Содержание
Select year
 
Все журналы
2017 года
Номер 1
№ 1
Номер 2
№ 2
Номер 3
№ 3


Заголовок формируется программно
 

    Раздел: Литературное сегодня
    Рубрика: Лица современной литературы
    Страницы: 187-201
    Автор: Екатерина Иванова
    Author: E. Ivanova
    Об авторе
    Иванова Е. А., кандидат филологических наук, литературный критик. Сфера научных интересов – русская поэзия XX века, современная поэзия. Автор ряда статей по современной литературе.
    Название: По обе стороны вымысла. Марина и Сергей Дяченко
    Title: On both sides of invention. Marina and Sergey Dyachenko
    Аннотация
    Творчество русскоязычных украинских писателей-фантастов Марины и Сергея Дяченко является пограничным явлением между серьезной и массовой литературой. Используя специфические для жанра фантастического романа приемы, авторы исследуют мифологемы, связанные с представлением о границах человеческой личности.
    Summary
    The work of Russophone Ukrainian fantasy writers Marina and Sergey Dyachenko represents a borderline between literary and popular fiction. Through techniques appropriate to speculative fiction, the authors investigate mythologems connected to the idea of the boundaries of the human personality.
    Ключевые слова / Keywords: М. и С. Дяченко, фантастика, фэнтези, массовая литература, жанр, фантастическое допущение, религиозное иносказание, вымысел, мифологема, M. and S. Dyachenko, speculative fiction, fantasy, popular fiction, genre, the licence of fantasy, religious allegory, invention, mythologem
    Фрагмент
    Дебютировав в 1994 году с романом «Привратник», написанном в стиле классического фэнтези «меча и магии», Марина и Сергей Дяченко сразу обратили на себя внимание сообщества писателей-фантастов и очень скоро стали лауреатами почти всех имеющихся специализированных «фантастических» премий. При этом на территории толстых журналов их творчество рассматривается как полноценная часть мейнстрима в весьма комплиментарных рецензиях М. Галиной, Д. Марковой, Т. Щербининой[1] и др. Их книгам посвящена обстоятельная монография М. Назаренко[2]...
    Ранние романы Дяченко, такие как «Привратник», «Шрам» (1996), «Ритуал» (1996) и отчасти «Скрут» (1997), выдержаны в рамках классического фэнтези и отнюдь не свободны от «родимых пятен» жанра, как то: борьба Добра и Зла, глобальность происходящих событий, спасение мира избранным героем, который переживает тяжелый душевный кризис и делает нелегкий, но правильный нравственный выбор. Однако и в 1990-е годы порой, пытаясь избежать предсказуемости, Дяченко сознательно идут на слом стереотипа. Самый очевидный пример такого слома – это роман-«перевертыш» «Ритуал», в котором душевно развитый и тонко чувствующий дракон влюбляется в отнюдь не прекрасную принцессу и становится жертвой древнего проклятия и людской подлости. Характерно, что именно этот текст не вызвал широкого читательского резонанса: для развлекательного чтения он оказался слишком сложным, лишенным не только прекрасной героини, которую не стыдно было бы спасти, но и обязательного в таких случаях хэппи-энда. А для серьезного прочтения – слишком хорошо просчитанным и предсказуемым.
    Но Дяченко быстро отказались от принципа «негативного» построения сюжета. С каждым новым текстом шрам от удаленного стереотипа становился все менее заметным, а прием – все менее очевидным; фэнтезийный мир романов эволюционировал от традиционного к как бы традиционному. Главный герой постепенно терял свою однозначность и положительность, а его love story оказывалась все более запутанной. Так, герой романа «Привратник» – маг, потерявший волшебную силу; герой «Шрама» – «вояка-забияка», человек изначально неумный и бессовестный, но бесстрашный, в наказание за очередное преступление лишенный смелости и ставший ничтожным трусом, одержимым всевозможными фобиями... То есть раз за разом Дяченко ставят в центр повествования слабого, а порой и ничтожного человека и заставляют его действовать в катастрофических обстоятельствах, которые носят сугубо частный характер.
