Содержание
Select year
 
Все журналы
2017 года
Номер 1
№ 1
Номер 2
№ 2
Номер 3
№ 3


Заголовок формируется программно
 

    Раздел: Литературная карта
    Страницы: 104-115
    Автор: Дмитрий Николаевич ЗАМЯТИН, эссеист, поэт, кандидат географических наук, доктор культурологии, главный научный сотрудник НИУ ВШЭ. Сфера научных интересов – культурная и гуманитарная география, социальная и культурная антропология, филология, политология, урбанистика, современное искусство. Автор многочисленных работ по указанной проблематике, в том числе книг «Метагеография: Пространство образов и образы пространства» (2004), «Постгеография: Капитал(изм) географических образов» (2014). Email: metageogr@mail.ru.
    Author: Dmitry Nikolaevich ZAMYATIN, essayist, poet, candidate of geography, doctor of cultural studies, senior researcher at the Higher School of Economics. Academic interests include cultural and humanitarian geography, social and cultural anthropology, philology, political studies, urbanistics, contemporary art. He is the author of many works on the above topics, including Metageography: The Space of Images and the Images of the Space [Metageografiya: prostranstvo obrazov i obrazy prostranstva] (2004), Postgeography: Capital(ism) of Geographical Images [Postgeografiya: kapital(izm) geograficheskikh obrazov] (2014). Email: metageogr@mail.ru.
    Название: Гений и место: Иннокентий Анненский в поисках сокровенных пространств
    Title: Genius and Place: Innokenty Annensky in Search of Inner Spaces
    Аннотация: В статье анализируется отношение творческой личности (гения) к месту, имеющему значение в его творческой биографии. Рассматривается проблематика символической топографии и географических образов места на примере поэтического творчества Иннокентия Анненского. Вводится понятие метагеографии для интерпретации взаимодействия гения и места.
    Abstract: This analysis of the relationship between the artist (genius) and places of importance in his literary career begins from the premise that a specific place may serve to trigger a creative concept and subsequently the creation of a work of art. It examines the issues of symbolic topography and geographical images of place as exemplified in Innokenty Annensky’s poetry on the basis of two poems written in Vologda but linked to the locus of Tsarskoe Selo and introduces the concept of metageography to interpret the interplay of genius and place. Inner spaces may evolve as the intersection and interplay of completely different places in a genius’s mind, giving rise to a specific literary work. In this way, Annensky’s poetry transformed the visual and aural features of the Vologda landscape into the classical geocultural images of Tsarskoe Selo. The connection between various places in writing poetry is mediated and latent and demands multiple interpretations. The simultaneity at work in the creative process is a significant element in an artist’s metageography.
    Ключевые слова / Keywords: гений, место, Вологда, культурный ландшафт, географический образ, символическая топография, метагеография, пространство, совместность, genius, places, Vologda, cultural landscape, geographical image, symbolic topography, metageography, space, simultaneity.
    Фрагмент
    Гений места – художник или творец, чья жизнь, работа и/или произведения связаны с определенным местом (домом, усадьбой, поселением, деревней, городом, ландшафтом, местностью) и могут служить существенной частью образа места или географического образа. Слово «творец» в данном случае может пониматься расширительно – так мы назовем правителей, политиков, ученых, философов и любых других деятелей различных сфер жизни общества, оказавших существенное влияние на формирование образа места.
    В конце XX – начале XXI века понятие «гений места» стало частью массовой культуры, одним из инструментов развития индустрии туризма и маркетинга мест; используется в охране и развитии культурного наследия [Левинтов], [Вайль], [Котлер и др.]. В рамках гуманитарной географии это понятие семантически коррелирует с понятиями культурного ландшафта, культурного ландшафта как объекта наследия, локального (пространственного) мифа, топофилии, символической топографии, географического образа. Понятие «гений места» особенно продуктивно в исследованиях по географии литературы, эстетической географии и географии искусства [Марбург...], [Веденин], [Замятина], образному градоведению [Топоров], [Петровский], [Акройд], [Памук], [Замятин], ландшафтной архитектуре и садовому искусству, метакраеведению [Рахматуллин].
    Тема гения места исследована давно и основательно. Она сделалась весьма расхожей и проникла уже в толщу массовой культуры в виде публицистических книг и статей, циклов телепередач, туристических видеофильмов. Нетрудно заметить, что массовая культура отдает в этом случае (впрочем, как и в большинстве других случаев) предпочтение визуальным образам – образам ностальгии или величия, расставания и обретения, печали или радости в местах, которым обязаны или которые обязаны людям-творцам. Но иногда это могут быть и архитектурные сооружения, скульптуры и монументы, городской или сельский пейзаж, которые хранят память о примечательных или выдающихся событиях и потому становятся гением-местом. Особый случай – когда выдуманные писателем, художником, режиссером фантастическое место или воображаемая страна как бы оживают и начинают жить самостоятельной жизнью, порождая сотни интерпретаций и удивительные события в мире реальном. Однако не менее интересно задуматься о взаимодействии, взаимосвязях, отношениях самого гения и места, где он родился, или вырос, или долго жил, или куда время от времени наезжал и творил. Тут ценна любая биографическая фактура, но стоит все же вывести на первый план собственно произведения творца, в которых отразился, вообразился, преобразился мир дорогого ему места.
