Содержание
Select year
 
Все журналы
2017 года
Номер 1
№ 1
Номер 2
№ 2
Номер 3
№ 3


Заголовок формируется программно
 

    Раздел: Литературное сегодня
    Рубрика: Лица современной литературы
    Страницы: 34-43
    Автор: Марина Викторовна КУЛЬГАВЧУК, кандидат филологических наук, доцент Института русского языка и культуры МГУ им. М. В. Ломоносова. Сфера научных интересов – современный литературный процесс, проблемы восприятия русской литературы в инокультурной среде. Автор литературоведческих и культурологических статей, соавтор ряда пособий для иностранцев, изучающих русский язык. Email: kulgavchukmv@mail.ru
    Author: Marina Viktorovna KULGAVCHUK, Candidate of Philology, Assistant Professor at the Institute of Russian Language and Culture at Lomonosov Moscow State University. Academic interests include contemporary literary process and the perception of Russian literature in a foreign cultural environment. She has written articles on literary and culture studies and co-authored several textbooks for foreign students of Russian. Email: kulgavchukmv@mail.ru
    Название: Повторение пройденного. Елена Катишонок
    Title: Revisiting the Past. Elena Katishonok
    Аннотация: В статье рассматриваются романы Елены Катишонок, выходившие с 2010 по 2014 год, анализируются характеры героев в их соотнесенности с эпохой. Прослеживаются специфические особенности характерологии героев, построения сюжета, образ времени, тема дома, актуальная для русской литературы.
    Abstract: If passing away is self-evidently a theme in Elena Katishonok’s novel When a Person Passes Away [Kogda ukhodit chelovek], it also determines the plots of her other novels published in the period 2010-2014: Counterclockwise [Protiv chasovoy strelki] and A Light in the Window [Svet v okne]. Also important is the image of the house, its history mirroring that of a small country – Latvia – during challenging times. The fates of those who moved to the house in the 1920s may have differed but few escaped the wheels of history altogether. Some characters appear again in Counterclockwise, where the main character, Irina, now an elderly lady, effectively turns back the clock as she seeks to find meaning in the life she has lived. Her conclusion is that there is no death but only love that unites people and the return as memories of those who have passed away. Her latest novel, A Light in the Window, may also be considered an attempt at one such ‘return’. It too sets out her view of ‘man and time’ as the occasionally intersecting life stories of her characters reach their logical conclusion.
    Ключевые слова / Keywords: Е. Катишонок, образ дома, сквозные персонажи, цикличность в романе, нравственная норма, E. Katishonok, image of the house, recurring characters, cyclical novels, ethical norm.
    Фрагмент
    Елена Катишонок как будто нарочно делает все, чтобы не удовлетворить не только читателей, но и критиков. Пишет об одном и том же – трудное детство, война, непростая история «советской Латвии»... Из книги в книгу – семья Ивановых: фамилия какая-то... демонстративная. Герои – все больше старики и старухи. Даже если вначале и молоды, то все равно потом беззубыми стариками становятся. Еще – очень неудобные вопросы затрагивает: еврейский, например, – это в наше время, когда к фашизму и его проявлениям даже западные демократы как-то снисходительнее стали относиться. Так что порой подумаешь – может, его и не было, мальчика этого?
    Да и композиция романов весьма напоминает снежный ком: из «Жили-были старик со старухой» (2009) выросли целых три романа, весьма затейливо друг друга продолжающие – как клубок, из которого автор вытягивает разные нити... Впрочем, возможно, точнее окажется другой образ: большая прихожая – это первый роман «Жили-были старик со старухой». А из этой прихожей видны несколько дверей, одна из которых ведет нас в комнату к дочери «стариков» Ирине и ее миру («Против часовой стрелки», 2010), другая, недавно открывшаяся – «Свет в окне» (2014), – к тем, кто еще остался в уже упомянутой семье Ивановых, а еще одна дверь, роман «Когда уходит человек» (2011), к целому дому, населенному людьми и временем: у Катишонок и это возможно. Так случилось, что прихожую мы уже «прошли» (см. статью «Узнаваемость правды» – «Вопросы литературы», 2012, № 3), но «правда» была далеко не вся...
    Несколько нарушая хронологическую последовательность появления произведений, хотелось бы начать с романа, изданного в 2011 году, оставив пока в стороне книгу 2010 года. Тема ухода (исхода) человеческого для Катишонок не просто личная – это тема, определяющая и отношение к жизни, и развитие сюжета. Что остается, когда уходит человек?
    Стихи самой Елены Катишонок, «вплетенные» в текст романа, при всей иллюстративности использованного приема придают особое настроение книге, которую можно назвать романом о людях во времени. Герои: хозяин дома – Мартин Баумейстер, старый антиквар Стейнхернгляссер, нотариус Зильбер, врач Бергман, «артистка» – прекрасная Леонелла, дворник Ян и его жена Лайма, несмотря на психологическую простроенность образов и точность деталей – прежде всего странники во времени, временные жильцы дома, существование которого по сравнению с жизнью человеческой вечно. Дом, собственно, и является главным героем повествования – тем, кто остается после человеческого ухода.
    Построенный в конце 1920-х, дом видел советские танки на улицах и новую власть, пытавшуюся обуздать «непуганых людей», фашистскую оккупацию и ужасы гетто, послевоенные годы, борьбу с «лесными братьями» и с космополитизмом и начало перемен в 1990-х.
    Уехавший, казалось бы, навсегда молодой хозяин Мартин возвращается в 1991-м глубоким стариком, и в этом кольцевом обрамлении заключен глубокий смысл: Мартин приезжает не за недвижимостью, как может показаться вначале, а затем, чтобы, навещая вместе с сыном родные места, попытаться вернуть счастливое время своей молодости, когда в городе еще сохранялись булыжные мостовые и можно было услышать стук лошадиных копыт. И, кстати, именно он мысленно произносит суровый приговор увиденной им независимой Латвии:
    Возрождение национальной независимости пока что, на его скептический швейцарский взгляд, напоминало бессмысленное кипение, как похлебка из камней, которую мать поставила на огонь, уверяя голодных детей, что варится мясо Когда эти голодные дети перестанут – или устанут – петь хором, они поймут, что камни никогда не превратятся в мясо.