№3, 2021/Свободный жанр

Читая «Дон Кихота»

В одном из своих коробков с набросками на мелких листках я обнаружил забытую подборку заметок, сделанных почти полвека назад по ходу чтения «Дон Кихота», с указанием дат. Показалось интересно сейчас их выложить, лишь слегка редактируя, оставляя сокращения, скороговорки и тому подобное.

12.3.70. Я давно не перечитывал книгу, но из-за многих комментариев у меня успело сложиться логичное представление о том, почему такой рассудительный человек, как Санчо, идет за Дон Кихотом. Сам Сервантес объясняет так: «Это был человек добропорядочный <…> однако ж мозги у него были слишком набекрень. Дон Кихот такого ему наговорил, такого наобещал, что в конце концов бедный хлебопашец отправился с ним в качестве его оруженосца» (здесь и далее перевод Н. Любимова).

Но, перефразируя знаменитое высказывание Кафки, проклятие Дон Кихота вовсе не в его безумии, скорее, это Санчо Панса, который потакает его иллюзиям. Над этим стоит поразмышлять.

Перечитывая эту книгу сейчас, видишь в ней высшее выражение пародии. Томас Манн говорил о пародии как мифе (подражание, ступание в след). Здесь пародия породила новый миф.

Читать сцену сжигания книг было бы, наверно, интересней, если б уже знать эти книги, ощутить всю остроту злободневного намека, литературной колкости — на высшем уровне, как мы сегодня читаем иные колкости в современной прессе. Но для этого Сервантесу нужен свой Бахтин.

«А что это за книга?.. «Галатея» Мигеля де Сервантеса… Кое-
что в его книге придумано удачно, кое-что он замыслил, но ничего не довел до конца».

Похоже, книга была начата с иным намерением, чем продолжалась.

13.3.70. Несколько раз наталкиваешься на фразу «Я хочу им отомстить» (за какую-то воображаемую провинность по отношению к другому лицу). Начинаешь испытывать неприязненное чувство: а по какому это праву он берется распоряжаться чужими судьбами — без их спроса? Вправе ли он вообще мстить, отнимать жизнь у других людей просто потому, что он лично считает это необходимым?

Между тем это важнейшая черта нарицательных Дон Кихотов, которые бросаются устанавливать справедливость по своему усмотрению, устраивать чужие судьбы, даже всемирные, устраивать революции, насильно внушать свои представления о добре (так у Шолохова Нагульнов обосновывает коллективизацию). Можно говорить о самом принципе, о коварной опасности донкихотства.

Он симпатичен и забавен, когда воюет с ветряными мельницами (как символ вспоминают обычно это, потому что здесь Дон К. расплачивается сам). Но эпизод с баранами — уже совсем другое дело, потому что здесь он уничтожает десятки баранов, чье-то достояние. Сервантес держит его подчас на грани убийства — нескольких встречных он чуть не убил. Грань эту автор не переступает, потому что если бы не случайность — все дальнейшее потеряло бы всякую оправданность. (По Достоевскому: все благие намерения не оправдывают одной загубленной жизни.)

Все время ловишь себя на мысли: а что бы встречным не подыграть ему, не согласиться отправиться с ним в Тобосо к Дульсинее, а там пойти своей дорогой? И рыцарю было бы хорошо, и они обошлись бы без стычки. Зато какой бы фарсовый оборот принял весь сюжет! Едет человек, думает, что совершает подвиги, а на самом деле все с ним играют. Помнится, какой-то герцог-интеллектуал так и догадался сделать. Но я до этого места еще не дочитал.

14.3.70. Дон Кихот выглядит благородно, потому что в конечном счете он страдал. Но если вникнуть глубже — он заявлял, что идет защищать обездоленных, понимая это как свое право мстить первому встречному и «лишать его жизни», строго говоря, из-за своей прихоти. Устраивать счастье людей помимо их воли. (Вспомнилось: герой Е. Шварца Ланселот борется с драконом против желания жителей. Они к своему дракону привыкли, они боятся худшего. И Ланселот усмехается, упоминая, сколько раз его пытались убить люди, которых он хотел освободить.)

22.3.70. С какой позиции Сервантес критикует рыцарские романы? «Произведения, основанные на вымысле, надлежит писать так, чтобы, упрощая невероятности, сглаживая пре­увеличения и приковывая внимание, они изумляли, захватывали, восхищали и развлекали таким образом, чтобы изумление и восторг шли рука об руку». Но с этой точки зрения сам Дон К. не годится — здесь не сглажены преувеличения. Это, может быть, верно для вставных новелл, написанных будто другим человеком, не слишком даровитым современником Сервантеса. Пожалуй, в иных из них С. больше использовал свой жизненный опыт (история человека, побывавшего в плену у арабов, как это было с самим писателем, — там даже упоминается некий Сааведра). Но вот доказательство, что опыт еще не все. Реальный, видимо, сюжет кажется менее достоверным, чем явно придуманный «Дон Кихот».

Такое впечатление, что осознанно Сервантес был склонен именно к такому сочинительству, как эти новеллы.

Статья в PDF

Полный текст статьи в формате PDF доступен в составе номера №3, 2021

Литература

Манн Т. Путешествие по морю с Дон Кихотом / Перевод с нем. А. Кулишер // Манн Т. Собр. соч. в 10 тт. Т. 10 / Под ред. Н. Вильмонта и Б. Сучкова. М.: ГИХЛ, 1961. С. 174–228.

Цитировать

Харитонов, М.С. Читая «Дон Кихота» / М.С. Харитонов // Вопросы литературы. - 2021 - №3. - C. 252-262
Копировать

Нашли ошибку?

Сообщение об ошибке