    Собственно, любимое место в воображении творца есть хранилище наиболее важных, самых глубоких образов – чаще детства, юности или первой любви, – и, создавая свое произведение, художник просто-напросто изобретает наиболее экономную и вместительную форму для своих пока бесформенных воспоминаний, ассоциаций и знаков. Оно, это хранилище, не является беспорядочной «свалкой» произвольных, субъективных образов и символов, образовавших осадок, отложившихся слоями горных пород благодаря рамочному образу дорогого художнику места. Лучше сказать, что само место возникает всегда как образный путеводитель, в котором действительная, «объективная» топография чаще всего не соблюдается; тем не менее образная или символическая топография живет действительными памятными локусами, перемещаемыми и размещаемыми воображением творца согласно строгим законам метагеографического воображения.
    Отсюда мы можем сделать довольно важный первоначальный вывод – скорее даже, высказать гипотезу – о первичности метагеографических доводов и соображений при формировании образов места. Образы места всегда или в большинстве случаев суть метагеографические узлы, создаваемые и развиваемые весьма логичной и естественной фантазией того или иного автора – будь то всемирно известный художник или безымянный автор фольклорного произведения (сказки, анекдота, небылички и т. д.). При этом метагеографические основания конкретного места не являются неким небесным предначертанием, они могут проявляться весьма земными способами как картины профессиональных художников на стенах городских домов и заборов, как аляповатые фантазии наивных творцов-примитивистов на воротах сельской усадьбы или как обычные городские граффити.
    Место существует как растяжимое, растягивающееся, постоянно преобразующееся и трансформирующееся пространство образов, воспринимаемых и формируемых гением; эти образы есть медиативное/медитативное пространство-граница, пограничье между собственно гением и его (возможно, единственным) местом. Но само место – предел, которого достигают или не достигают образы гения – художника, писателя, режиссера, скульптора, архитектора. Место недостижимо, если оно остается вне образной сферы; тогда оно распадается просто на селитебную и промышленную зоны, отдельные улицы, переулки и площади, памятники архитектуры и точки обзора.
    Гений всегда остается вне места – даже его детство, любовно им описанное и воображенное, находится уже не здесь. Речь идет не о физическом пребывании или постоянном возвращении в любимые места. Проще говорить об образах, которые подпитываются знакомой до боли топографией, однако творцы свободны в ассоциативном поиске других ландшафтов, надежно фиксирующих и хранящих, как ячейка в банковском депозитарии, исходные знаки, мифы и символы.
    Вот здесь остановимся. Гений и место являют собой разрывное, прерывистое и фрагментарное, заранее неполное единство отношений между базовыми, основополагающими мифами, образами и архетипами «примордиального» сознания и подсознательного (а может быть, бессознательного) – и локальными, сиюминутными метафорами и метонимиями повседневного, шумного и обычного бытия и быта. Возможно, это как раз то, что Грегори Бейтсон назвал двойной связью (double bind), – перенесенное по аналогии в сферу жестокой и жесткой пространственной ностальгии.
    Гений и место формируют единое пространство амбивалентных, противоречивых, полуразрывных образов, чьи контексты есть метаобразы клочковатых, уже разорванных и «растасканных» пространств и ландшафтов. Можно сказать, что всякое художественное произведение, претендующее на воссоздание, очередное творение места, существует и живет как склейка, как «склеенный ландшафт»; эта ментальная склейка продолжается все время, пока произведение читается, смотрится, воспринимается, осмысляется, обозревается, анализируется и, наконец, воображается. Исходя из подобной, весьма вольной, трактовки, рискнем предположить: место не существует, пока гений – будь он даже вполне безымянным – не расположил, не разместил его образы в строгом метагеографическом порядке.
    Меняется ли сам гений, приобретая экзистенциальный опыт места, и если да, то как? Этот вопрос немаловажен, поскольку динамика творчества, серии произведений – что, например, верно для серии картин Сезанна, посвященных горе Сент-Виктуар, – создает, с одной стороны, впечатление неизменности ключевых для творца образов-архетипов, а с другой – мы наблюдаем своего рода «плывущую», дрейфующую пространственность, фиксирующую экзистенциальное «ускользание» какого-то более важного, более глубокого образа. С нашей точки зрения, гений, в свою очередь, является «произведением» места, но всякий раз произведением неоднозначным, дистанцированным, прерывным или разрывным. Гений обязан месту как источнику разрыва со своими предыдущими образами, рожденными в других местах; само воображаемое место гения складывается как разорванная последовательность образно-географических спонтанных импрессий, чья каузальность может быть только со-пространственной.
    Литература
    Акройд П. Лондон: Биография / Перевод с англ. А. Бабкова. М.: Изд. Ольги Морозовой, 2005.
    Анненский И. Ф. Книги отражений. М.: Наука, 1979. (Литературные памятники).
    Вайль П. Гений места / Послесл. Л. Лосева. М.: Независимая газета, 1999.
