Содержание
Select year
 
Все журналы
2017 года
Номер 1
№ 1
Номер 2
№ 2
Номер 3
№ 3
Номер 4
№ 4


Заголовок формируется программно
 


Евгений АБДУЛЛАЕВ

УЧЕБНИК ПОЭЗИИ: КОМУ И ДЛЯ ЧЕГО?

«Можно, конечно, задаться вопросом, а нужен ли вообще учебник поэзии, – но это уже тема для другой дискуссии…»

Так – прошу простить за самоцитату – заканчивалось мое краткое высказывание по поводу «Поэзии» на «Лиterraтуре»[1]. С этого вопроса мне бы хотелось начать сейчас.

Чтобы ответить – нужен ли, стоит разобраться: кому нужен и для чего нужен.

Нужен учебник – вероятно – тем, кто ничего о поэзии не знает либо знает очень мало. С краткой историей поэзии, с базовыми стиховедческими сведениями, с обильными поэтическими примерами. Что-то аналогичное известному учебнику Брукса и Уоррена «Понимая поэзию: антология для студентов колледжа», вышедшему в 1938-м и выдержавшему несколько переизданий (Brooks С., Warren R. P. Understanding Poetry: An Anthology for College Students. Revised edition. New York: Henry Holt and Company, 1950). Такого учебника на русском пока не было. И такой учебник, безусловно, был бы далеко не лишним.

Вариант второй: учебник поэзии для филологических факультетов вузов. Здесь требуется скорее учебник по поэтике. Теоретическая часть – побольше и поглубже; научные цитаты, список рекомендуемой литературы, кейс-стади по анализу отдельных стихотворений. Такого учебника, насколько мне известно, тоже пока нет. Нужен он или нет – сказать сложно; это ведомо преподавателям филфаков, к числу которых я не принадлежу.

Наконец, вариант третий. Учебник поэзии как самоучитель для тех, кто решил попробовать себя в стихотворстве. В Соединенных Штатах сегодня издаются десятки таких книг. «Поэтический практикум: письменные упражнения от преподающих поэтов» (The Practice of Poetry: Writing Exercises From Poets Who Teach, 1992), «В твоей ладони: карманный учебник поэта» (In the Palm of Your Hand: The Poet's Portable Workshop, 1995) «Поэтический гимназий: 94 действенных упражнения для написания вашего лучшего стихотворения» (The Poetry Gymnasium: 94 Proven Exercises to Shape Your Best Verse, 2011) «Мастеровитый поэт: карманный учебник» (The Crafty Poet: A Portable Workshop by Diane Lockward, 2013)… Если отвлечься от несколько коммерческого звучания заголовков, идея неплохая. Особенно учитывая нынешний разлив самодеятельной поэзии. (Поэтому пару лет назад я сам начал неспешно работать над таким самоучителем – не знаю, правда, что из этого выйдет…)

Итак, к какому типу учебника поэзии – из трех названных выше – принадлежит это издание?

К третьему типу – самоучителю – оно не относится; это специально оговорено в предисловии: «Учебник нацелен на то, чтобы научить читателя читать и понимать стихи, а не писать их» (с. 10).

А вот к какому из первых двух его можно отнести – сказать трудно.

Согласно аннотации, «учебник предназначен для старших классов школы (гуманитарных классов или гимназий и лицеев), им можно пользоваться не только на уроках литературы, но и на уроках русского языка. Учебник также ориентирован на студентов первых курсов гуманитарных факультетов филологических и нефилологических специальностей и на зарубежных студентов, изучающих славистику».

В ходе обсуждения на «Лиterraтуре» в этом усомнились многие (в том числе и пишущий эти строки). Усомнились в этом и на дружественной авторам «Поэзии» «Colt’e», где тональность откликов была гораздо более комплиментарной[2].

По популярности изложения и обилию поэтических примеров книга скорее является «введением в поэзию». Однако для общего введения в поэзию она слишком объемна и сложновата. Главы о пространстве и времени поэзии, поставленные в самое начало, – это все же больше для профессионалов. Или главы об авторской идентичности. К тому же для популярного учебника необходим хотя бы краткий очерк истории поэзии. Но его нет. Какие-то исторические моменты иногда проговариваются внутри глав. Чаще всего в виде противопоставления «старой» поэзии – поэзии «новой». Что при этом понимается под поэзией «старой» (этот эпитет стоит то в кавычках, то без)? Каковы ее исторические границы?

То, что касается истории поэзии, часто выглядит спорным. И не только утверждение о том, что связь формы и содержания была ведома «с самых древних времен» (это скорее случай неудачной формулировки). Встречаются именно фактологически спорные утверждения. Например, говоря о поэтах из крестьян – и упоминая Кольцова, авторы пишут: «Особая “крестьянская” идентичность была важна для русской поэзии на протяжении всего XIX века» (с. 162). Мучительно пытаешься вспомнить хотя бы одного мало-мальски известного крестьянского поэта XIX века... (Впрочем, возможно, это опечатка, и должно было стоять «ХХ века».)

«К началу ХХ века... появляются стихи, написанные со старообрядческих позиций (Александр Добролюбов, Николай Клюев)» (с. 181). У Клюева, действительно, были такие стихи. Но Добролюбов, бывший сектантом, но не старообрядцем, «со старообрядческих позиций», насколько помнится, не писал.

