Содержание
Select year
 
Все журналы
2017 года
Номер 1
№ 1
Номер 2
№ 2
Номер 3
№ 3


Заголовок формируется программно
 

    Раздел: Сравнительная поэтика
    Страницы: 225-242
    Автор: В. Сердечная
    Author: V. Serdechnaia
    Об авторе
    Сердечная В. В., кандидат филологических наук, научный редактор издательства «Аналитика Родис», главный редактор журнала «Язык. Словесность. Культура». Сфера научных интересов – творчество Уильяма Блейка, европейский и русский романтизм, мифопоэтика, драматургия и театр. Автор монографии «Малые поэмы Уильяма Блейка. Повествование, типология, контекст» (2012), а также ряда литературоведческих статей и статей о современном театре.
    Название: «Русский Блейк» и Борис Анреп
    Title: The “Russian Blake” and Boris Anrep
    Аннотация
    Статья посвящена неизученным страницам рецепции творчества Уильяма Блейка в русской культуре Серебряного века. Автор прослеживает влияние романтика на творчество эмигрировавшего из России поэта и художника Бориса Анрепа, который на родине известен в основном как адресат лирики Анны Ахматовой.
    Summary
    The article addresses hitherto unexplored aspects of how William Blake was perceived by Russia’s Silver Age culture. The author discovers the ways in which the Romatic-Age poet and visual artist influenced poet and painter Boris Anrep, who later emigrated and is mostly known in Russia as the man to whom Anna Akhmatova addressed a number of her love poems.
    Ключевые слова / Keywords: У. Блейк, рецепция, Б. Анреп, романтизм, мозаика, русское зарубежье, Серебряный век, диалог культур, Лондон, W. Blake, perception, B. Anrep, Romanticism, mosaics, Russian åmigrå culture, the Russian Silver Age, dialogue of cultures, London
    Фрагмент
    Распространено мнение о том, что Уильям Блейк для русской культуры – фигура маргинальная, далекая от магистральных тенденций литературного процесса. Например, литературовед Алексей Богданов пишет, что о прямом влиянии романтика на русских символистов «говорить не приходится» и что «существование Блейка как крупного поэта было официально признано в СССР в связи с празднованием его 200-летия в 1957 году»[1]. Такое заключение может быть связано только с недостаточным знанием истории литературного процесса.
    Судьбе творческого наследия Блейка в России посвящена серьезная глава в исследованиях Т. Васильевой[2], Раздел в библиографическом указателе «Английская литература в русской критике»[3], краткие обзоры в ряде диссертаций[4], а также несколько статей в академических журналах, в том числе зарубежных[5]. Особенный интерес проявляют исследователи к теме переводов поэзии Блейка на русский язык[6]. История русской рецепции поэта фрагментарно затрагивается в учебных пособиях по истории литературы, а также в комментариях к сборникам переводов[7]. Однако многие факты творческого диалога между английским романтиком и русской культурой, в особенности начала XX века, остаются незаслуженно забытыми.
    Немного к истории «русского» Блейка. В 1834 году, то есть спустя всего семь лет после смерти Блейка, в журнале «Телескоп» публикуется подробная биография поэта, заимствованная из европейских переводов книги Алана Каннингэма, с прозаическими переложениями стихов. Например, такими:
    Тигр, тигр! ты, которого пламенный взор сверкает ночью среди лесов! какая бессмертная рука расположила грозную симметрию твоего тела? В каких водах или в какой бездне воссиял первоначально луч твоих взоров! На каких крыльях дерзнул он вознестись! Какая рука осмелилась схватить его пламя![8]
    Таким образом, Константин Бальмонт был не первым переводчиком Блейка на русский язык. Известно, что он перевел немало стихов поэта, создав славу Блейка как предшественника символистов. Мартин Бидни называет Бальмонта, наряду с Йейтсом, «необлейкианским» поэтом[9]. Бальмонт посвятил английскому поэту статью, опубликованную в 1904 году, в которой превозносил его талант: «Чуждый расслабляющего сомнения, этот цельный поэт, обвеянный вихрем символов, соприкасается с нашими душами, одновременно, и как живое сходство и как живая противоположность»[10].