    Веденин Ю. А. Литературные ландшафты как объект наследия // География искусства. Вып. 4. М.: Институт наследия, 2005. С. 10-26.
    Замятин Д. Н. Локальные истории и методика моделирования гуманитарно-географического образа города // Гуманитарная география. Научный и культурно-просветительский альманах. Вып. 2. М.: Институт наследия, 2005. C. 276-323.
    Замятина Н. Ю. Образ города и искусство // География искусства. Вып. 4. С. 26-43.
    Котлер Ф., Асплунд К., Рейн И., Хайдер Д. Маркетинг мест. Привлечение инвестиций, предприятий, жителей и туристов в города, коммуны, регионы и страны Европы. СПб.: Стокгольмская школа экономики в Санкт-Петербурге, 2005.
    Левинтов А. Е. «Гений места» как градо- и регионообразующий фактор (неоклассический очерк) // Полюса и центры роста в региональном развитии. Сб. ст. / Под ред. Ю. Г. Липеца. М.: ИГ РАН, 1998. С. 185-190.
    Марбург Бориса Пастернака / Сост. и вступ. ст. Е. Л. Кудрявцевой. М.: Русский путь, 2001.
    Памук О. Стамбул: город воспоминаний / Перевод с турец. М. Шарова, Т. Меликова. М.: Изд. Ольги Морозовой, 2006.
    Петровский М. Мастер и город: Киевские контексты Михаила Булгакова. Киев: Дух и лiтера, 2001.
    Рахматуллин Р. Небо над Москвой. Второй Иерусалим Михаила Булгакова // Ex libris НГ. Книжное обозрение к «Независимой газете». 2001. 24 мая.
    Топоров В. Н. Аптекарский остров как городское урочище (общий взгляд) // Ноосфера и художественное творчество. М.: Наука, 1991. С. 200-280.
    Bibliography
    Ackroyd P. London: Biografiya [London: A Biography] / Trans. A. Babkov. Moscow: Izd. Olgi Morozovoy, 2005.
    Annensky I. F. Knigi otrazheniy [The Books of Reflections]. Moscow: Nauka, 1979. (Literaturnie pamyatniki).
    Kotler F., Asplund K., Reyn I., Khayder D. Marketing mest. Privlechenie investitsiy, predpriyatiy, zhiteley i turistov v goroda, kommuny i strany Yevropy [The Marketing of Locations. Attracting investments, employers, permanent dwellers and tourists to the cities, communes and countries of Europe]. St. Petersburg: Stokgolmskaya shkola ekonomiki v Sankt-Peterburge, 2005.
    Levintov А. E. Geniy mesta kak grado- i regionoobrazuyushchiy faktor (neoklassicheskiy ocherk) [Genius Loci as a City- and Region-forming Factor (a neoclassical essay)] // Polyusa i tsentry rosta v regionalnom razvitii [Poles and Centres of Growth in Regional Development]. Collected papers / Ed. Yu. G. Lipets. Moscow: IG RAN, 1998. P. 185-190.
    Marburg Borisa Pasternaka [Boris Pasternak’s Marburg] / Ed. and foreword by E. L. Kudryavtseva. Moscow: Russkiy put’, 2001.
    Pamuk, O. Stambul: gorod vospominaniy [Istanbul: a City of Memories] / Trans. M. Sharov, T. Melikov. Moscow: Izd. Olgi Morozovoy, 2006.
    Petrovsky M. Master i gorod: Kievskie konteksty Mikhaila Bulgakova [The Master and the City: Kievan Contexts of Mikhail Bulgakov]. Kiev: Dukh i litera, 2001.
    Rakhmatullin R. Nebo nad Moskvoy. Vtoroy Ierusalim Mikhaila Bulgakova [The Sky above Moscow. The Second Jerusalem of Mikhail Bulgakov] // Ex libris NG. Nezavisimaya Gazeta literary supplement. 24 May, 2001.
    Toporov V. N. Aptekarskiy ostrov kak gorodskoe urochishche (obshchiy vzglyad) [Aptekarsky Island as the City’s Natural Boundary (general overview)] // Noosfera i khudozhestvennoe tvorchestvo [Noosphere and Art]. Moscow: Nauka, 1991. P. 200-280.
    Vayl’ P. Geniy mesta [Genius Loci] / Afterword by L. Losev. Moscow: Nezavisimaya Gazeta, 1999.
    Vedenin Yu. A. Literaturnie landshafty kak obyekt naslediya [Literary Landscapes as Part of Cultural Heritage] // Geografiya iskusstva. Issue 4. Moscow: Institut naslediya, 2005. P. 10-26.
    Zamyatin D. N. Lokalnie istorii i metodika modelirovaniya gumanitarno-geograficheskogo obraza goroda [Local Histories and the Method for Modelling of a Humanitarian and Geographical Image of the City] // Gumanitarnaya geografiya. Nauchniy i kulturno-prosvetitelskiy almanakh. Issue 2. Moscow: Institut naslediya, 2005. P. 276-323.
    Zamyatina N. Yu. Obraz goroda i iskusstvo [The Image of the City and Art] // Geografiya iskusstva. Issue. 4. P. 26-43.