    Показателен в этом смысле роман «Скрут», в котором Дяченко всеми силами стараются уйти не только от клише фэнтезийного романа, но и от стереотипов романа любовного. Главный герой по имени Игар, пытаясь спасти свою возлюбленную из лап чудовищного паука, совершает одну подлость за другой. Его глазами читатель видит мрачную изнанку фэнтезийного мира с его грязью и вонью – и вслед за ним понимает, что есть такие испытания, которые выдержать невозможно. Жалкий человек не способен противостоять натиску обстоятельств; впрочем, и «положительно-прекрасный» герой романа – рыцарь без страха и упрека Аальмар – тоже ломается и теряет не только свою любовь, но и человеческий облик. «Скрут» – это история о том, что нельзя быть счастливым, когда рушится мир. Если ты несешь с собой катастрофу (Аальмар – воин-наемник, который воюет и убивает за деньги), то катастрофа придет и в твой благополучный дом, принимая самые гнусные формы.
    В романе с высокой степенью достоверности показано, как из безоблачного прошлого вырастает безобразное настоящее. Однако есть здесь и условно-счастливый финал, и вполне явная гуманистическая мораль: невозможно оставаться человеком в бесчеловечном мире, но нужно приложить для этого все имеющиеся у тебя силы. И тогда произойдет чудо, и чудовище, созданное специально затем, чтобы зверски убить некогда любимую девушку, пощадит свою жертву...
    Фантастический мир в романах Дяченко чаще всего обрисован пунктиром, поэтому чудо совершается в нем относительно легко: мирозданию совсем не трудно нарушить пару правил игры ради того, чтобы спасти хорошего человека. В книгах Дяченко не герой спасает мир, а мир спасает человека – эту сюжетную формулу авторы с блеском использовали в романах «Пещера» (1998) и «Ведьмин век» (1997), где классический мир «меча и магии» уступает место современному мегаполису.
    В романе «Пещера» фантастический элемент заключается в том, что человечеству удалось изгнать агрессию из социума в мир подсознания. Реальная жизнь человека «Пещеры» совершенно безопасна – но, попадая в мир снов, каждый житель этого фантастического социума превращается в животное, хищника или жертву и реализует свои инстинкты, не помня себя «дневного» и не мучаясь чувством вины за то, что жертва его охоты погибнет не только во сне, но и наяву. Талантливый театральный режиссер Раман Ковач борется за право ощутить реальность собственной вины, потому что только посмотрев в глаза «собственному зверю», можно назвать себя человеком. Таким образом, в романе реализована довольно интересная модель общества, вызывающая массу вопросов: возможно ли локализовать проявление зла в какой-то социально приемлемой форме? как будут работать социальные институты в этой ситуации? Впрочем, авторов интересует не столько ситуация, сколько поведение человека: сможет ли он сделать то, что находится за пределами его природы? Сможет ли «сааг»-Ковач узнать в своей жертве-«сарне» любимую девушку? Разумеется, это совсем маленькое чудо – и Дяченко, не задумываясь, дарят его своему герою, который с такой искренностью и страстью восстал против убаюкивающего совесть порядка вещей.
    Проверка на прочность основ морали составляет «подводную» часть романа «Ведьмин век». В нем показаны существа, по природе своей несовместимые с человеком, сеющие хаос и разрушение и не ведающие иных способов жизни. Можно ли предъявлять к столь радикально иным существам нормы человеческой морали? Конечно да! Не спрашивайте, на чем основано это утверждение: по сути – ни на чем. Здесь Дяченко работают в парадоксальной системе этических координат: безосновных, но незыблемых, гуманистических по своей природе. Критерием истинности в данном случае служит «ответ» мироздания, а именно – то самое чудо, которое происходит или не происходит ради героя.
    На рубеже XX-XXI веков выходят в свет романы Дяченко, смещающие центр повествования с человека на социально-философский контекст, в котором он существует.
    Литература
    Галина М. Марина Дяченко. Сергей Дяченко. Медный король // Знамя. 2008. № 9.
    Маркова Д. Марина и Сергей Дяченко. Цифровой // Знамя. 2009. № 11.
    Щербинина Т. Волшебное слово низкого жанра // Дружба народов. 2009. № 12.
    Назаренко М. Реальность чуда. Киев: Винница, 2005.
    Каплан В. Марина и Сергей Дяченко. Vita nostra // Знамя. 2007. № 10.
    Амусин М....Чем сердце успокоится. Заметки о серьезной и массовой литературе в России на рубеже веков // Вопросы литературы. 2009. № 3.
    Гудков Л., Дубин Б. Литература как социальный институт. М.: НЛО, 1994.