Содержание
Select year
 
Все журналы
2017 года
Номер 1
№ 1
Номер 2
№ 2
Номер 3
№ 3
Номер 4
№ 4


Заголовок формируется программно
 

    Раздел: Литературная карта
    Страницы: 64-103
    Автор: Казбек Камилович СУЛТАНОВ, доктор филологических наук, профессор МГУ им. М. В. Ломоносова, заведующий отделом литератур народов РФ и СНГ ИМЛИ им. А. М. Горького РАН. Сфера научных интересов – национальная литература в парадигме культурного пограничья, аксиология текста, рецепция инонационального мира как литературоведческая проблема, «кавказский текст» русской литературы. Автор книг «Динамика жанра. Особенное и общее в опыте современного романа» (1989), «От Дома к Миру. Этнонациональная идентичность в литературе и межкультурный диалог» (2007), а также множества статей по указанной проблематике. Email: sulkaz@inbox.ru.
    Author: Kazbek Kamilovich SULTANOV, doctor of philology, professor of Lomonosov Moscow State University, head of the department of the national literatures of Russia and the CIS at the Russian Academy of Sciences’ Gorky Institute of World Literature. His academic interests include national literatures in the paradigm of the trans-border culture, axiology of the text, reception of a foreign world as a philological problem, the ‘Caucasian text’ of Russian literature. He wrote The Genre Dynamics. The Specific and Generic Experiences of the Contemporary Novel [Dinamika zhanra. Osobennoe i obshcheye v opyte sovremenngo romana] (1989), From Home to the World. Ethnic and National Identity in Literature and Dialogue of Cultures [Ot doma k miru. Etnonatsionalnaya identichnost’ v literature i mezhkulturniy dialog] (2007), as well as a number of articles on the above subjects. Email: sulkaz@inbox.ru.
    Название: От «единства многообразия» к «единству-в-различии»? Из опыта изучения литератур народов России
    Title: From ‘Unity-in-Diversity’ to ‘Unity-in-Difference’? From Experience of Studying the Literatures of Russia’s Peoples
    Аннотация: Современное изучение литератур народов России требует методологического и дискурсивного обновления. Концептуально значимым мог бы стать принцип комплементарности их понятной «неслиянности» (этнокультурная специфика) и не менее важной «нераздельности» (цивилизационно-коммуникативный подход).
    Abstract: The article contemplates the possibility of creating a new research paradigm for studying the literatures of Russia’s peoples. The statistical model of interpretation developed in the post-Soviet period has been distinguished by a superfluity of mindset-defining connotations, the disconnectedness of ethnocultural and communicative discourses and the devaluation of the concept of ‘artistic merit’. The author proceeds from the premise that identity assumes the presence and ambiguity of the Other, which develops where cultures border upon one another, and stresses its implicit link to the key issue of a work’s artistic effectiveness. Particular attention is given to the experience of regional literary studies today.
    It is not enough to note the multitude of national literatures while omitting the whole, whether this is a regional commonality or the space of Russian civilization, although the ‘civilization paradigm’ is frequently handled with caution as a euphemism for a ‘big brother’ ideology.
    Changing the paradigm from a self-sufficient ethnocultural discourse to a balance of diachrony and synchrony will help ‘alleviate’ the sense of a methodology crisis familiar to many researchers.
    Ключевые слова / Keywords: Г. Федотов, Г. Тиханов, Г. Гачев, комплементарность, национальный нарратив, транскультурация, коммуникативность, цивилизационная парадигма, эстетический релятивизм, художественная ценность, G. Fedotov, G. Tihanov, G. Gachev, complementarity, national narrative, transculturation, communicativeness, civilization paradigm, aesthetic relativism, artistic merit.
    Фрагмент
    Замысел и структуру конференции «Русская литература XX-XXI веков как единый процесс (проблемы теории и методологии изучения)», проведенной в МГУ им. М. В. Ломоносова в декабре 2014 года, отличала примечательная особенность: впервые в границы русской литературы как единого процесса, всецело обусловленного ее самоопределением, вовлекалась как органическая часть проблематика литератур народов России, которой была к тому же посвящена отдельная секция.
