционность – научной!

Проникая поэтическим взором в прошлое, С. Щипачев в поэме «Домик в Шушенском» писал о Ленине:

Сквозь вьюги девятнадцатого века,

двадцатый век, он разглядел тебя.

 

Разглядел и определил главный исторический маршрут столетия!

Но прежде отсюда, из Сибири, Ленин нанес решающий удар по экономизму и другим видам «социализма неполитического», разработал план создания марксистской партии, решающую роль в осуществлении которого должна была сыграть общерусская политическая газета.

Низко склонившись над столом, освещенным лампой с зеленым абажуром, Ленин работал изо дня в день с поразительным упорством и целеустремленностью, заканчивая книгу «Развитие капитализма в России», создавая рецензии, статьи, и никто тогда не мог предполагать, что не пройдет и двух десятилетий, как ленинские идеи озарят немеркнущим светом судьбу всего мира.

Великая Октябрьская социалистическая революция явилась поворотным этапом в развитии человечества. Октябрь решающим образом изменил политический климат всей планеты и повлиял на судьбу каждого ее жителя, вплоть до безграмотного индусского мальчика Сами, который вырастет человеком, а не рабом.

  1. РАЗВЕРНУВ СТРАНИЦ ВОЙСКА…

Поэма Н. Тихонова «Сами» – одно из лучших произведений литературной Ленинианы, многие из которых начали появляться уже в 20-е годы.

«Время – начинаю про Ленина рассказ…» Этими словами, звучащими торжественно, как присяга, Владимир Маяковский выразил глубочайшую внутреннюю необходимость обращения советских художников к бессмертному ленинскому образу.

Начинаю – потому что не могу не начать…

Россия еще продолжала поднимать фабрики и заводы, дворы которых зарастали травой, сеяла хлеб, печатала новые буквари… Страна преодолевала разрушительные последствия гражданской войны и вторжения интервентов.

Может быть, как никогда, возрастала в ту пору потребность в образе нового человека, которого – несмотря ни на какие трудности – должен был породить и уже порождал социализм.

Ленин как вождь и мыслитель притягивал к себе творческое внимание художников с силой воистину магнетической. Рядом с Маяковским у истоков Ленинианы возвышается фигура основоположника социалистического реализма Горького. По их пути идут Д. Бедный и С. Есенин, Н. Полетаев и Е. Чаренц, В. Инбер и А. Акопян, Т. Табидзе и Д. Юлтый… С первых шагов Лениниана формировалась как явление глубоко интернациональное.

Образ Ленина органически вписывается в структуру развернутых эпических повествований о судьбах родины и революции – «Жизни Клима Самгина» М. Горького, «Хождения по мукам» А. Толстого, «Тихого Дона» Шолохова. Пусть в одном случае это образ-упоминание, как у Шолохова (солдаты спорят в окопах, кто Ленин по происхождению, – очень им хочется, чтоб оказался он казаком!), пусть в другом случае – отдельные сцены с участием Ленина, как у Горького и А. Толстого.

Известно, однако, что в искусстве не имеет смысла характеризовать важность того или иного образа посредством чисто количественного подсчета сцен с его участием. Важно, какова идейно-эстетическая значительность сцен. У Горького это приезд Ленина в Петроград в 1917 году, после долголетней разлуки с родиной. Огромное людское море заполнило площадь у Финляндского вокзала…

У А. Толстого – съезд Советов, обсуждающий знаменитый план электрификации, который стал началом грандиозных преобразований страны, и его последующие этапы успешно осуществляют ныне герои десятой пятилетки, в том числе и добившиеся замечательных успехов красноярцы, сооружающие – вопреки любым коварствам и проискам климата и погоды – гигант мировой энергетики Саяно-Шушенскую ГЭС.

К ленинскому образу на разных ступенях своей творческой биографии обращались и другие крупнейшие советские художники: К. Федин (рассказ «Рисунок с Ленина»), А. Твардовский (баллада «Ленин и печник»), Л. Леонов (роман «Скутаревский»).

В середине 20-х годов задача создания ленинского образа привлекает и таких сложных поэтов, которым пришлось преодолевать немалые противоречия в своем развитии, как И. Сельвинский и Б. Пастернак («Улялаевщина» и «Высокая болезнь»).

Этот краткий предварительный экскурс напоминает нам, сколь широк круг художников разных индивидуальностей, обращавшихся к образу Ленина. Уже с самого начала Лениниана не являлась областью, очерченной границами только биографического материала, пусть и воссоздающего жизнь такой гигантской личности, Лениниана закономерно перерастает в еще более широкую историко-революционную тему, становясь ее идейно-эстетическим стержнем и обнаруживая далее теснейшую связь с литературой в целом.