    В этом небольшом эссе Бальмонт не первым в русской критике связывает Блейка с символизмом. В конце XIX века литературный критик и писательница Зинаида Венгерова уже издала 30-страничную статью, в которой, в частности, говорится: «Прародитель современного символизма в английском искусстве, соединяя в себе мистика-оккультиста с поэтом, для которого его таинственные видения являются лишь отражениями отвлеченных истин, Вильям Блэк указал искусству путь философского понимания природы и красоты, получающий у него сокровенный смысл …> Его поэзия служит ярким образцом истинного символизма, сочетающего жизненность формы с глубиной философского замысла и прямо вытекающего из тех настроений, которые уже нарождались в английском поэте XVIII века»[11]. «Блэком» Блейк останется в русской критике еще на пару десятилетий: так его фамилия напечатана в первом томе Литературной энциклопедии в 1930 году.
    В 1901 году в каталоге символистского издательства «Скорпион» был заявлен планируемый выпуск книги Блейка, вероятнее всего в переводах Бальмонта, – в числе предшественников нового искусства, к которым относили также По и Новалиса. В 1908 году планы по изданию книги переводов Блейка опубликовало и издательство «Пантеон»[12], где переводчиком также, возможно, планировался Бальмонт, редактор английского и испанского отделов[13].
    В 1910 году Льву Толстому писал о Блейке Бернард Шоу:
    Таким образом, бог любви, если он всемогущ и всеведущ, должен быть богом и рака и эпилепсии. Великий английский поэт Вильям Блэк (William Black) заканчивает свою поэму «Тигр» таким вопросом: «Неужели тот, кто сотворил ягненка, – сотворил и тебя?»[14]
    Молодой Самуил Маршак, еще не зная, что будет переводить Блейка всю жизнь и что подготовленная книга переводов окажется посмертным изданием, пишет в 1915 году в небольшом предисловии к подборке ранних переводов: «Только в наши дни Блэк наконец занял принадлежащее ему по праву место в ряду великих поэтов Англии»[15].
    Биограф Маршака Матвей Гейзер указывает, что именно Блейк «познакомил» Маршака и Ахматову – по крайней мере, она узнала о его переводах уже в конце 1910-х[16]. По воспоминаниям Лидии Чуковской, навязчивый интерес Маршака-переводчика к Блейку немало раздражал поэтессу: «Не говорите мне о Маршаке: с тех пор как он опять прочел мне little lamb, little lamb Blake’a, я убедилась, что он застыл и будет читать то же самое до гробовой доски»[17]. В рабочих тетрадях Ахматова писала, что в 1917 году «Блейка не знала», и отмечала случайность совпадений между собственными стихами о «дивном Граде» и строками романтика[18].
    Литература
    Богданов А. Мир как живая поэма: от Уильяма Блейка к Даниилу Андрееву через символизм // Даниил Андреев: Pro et contra. Личность и творчество Д. Л. Андреева в оценке публицистов и исследователей. СПб.: Русская христианская гуманитарная академия, 2010.
    Васильева Т. Н. Поэмы В. Блейка («Пророческие книги» 18-19 вв.) // Ученые записки Кишиневского государственного университета. Т. 108. Кишинев: Кишиневский гос. ун-т, 1969.
    Английская литература в русской критике: Библиографический указатель. Ч. 1: Средние века – XVIII век / Сост. А. Н. Гривенко, А. Р. Недачина. М.: ИНИОН РАН, 1994.
    Косачева Е. В. Йейтс и Блейк: Мистический язык и миф: дис. ... канд. филол. наук. М., 2002.
    Смирнова О. В. Пророческие поэмы Уильяма Блейка: дис. ... канд. филол. наук. СПб., 2003.
    Токарева Г. А. Миф в художественной системе Уильяма Блейка: дис. ... докт. филол. наук. Воронеж, 2006.
    Bidney M. A Russian Symbolist View of William Blake // Comparative Literature. 1987. Vol. 39. № 4.
    Yakovleva G. Blake in Russia // Blake Journal. 2000. № 5.
    Андреева О. В., Смирнова Е. А. Издание произведений У. Блейка в России // Известия высших учебных заведений. Проблемы полиграфии и издательского дела. 2012. № 3.
    Сердечная В. В. «Русский» Блейк: переводы, исследования, аллюзии // Язык. Словесность. Культура. 2013. № 1.
    Жирмунский В. Уильям Блейк в переводах С. Маршака // Новый мир. 1965. № 6.
    Сухарев (Мурышкин) С. Два «Тигра» // Мастерство перевода. Сб. 11. М.: Советский писатель, 1977.
    Токарев Г. Н. Стихотворение У. Блейка «Лондон» в переводах С. Маршака: [О влиянии контекста на перевод стихотворного произведения] // Вопросы поэтики художественного произведения. Алма-Ата: КАзПИ им. Абая, 1980.
    Трофимова Ю. М. Словесный и образный перевод метафор (опыт лингвостилистического анализа Блейка в пер. Маршака). Саранск: Мордовский гос. ун-т, 1982.
    Демидова О. Р. Некоторые стилистические особенности переводов стихотворения У. Блейка «Тигр» К. Бальмонтом и С. Маршаком // Анализ стилей зарубежной художественной и научной литературы. Вып. 5. Л.: ЛГУ, 1987.
    Кружков Г. О русских переводах Блейка // Блейк У. Песни невинности и опыта = «Songs of Innocence and of Experience». М.: Рудомино, 2010.
    Панченко П. В. О некоторых семантических сдвигах при переводе стихотворения У. Блейка «The Crystal Cabinet» // Вопросы лингвистики и литературоведения. 2010. № 2.
    Serdechnaya V. V. Rev. of William Blake. Songs of Innocence and of Experience (Moscow: Rudominо, 2010) // Blake/An Illustrated Quarterly. 2013. Vol. 47. № 1.
    Шмалько А. Непереведенный Блейк. http://www.vladivostok.com/speaking_in_tongues/shmalko.htm.
    Елистратова А. А. Наследие английского романтизма и современность. М.: АН СССР, 1960.
    Аникин Г. В., Михальская Н. П. Уильям Блейк // Аникин Г. В., Михальская Н. П. История английской литературы. М.: Высшая школа, 1975.
    Зверев А. Комментарии // Блейк В. Стихи. М.: Художественная литература, 1978.
    Зверев А. Комментарии // Блейк У. Избранные стихи. М.: Прогресс, 1982.
    Артист-поэт-сумасшедший. Жизнь Вильяма Блека // Телескоп. Журнал современного просвещения, издаваемый Николаем Надеждиным. Часть XXII. М., 1834.
    Бальмонт К. Праотец современных символистов (Вильям Блэк, 1757-1827) // Бальмонт К. Горные вершины. М.: Гриф, 1904.
    Венгерова З. Вилльям Блэк. Родоначальник английского символизма // Венгерова З. Литературные характеристики. СПб.: Тип.-литогр. А. Э. Винеке, 1897.
    Книгоиздательство «Пантеон»: Мировая литература (проспект). СПб.: Пантеон, 1908.
    Голлербах Е. Германский след в русском пантеоне: петербургское издательство «Пантеон» (1907-1912) как агент немецкой культуры // Вестник Русской христианской гуманитарной академии. 2010. Том 11. Выпуск 3.
    Толстой Л. Н. Полн. собр. соч. в 90 тт. Т. 81. М.: ГИХЛ, 1956.
    Маршак С. К стихотворениям Вильяма Блэка // Северные записки. 1915. № X. С. 73.
    Гейзер М. Маршак. М.: Молодая гвардия, 2006. (ЖЗЛ).
    Чуковская Л. Записки об Анне Ахматовой. В 3 тт. Т. 1: 1938-1941. М.: Время, 2013.
    Ахматова А. Собр. соч. в 6 тт. Т. 1. М.: Эллис Лак, 1998.
    Одоевцева И. Избранное. М.: Согласие, 1998.
    Фарджен А. Приключения русского художника. Биография Бориса Анрепа. СПб.: Звезда, 2003.
    Blake W. The Complete Poetry and Prose / Ed. by D. Erdman. N. Y.: Anchor, 1988. P. 174.
    Иванов Г. Собр. соч. в 3 тт. Т. 3. М.: Согласие, 1994.
    Найман А. Рассказы о Анне Ахматовой. М.: Вагриус, 1999.
    Анреп Б. О черном кольце // Фарджен А. Указ. соч.
    Штейн О. «В течение своей жизни любила только раз...» // Вестник Online. 2004. 18 февраля. № 4 (341). http://www.vestnik. com/issues/2004/0218/win/shteyn.htm
    Poetry and Drama. Vol. 1. London, 1913.
    Казнина О. Русские в Англии. М.: Наследие, 1997.
    Анреп Б. Беседа о живописи // Аполлон. 1912. № 9.
    Анреп Б. Беседы о живописной технике // Аполлон. 1914. № 1-2.
    Кружков Г. «Ангел лег у края небосклона...» Ахматовская мозаика в Лондоне // Кружков Г. Ностальгия обелисков: Литературные мечтания. М.: НЛО, 2001.