    Каковы внутрилитературные предпосылки такого подхода к «единому процессу», такой артикуляции «единства несходного»?
    Известный историко-литературный факт – публикация рассказа С. Казы-Гирея в первом номере пушкинского «Современника» в одном ряду с «Путешествием в Арзрум...» и гоголевской повестью «Коляска». Неоднократно отмечались два обстоятельства: текст корреспондировал с историософскими размышлениями самого Пушкина (черкесская тема в «Путешествии...», «самовар» и «проповедание Евангелия» как спасительные нововведения), а кроме того, появление рассказа «Долина Ажитугай» в программном первом номере призвано было обновить и изменить контекст и параметры литературной борьбы. Однако третьему, не менее важному обстоятельству, – году выхода номера – почти не уделялось внимания. 1836-й – это время подъема движения имама Шамиля, верховного главы теократического государства, когда огонь войны разгорался, поднимался Западный Кавказ, и несовместимость двух миров казалась фатально непреодолимой.
    «Вот явление, – пишет Пушкин в своем лаконичном послесловии, – неожиданное...» Любой, казалось бы, этнографически маркированный текст несет в себе эффект непредсказуемости для русского читателя, но ход мысли поэта другой: «...неожиданное в нашей литературе». Первое произведение, неизвестный автор, к тому же «сын полудикого Кавказа» и – «становится в ряды наших писателей»? Более того, его верность «привычкам и преданиям наследственным» нисколько не препятствовала знанию русского языка, на котором он «изъяснялся» настолько «свободно, сильно и живописно», что «мы ни одного слова не хотели переменить...» [Современник: 169].
    Смысловая нагрузка притяжательного местоимения «наши», как и пушкинского наречия «ныне» («...и ныне дикой тунгуз» из созданного в том же 1836 году стихотворения «Я памятник себе воздвиг нерукотворный...»), настолько значительна, что наводит на мысль о стратегической интуиции поэта. Он поднимал планку на высоту, исключающую скидки и покровительственное похлопывание по плечу. Представление этнически нерусского автора переведено в регистр уважительного и мудрого в своем поэтическом преувеличении отношения.
    В произнесенной 8 июня 1880 года на заседании Общества любителей российской словесности речи Достоевский назвал Пушкина «угадчиком» – слово не менее весомое, чем семантически с ним соотнесенные «всемирная отзывчивость», «пророчество», «указание». Вовлекая такого автора в состав «нашей литературы», поэт угадывал возможную общую историческую дорогу и грядущую нераздельность, иную перспективу в противовес разгоравшейся на Кавказе войне, задавал камертон отзывчивости, столь важный для последующего становления русского культурного сознания. Он был услышан позднее Л. Толстым – тоже угадчиком исторической перспективы, ориентированной на «идеал человеческого без насилия» и воплощенной в «Казаках» и «Хаджи-Мурате». Пушкин провидчески обозначил, или, как сказали бы сегодня, запрограммировал, цивилизационный вектор движения навстречу, выбирая тональность неотстраненности, открытости, готовности понять и принять другое.
    Не будь этого угадывания – мог бы Г. Тукай, классик татарской литературы, в марте 1911 года говорить о своей заветной мечте, связывая ее с пушкинским словом: «...на татарском, в татарском духе, с татарскими героями, хочу создать своего “Евгения Онегина”» (цит. по: [Хисамов: 25])?
    Не будь этого угадывания – мог бы духовный лидер якутского народа, поэт-мыслитель А. Кулаковский увлеченно создавать словник «Русские слова, перенятые и усвоенные якутами (кроме собственных имен и названий)», а до этого в Послании якутской интеллигенции перебирать геополитические версии («Передаться Америке, Японии, Китаю? Нет... те нас быстро задавят...»), находя «единственным рациональным средством» [Кулаковский] сближение с Россией?
    Не будь этого угадывания – мог бы Р. Гамзатов признаться в том, что «русскую литературу мы воспринимали как собственную», Пушкина – как аварского поэта и вообще «Кавказ пленила пушкинская Русь»? Никому, даже бдительному идеологическому отделу Обкома КПСС, не пришло в голову указать и поправить: все прекрасно понимали, что такого рода признание делается не ради красного словца. Оно свидетельствовало о чем-то более значительном – о принятии определенного исторического опыта, об осознанности вхождения в цивилизационное пространство России, которая покоряла явлением Пушкина и Лермонтова, посылала академические экспедиции на «погибельный» Кавказ, создавала грамматики и словари по местным языкам, вписывала в 1804-м в устав Казанского университета изучение восточных языков, открывала Азиатский музей в 1818-м, обучала юных горцев в Ставропольской и других гимназиях.
    Когда почти через сто лет после выхода пушкинского «Современника» М. Горький на Первом съезде советских писателей назвал С. Стальского Гомером ХХ века, а Н. Тихонов, посетив Дагестан, нашел «кавказского Блока» в лице аварского лирика Махмуда, то в таком отношении к инонациональным культурным явлениям нетрудно уловить завещанные Пушкиным дальнозоркость и всеотзывчивость, которым только и дано сокращать культурную дистанцию, разделяющую национальные миры. «Объединение народов России, – писал Г. Федотов в статье “Будет ли существовать Россия?”, – не может твориться силой только религиозной идеи. Здесь верования не соединяют, а разъединяют нас. Но духовным притяжением для народов была и останется русская культура. Через нее они приобщаются к мировой цивилизации» [Федотов 1929: 20]. Духовное притяжение – единственный род притяжения в ряду иных способов его обеспечения (военных, административных и т. п.), подразумевающий абсолютную добровольность, радостную непринудительность ответного культурного и душевного движения. Прибегая к понятию «цивилизация», Федотов артикулировал уровень историко-культурной общности высшего порядка, сущность и притягательность которой обусловлены «культурным элементом», – именно это понятие позднее введет А. Тойнби в свою характеристику цивилизации: «...культурный элемент представляет собой душу, кровь, лимфу, сущность цивилизации» [Тойнби: 339].
    Цивилизационный выбор России в пользу сбережения национально-культурного многообразия сегодня назвали бы нерентабельным, затратным (зачем, скажет ревнитель бюджетной экономии, издавать в Дагестане литературу на семи языках?), но по большому счету он оказался мудрым и дальновидным. Собирая земли и народы, Россия сохраняла за каждым из них право быть самим собой, не оспаривала, не ставила под радикальное сомнение опыт их самоопределения во имя того, как сказал поэт, «чтоб не был малым человек, принадлежащий к малому народу».
    Эта тональность отчетливо заявляла о себе еще в дореволюционный период: каждый «национальный тип», отразившийся в литературе, дополняет, писал В. Розанов в статье «Эстетическое понимание истории» (1892), другие типы «как недостающий звук, который, только не сливаясь с другими звуками, образует с ними необходимый аккорд» [Розанов: 879]. Позднее, но тоже до надвигающихся потрясений М. Славинский, один из авторов сборника «Интеллигенция в России» (1910), оппонировавшего «Вехам» (1909), в работе «Русская интеллигенция и национальный вопрос» писал о «согласовании моментов государственного единства и национального разнообразия», о «державном возрождении», имея в виду «силу возрождающихся национальностей», о «единстве, построенном на таком широком и стойком фундаменте, как национальное сознание всех народов» [Славинский: 418]. В послереволюционный период идею цивилизационной макроидентичности активно продвигал ученик П. Новгородцева, глава евразийского государственно-правового направления Н. Алексеев, который главнейшей задачей российской политики считал грамотное районирование необъятной территории, выделяя как решающий фактор сознательный интерес народов России «к естественному взаимному сцеплению» – без него «смерть грозит и целому, и каждому отдельному члену» [Алексеев].
    Что же дает проблематизация цивилизационного подхода как необходимого компонента изучения литератур народов России?
    Изданный Институтом мировой литературы РАН словарь «Литературы народов России. ХХ век» включает 45 литератур, представляющих зональные группы: Поволжье (7 литератур) и литература Карелии (2, на финском и вепском языках), Дагестан (8), Северный Кавказ (9) и калмыцкая литература (1), Сибирь (4), Север и Дальний Восток (14). Недостаточно констатировать самодовлеющую множественность литератур народов России, минуя целое – российское цивилизационное пространство как фактор системообразующий и, если так можно выразиться, онтологически значимый. Завершилась, мол, эпоха многонациональной советской литературы, пришло время литературных автономий... Кроме того, останавливаться на рубеже дискретности вне и помимо собирательной мысли – значит выдавать фрагментарность за последнюю инстанцию, тем самым отказывая различным по генеалогии и исторической протяженности литературам в органической предрасположенности к надэтническому и концептуально значимому макрорегиональному уровню.
    Литература
    Алексеев Н. Н. Русский народ и государство. М.: Аграф, 1998.
    Алхасов М. М. Кавказ и абхазо-адыги: проблемы этнокультурной агрессии // Первые Международные Инал-Иповские чтения. Сухум: Дом печати, 2011. С. 95-102.
    Бадью А. Коммунизм приезжего: афинская лекция // URL: http://gefter.ru/arZchive/11873.
    Белый А. Ветер с Кавказа. Впечатления. М.: Федерация, 1928.
    Виппер Ю. Б. О некоторых теоретических проблемах истории литературы // Виппер Ю. Б. Творческие судьбы и история. М.: Художественная литература, 1990. URL: http://www.phiZlolZogy.ru/ litZeraZture1/vipZper-90g.htm.
    Гачев Г. Д. Национальные образы мира. М.: Советский писатель, 1988.
    Гачев Г. Д. Национальные образы мира. Евразия – космос кочевника, земледельца и горца. М.: Институт ДИ-ДИК, 1999.
    Государство наций: империя и национальное строительство в эпоху Ленина и Сталина / Сб. ст. под ред. Р. Суни и Т. Мартина. М.: РОССПЭН; Фонд «Президентский центр Б. Н. Ельцина», 2011.
    Гумбрехт Х. У. Есть и должно ли быть сегодня что-то устойчивое в «национальной принадлежности»? // Неприкосновенный запас. 2009. № 4. URL: magazines.russ.ru/nz/2009/4/gu2.html.
    Дагестанская антология / Сост. и коммент. Э. Капиева. М.: Гослитиздат, 1934.
    История народов Северного Кавказа (конец XVIII в. – 1917 г.). М.: Наука, 1988.
    Кулаковский А. Якутской интеллигенции // URL: http://www. sakha.gov.ru/node/16852.
    Литература Урала: история и современность. Вып. 4: Локальные тексты Урала и типы региональных нарративов. Екатеринбург: Уральский ун-т, 2008.
    Литература Урала: история и современность. Вып. 5: Национальные образы мира в региональной проекции. Екатеринбург, 2010.
    Мандельштам О. Э. Слово и культура. М.: Советский писатель, 1987.
    Материалы Всероссийской науч. конф. «Литература Урала: проблема региональной идентичности и развитие художественной традиции». Екатеринбург: АМБ, 2006.
    Розанов В. В. Эстетическое понимание истории // В. В. Розанов и К. Н. Леонтьев. Материалы неизданной книги / Сост. Е. В. Ивановой. СПб.: Росток, 2014.
    Славинский М. А. Русская интеллигенция и национальный вопрос // Вехи. Интеллигенция в России. Сборники статей 1909-1910. М.: Молодая гвардия, 1991. С. 406-419.
    Современник. Литературный журнал, издаваемый Александром Пушкиным. Т. 1. СПб., 1836.
    Султанов К. К. Феномен Кулаковского: «локальное» и «всеобщее» в парадигме целостного миропонимания // Творческая личность в историко-культурном пространстве. Новосибирск: Наука, 2013. С. 60-73.
    Тиханов Г. «Малые и большие литературы» в меняющемся формате истории литературы / Перевод с англ. А. Лобкова // Вопросы литературы. 2014. № 6. С. 253-278.
    Тойнби А. Дж. Постижение истории: избранное / Перевод с англ. Е. Д. Жаркова. М.: Прогресс, 1991.