Хотелось бы теперь окинуть мысленным взором наиболее значительное из созданного на ленинскую тему за последнюю четверть века. Как известно, именно в эту пору она развивается особенно активно.

В мобильном жанре рассказа успешно работали и работают П. Виноградская и Б. Полевой, А. Исбах и К. Паустовский, Л. Радищев и В. Тельпугов. Как бы «ощущая» масштабность темы, рассказ тяготеет к более широким изобразительным формам: рождаются новеллистические циклы С. Алексеева, С. Ф. Антонова.

Вспоминая работу в Лениниане таких мастеров очерково-публицистических форм, как Б. Агапов и Б. Галин, хотел бы особо подчеркнуть, что возможности художественной публицистики в осмыслении и пропаганде идей ленинизма чрезвычайно велики.

В жанре повести популярность получили произведения В. Катаева, Э. Казакевича, М. Прилежаевой, З. Воскресенской, Ю. Яковлева, Г. Фиша, З. Гусевой, И. Шамякина и других писателей.

Развернутые просторы романного воссоздания жизни в переломную эпоху открывают читателю С. Дангулов («Дипломаты»), Д. Еремин («Золотой пояс»), М. Соколов («Искры»), В. Канивец («Ульяновы»), В. Осипов («Апрель»). А вершинным достижением Ленинианы в области крупных эпических жанров стала, бесспорно, тетралогия крупнейшей советской -писательницы М. Шагинян. Недаром она удостоена Ленинской премии.

Я говорю и буду говорить преимущественно о прозе. Но памятны и работы драматургов, прежде всего, конечно, трилогия Н. Погодина, тоже, как известно, отмеченная высшей литературной наградой страны. К ленинской теме обращался и другой выдающийся советский драматург – А. Корнейчук. А сейчас на ниве драматургической Ленинианы плодотворно трудятся К. Яшен, А. Штейн, М. Шатров…

Есть свои значительные достижения и в поэзии – поэмы А. Вознесенского «Лонжюмо», Е. Евтушенко «Казанский университет», В. Казина «Великий почин», В. Коротича «Ленин, том 54», Р. Рзы «Ленин».

Перечислено далеко не все из того, что заслуживает упоминания, и к некоторым произведениям я еще обращусь. Полнота обзора попросту невозможна еще и потому, что, как уже говорилось, собственно Лениниана перерастает в историко-революционную тему, а тут надо назвать такие значительные книги, как, скажем, «Сибирь» Г. Маркова, «Комиссия» С. Залыгина, «А ты гори, звезда!» С. Сартакова.

С другой стороны, мою задачу несколько облегчает литературная критика. Целый ряд видных литературоведов уделяют ленинской теме немало внимания. При этом географические горизонты нашей Ленинианы в области критики теперь весьма широки.

Если раньше литературной Лениниане внимание по преимуществу уделяли столичные критики, то в 70-е годы книги об изображении Ленина в литературе вышли в Киеве, Хабаровске, Ереване, Фрунзе, Ижевске, Махачкале, Горьком.

Это означает, что критическая мысль, вооруженная указаниями партийного документа «О литературно-художественной критике» (1972 год), сосредоточилась на одном из важнейших направлений литературного развития. Но попутно возникает пожелание вот какого рода: не мешало бы иметь обстоятельный литературоведческий обзор этих работ, их сильных сторон и недостатков. Это поможет нашей науке в создании основного обобщающего труда о многонациональной Лениниане, потребность в котором назрела.

В свете такого исследования лучше были бы видны и современное состояние ленинской темы, и перспективы ее развития. А это существенно, ибо, несмотря на отмеченные успехи, критика, на мой взгляд, порою еще продолжает рассматривать Лениниану слишком локально, замыкаясь на вопросе о фактической достоверности изображаемого, о том, в какой мере новыми для литературы являются те или иные факты ленинской биографии. Что и говорить, задача важная, но при этом необходимо избегать узко понятого биографизма, помнить, что каждый художник подходит к ленинской теме как творчески активная индивидуальность, со своим видением и пониманием жизни, со своей личной причастностью к теме и ответственностью перед ней.

Думается, при оценке Ленинианы последних лет мы непременно должны учитывать общее состояние и генеральную нацеленность современного литературного процесса в целом. Помнить об опыте писателей, разрабатывающих внутренне родственные Лениниане темы, в первую очередь Отечественной войны или рабочего класса, об уровне реальных достижений в них. Но, может быть, особенно тесную связь обнаруживает историко-революционная тема и собственно Лениниана е проблематикой нравственных исканий в современной прозе. В самом деле, разве не дает в изобилии история нашей революции, Коммунистической партии замечательные образцы нравственной цельности, целеустремленности и, что, возможно, особенно важно сейчас, самовоспитания во имя интересов дела, которому человек посвятил всю жизнь! Не случайно в трудах ряда критиков (например, Ф. Кузнецова) тесно смыкаются, органически дополняя друг друга, разработка нравственной проблематики в книгах о современности и исследование историко-революционной прозы и Ленинианы.