«В русскую поэзию взгляд на мир “женскими глазами”, сквозь свойственные именно женщине состояния и ощущения в самом начале XX века ввела Елена Гуро» (с. 156). Сразу возникает вопрос: почему только в начале ХХ-го? А как же Евдокия Растопчина? Каролина Павлова? Да и в том же начале ХХ века – Черубина де Габриак? Ахматова, наконец… Или они свойственные мужчинам состояния описывали?

Вообще, полагаться на то, что старшеклассникам история поэзии хорошо известна из школьного курса, несколько наивно. Школьники, конечно, бывают разные. (Дмитрий Быков недавно в «Аргументах и фактах» рассказывал о каких-то попавшихся ему филологических вундеркиндах…) И все же – введение в поэзию без исторического очерка выглядит неполным. Особенно учитывая, что взгляды авторов на пути развития русской поэзии отличаются от традиционно-академических.

Но, возможно, книга рассчитана все же не на школьников и полных неофитов (вариант 1), а на студентов-филологов (вариант 2)?

Однако в этом случае и язык должен был бы быть менее популярным, и поэтические примеры в таком количестве вряд ли были бы нужны. И формат требовался бы более академичный. В обсуждении на «Лиterraтуре» Владимир Козлов справедливо отметил «полное отсутствие каких-либо указаний на филологические источники, а также цитат из них». «Очевидно, что авторы работают с устоявшимися концепциями поэзии и отдельных ее аспектов, но при этом они не признаются, с чьими именно».

Если бы учебник был рассчитан на вузовский уровень, следовало бы и как-то обозначить и методологию, которой руководствовались авторы. Правда, в самом конце, в разделе «Как писать о поэзии?» проблема методологии все же поднята. Не в отношении самого учебника, а в целом, в виде обзора.

«…В современной науке считается, что только использование всех методов и исследовательских стратегий делает возможным компетентное прочтение текста» (с. 847).

Но возможно ли такое использование «всех методов и стратегий»? Хорошо, если они дополняют друг друга; но ведь часто примирить их сложно. Как, например, применять одновременно богословскую экзегезу и марксистский анализ? Структурализм – и психологическую герменевтику в духе Шлейермахера? Возникнет либо противоречие, либо нечто бесполезно-эклектическое. Но, главное, нужно ли для анализа поэтического текста такое «использование всех методов и исследовательских стратегий»? Не уверен.

Этот раздел, «Как писать о поэзии?», кстати, показателен. Для неофитов – слишком информационно-избыточен: на четырех неполных страницах – и про герменевтику, и про формальный метод, и про структурализм, и про социологический метод… Разве что про постструктуралистские стратегии ничего не сказано. Но для студентов-филологов – такой обзор должен быть явно больше и подробнее[3]. И опять же неясно, к какой методологии тяготеют сами авторы. Ко всем сразу? Но как раз большинство методов, перечисленных в разделе, в самом учебнике обнаружить сложно. Ни герменевтики, ни структурализма, ни социологического метода… Используются отдельные результаты применения квантитативного метода, отдельные социологические наблюдения… Может, такая непроявленность методологии и делает учебник менее жестким и «заданным». Но порой возникает ощущение, что вместо декларируемого методологического плюрализма авторы возвращают читателя к вполне традиционному «школьному» методу, с обилием классификаций (а иногда и к «мелочно-описательному»).

Вообще, учебник большой и качественно неоднородный. Есть части более удачные, сочетающие содержательность с ясностью изложения – например, «Структура поэтического текста», «Рифма», «Литературный процесс и литературная жизнь». Есть менее удачные и явно излишние, вроде «Поэтической идентичности», со слегка утомительным перечислением бесконечных авторских «идентичностей». (Непонятно, например, почему этническая идентичность рассматривается только в отношении поэтов, живущих в диаспорах, и поэтов малых народов.)

Есть части, интересно задуманные – но оставляющие по прочтении скорее чувство разочарования. Например, «Поэзия внутри мультимедийного целого». Отношение поэзии с другими видами искусств рассматривается авторами как-то слишком механически: как простое использование в поэзии их образов или приемов. Вряд ли стоило и валить в одну кучу музыку, перформанс, живопись, архитектуру, кино, поэтическую книгу как искусство… Причем без всякой внутренней типологизации этих довольно разных вещей. Разумней, думаю, было бы говорить об отношении поэзии к изобразительным искусствам в контексте разговора о визуальной стороне поэзии, а об отношении к музыке – в связи со «звучащей поэзией».

Подвожу итог. В «Поэзии» оказались слиты в одно два разных типа учебника. «Введение в поэзию» для неофитов и «поэтика поэзии» для студентов-филологов. Понятно, что ни того, ни другого учебника на русском до сих пор не было. Как не было и учебника, где современной литературе было бы отведено столько места. Так что первопроходческий азарт авторов, решивших писать и об этом, и об этом, и для тех, и для этих, вполне понятен. Объять необъятное не удалось: вопросов при чтении возникает больше, чем хотелось бы. Но теперь, по крайней мере, будет от чего отталкиваться.



[1] «Поэзия»: учебник или манифест? // Лиterraтура.org. № 72. 2016. 3 марта. URL: http://literratura.org/publicism/1631-poeziya-uchebnik-ili-manifest.html

[2] Поэты, филологи и критики о поэтическом учебнике // Colta.ru. 2016. 16 марта. URL: http://www.colta.ru/articles/literature/10410

[3] На то, что изложение методов исследования в этом разделе дано слишком кратко, указывали в своих – в целом хвалебных – отзывах Ольга Балла-Гартман (см.: «Поэзия»: учебник или манифест) и Лев Оборин (см.: Поэты, филологи и критики о поэтическом учебнике).