    Трубецкой Н. С. Вавилонская башня и смешение языков // Трубецкой Н. С. Наследие Чингисхана. М.: Эксмо, 2007. С. 450-466.
    Тынянов Ю. Н. Поэтика. История литературы. Кино. М.: Наука, 1977.
    Федотов Г. П. Будет ли существовать Россия? // Вестник РСХД. Париж. 1929. № 1-2. С. 13-21.
    Федотов Г. П. Национализм (конспективная запись доклада) // Вопросы философии. 2011. № 10. С. 119-125.
    Хисамов Н. Ш. Величие и трагедия Тукая // Казань. 2006. Июль. С. 23-25.
    Широкогоров С. М. Этнос: Исследование основных принципов изменения этнических и этнографических явлений. Шанхай, 1923.
    Шпет Г. Г. История как проблема логики. Критические и методологические исследования. В двух частях. М.: Памятники исторической мысли, 2002.
    Bibliography
    Alekseev N. N. Russkiy narod i gosudarstvo [Russian People and the State]. Moscow.: Agraf, 1998.
    Alkhasov M. M. Kavkaz i abkhazo-adygi: problemy entokulturnoy agressii [Caucasus and Abkhazo-Adygs: Problems of Ethnic and Cultural Aggression] // Pervie mezhdunarodnie Inal-Ipovskie chteniya [First International Inal-Ipa Readings]. Sukhum: Dom pechati, 2011. P. 95-102.
    Badiou, A. Kommunizm priezzhego: afinskaya lektsia [Communism of a Tourist: the Athenian lecture] // URL: http://gefter.ru/ archive/11873.
    Bely А. Veter s Kavkaza. Vpechatleniya [Wind from the Caucasus. Impressions]. Moscow: Federatsiya, 1928.
    Dagestankaya antologiya [Dagestani Anthology] / Ed. and comments by E. Kapiev. Moscow: Goslitizdat, 1934.
    Fedotov G. P. Budet li sushchestvovat’ Rossiya [Will Russia Still Exist]? // Vestnik RSKhD. Paris. 1929. Issue 1-2. P. 13-21.
    Fedotov G. P. Natsionalizm (konspektivnaya zapis’ doklada) [Nationalism (an abstract of the report)] // Voprosy Filosofii. 2011. Issue 10. P. 119-125.
    Gachev G. D. Natsionalnie obrazy mira [National Images of the World]. Moscow: Sovetskiy pisatel’, 1988.
    Gachev G. D. Natsionalnie obrazy mira. Evraziya – kosmos kochevnika, zemledel’tsa i gortsa [National Images of the World. Eurasia – the Cosmos of the Nomad, Farmer and Mountain Dweller]. Moscow: Institut DI-DIK, 1999.
    Gosudarstvo natsiy: imperiya i natsionalnoe stroitelstvo v epokhu Lenina i Stalina [The State of Ethnic Groups: Empire and Policy of Nationality in the Age of Lenin and Stalin] / Collected articles. Ed. R. Suni and T. Martin. Moscow: ROSSPEN; Fond Prezidentskiy tsentr B. N. Eltsina, 2011.
    Gumbrekht Kh. U. Yest’ i dolzhno li byt’ segodnya chto-to ustoychivoe v natsionalnoy prinadlezhnosti? [Is There and Should There Be Anything Stable in the National Identity?] // Neprikosnovenniy zapas. 2009. Issue 4. URL: magazines.russ.ru/nz/2009/4/gu2.html.
    Istoriya narodov Severnogo Kavkaza (konets XVIII v. – 1917 g.) [The History of the People of the Northern Caucasus. Late 18th c. – 1917]. Moscow: Nauka, 1988.
    Khisamov N. Sh. Velichie i tragediya Tukaya [The Grandeur and Tragedy of Tukay] // Kazan’. 2006. July’s issue. P. 23-25.
    Kulakovsky A. Yakutskoy intelligentsii [To the Intelligentsiya of Yakutiya] // URL: http://www.sakha.gov.ru/node/16852
    Literatura Urala: istoriya i sovremennost’ [The Literature of the Urals Region: History and Modernity]. Issue. 4: Lokalnie teksty Urala i tipy regionalnykh narrativov [Local Texts of the Urals Region and the Types of Regional Narratives]. Ekaterinburg: Uralskiy un-t, 2008.
    Literatura Urala: istoriya i sovremennost’ [The Literature of the Urals Region: History and Modernity]. Issue. 5: Natsionalnie obrazy mira v regionalnoy proektsii [National Images of the World from the Regional Perspective]. Ekaterinburg, 2010.
    Mandelstam O. E. Slovo i kultura [Word and Culture]. Moscow: Sovetskiy pisatel’, 1987.
    Materialy Vserossiyskoy nauchnoy konferentsii Literatura Urala: problema regionalnoy identichnosti i razvitie khudozhestvennoy traditsii [The Proceedings of the Russian Scientific Conference Literature of the Urals: the problem of the regional identity and development of the creative tradition]. Ekaterinburg: AMB, 2006.
    Rozanov V. V. Esteticheskoe ponimanie istorii [The Aesthetic Understanding of History] // V. V. Rozanov i K. N. Leontyev. Materialy neizdannoy knigi [V. V. Rozanov and K. N. Leontyev. Materials for the unpublished book] / Ed. E. V. Ivanova. St. Petersburg: Rostok, 2014.
    Slavinsky M. A. Russkaya intelligentsiya i natsionalniy vopros [Russian Intelligentsia and the Nationality Issue] // Vekhi. Intelligensiya v Rossii [Intelligentsia in Russia]. Collected articles 1909-1910. Moscow: Molodaya gvardiya, 1991. P. 406-419.
    Sovremennik. Literary journal published by Aleksandr Pushkin. Vol. 1. St. Petersburg, 1836.
    Sultanov K. K. Fenomen Kulakovskogo: lokalnoe i vseobshchee v paradigme tselostnogo miroponimaniya [The Phenomenon of Kulakovsky: the Local and the Universal in the Paradigm of the Holistic World-View] // Tvorcheskaya lichnost’ v istoriko-kulturnom prostranstve [A Creative Personality in the Historical and Cultural Space]. Novosibirsk: Nauka, 2013. P. 60-73.
    Tihanov G. Malie i bolshie literatury v menyayushchemsya formate istorii literatury [Do Minor Literatures Still Exist? The Fortunes of a Concept in the Changing Frameworks of Literary History] / Trans. A. Lobkov // Voprosy literatury. 2014. Issue 6. P. 253-278.
    Toynbee A. J. Postizhenie istorii: izbrannoe [A Study of History: Selected Extracts] / Trans. E. D. Zharkov. Moscow: Progress, 1991.
    Trubetskoy N. S. Vavilonskaya bashnya i smeshenie yazykov [The Tower of Babel and the Confusion of the Languages] // Trubetskoy N. S. Nasledie Chingizkhana [The Legacy of Genghis Khan]. Moscow: Eksmo, 2007. P. 450-466.
    Tynyanov Yu. N. Poetika. Istoriya literatury. Kino [Poetics. History of Literature. Cinema]. Moscow: Nauka, 1977.
    Shirokogorov S. M. Etnos: Issledovanie osnovnykh printsipov izmeneniya etnicheskikh i etnograficheskikh yavleniy [A Study of the Main Principles of Changes of Ethnic and Ethnographical Phenomena]. Shanghai, 1923.
    Shpet G. G. Istoriya kak problema logiki. Kriticheskie i metodologicheskie issledovaniya [History as the Problem of Logic. Critical and Methodological Studies]. In two parts. Moscow: Pamyatniki istoricheskoy mysli, 2002.
    Vipper Yu. B. O nekotorykh teoreticheskikh problemakh istorii literatury [On Certain Theoretical Problems of the History of Literature] // Vipper Yu. B. Tvorcheskie sud’by i istoriya [Artistic Destinies and History]. Moscow: Khudozhestvennaya literatura, 1990. URL: http://www.philology.ru/literature1/vipper-90g.htm.