Новые фундаментальные произведения о Ленине, которых мы ждем, смогут появиться только тогда, когда все мы осознаем, что обращение к ленинской теме требует от писателя масштабности охвата проблем, высшей творческой сосредоточенности, работы в полную меру таланта. Когда ориентиром для оценки художественной Ленинианы выступят высшие достижения литературы. Такова ответственность, налагаемая на художника самой темой.

И наконец, следует учитывать постоянно возрастающий характер эстетических потребностей народа. Лениниана не только живая и исключительно динамичная часть литературы, но и часть самой жизни, нас самих – настолько прочно вошла она своими лучшими книгами в духовный мир наших современников. Жить и трудиться по-ленински, сверяя с Лениным каждый шаг на своем пути в коммунизм, навсегда стало глубочайшей необходимостью для советских людей.

Что и говорить, перед литераторами встают задачи высокой степени сложности. Мы гордимся успехами нашей литературы в работе над ленинским образом. Но сделано далеко и далеко не все! Партия постоянно призывает советских людей к трезвой оценке достигнутого, непримиримости к браку в любой сфере, о чем свидетельствуют материалы ноябрьского (1979 года) Пленума ЦК КПСС. Увы, даже в Лениниане не обходится порой без явных упущений. Позвольте привести небольшой пример… Молодой Ленин брошен в камеру. Чтобы передать его состояние, автор не находит ничего лучшего, как материализовать известное изречение: «если б камни могли заговорить». Да-да, стены заговорили в самом прямом смысле слова. Одна – голосом брата Александра, другая – Желябова, третья – Софьи Перовской. А вот уже и сам герой обращается к ним: «Стека молчала. – Ну, откликнись же, милая, прошу… – умолял он».

При обсуждении проблем Ленинианы и ее несомненных достижений не место благостной самоуспокоенности, сопровождаемой журчанием взаимных комплиментов. На основе взыскательного и доброжелательного анализа накопленного опыта сегодня было бы целесообразно разобраться: какие проблемы писателям предстоит решать в первую очередь, какие принципы изображения ленинского характера наиболее перспективны с точки зрения требований современности, в чем особенности нравственного воздействия произведений о Ленине на читателя. В этой связи возникает и совершенно конкретный вопрос: как лучше использовать богатства Ленинианы в практике партийной работы, в системе партийного и комсомольского просвещения?

Но для того, чтобы разобраться во всем этом, в первую очередь имело бы смысл сосредоточить внимание на самом ленинском наследии, поговорить на тему «Ленин в нашей жизни».

  1. ВСЕ НА ПОЛИТИКУ ПОВОРАЧИВАЕТЕ

Сердцу каждого советского человека дорого и близко все, что связано с именем Ленина. Глубочайший гуманизм и интернационализм, простота и чуткость в подходе к людям, непримиримость к врагам революции, невиданная мощь интеллекта и способность прозрения будущего – обо всем этом и о многих других особенностях ленинского характера надо говорить и писать вновь и вновь.

Многогранность ленинского гения воистину поразительна. Но есть некая доминанта, которая объединяет все проявления духовной энергии Ленина в целостное единство. Это – политика.

Один из персонажей «Третьей, патетической» Н. Погодина удивляется тому искусству, с которым Ленин все свои заметки «на политику поворачивает». В той же пьесе вождь революции говорит о себе: «Я политик до мозга костей».

Таким и предстает он перед нами, когда, еще совсем юношей, штурмует «первую Бастилию» (Ю. Яковлев), и когда вынужден покидать родину, идя с риском для жизни «сквозь ледяную мглу» (З. Воскресенская), и когда вновь, уже после революции, преодолевает мучительно трудный «зимний перевал» нэпа (Е. Драбкина), и когда прозорливым советом определяет судьбу простого белорусского паренька Пилипа Жменькова (повесть И. Шамякина «Первый генерал»).

В книге «Черные сухари» Е. Драбкиной, лично знавшей Ильича, есть эпизод воистину замечательный. Ленин в Горках гулял с деревенскими ребятишками.

Цитировать

Баранов, В. Художественный опыт Ленинианы и наша современность / В. Баранов // Вопросы литературы. - 1980 - №2. - C. 3-31
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке