Содержание
Select year
 
Все журналы
2017 года
Номер 1
№ 1
Номер 2
№ 2
Номер 3
№ 3


Заголовок формируется программно
 


            РАЗДЕЛ: Обзоры и рецензии

            СТРАНИЦЫ: 364-381

            АВТОР: Д.В. Кобленкова / D. Koblenkova

            КОРОТКО ОБ АВТОРЕ
            Кобленкова Д. В., литературовед и киновед, кандидат филологических наук, доцент кафедры зарубежной литературы ННГУ им. Н. И. Лобачевского, преподаватель Российско-шведского центра РГГУ. Область научных интересов — теория литературы, история и теория кино, шведская проза, кинематограф Скандинавских стран и Нидерландов, французская культура ХХ века. Автор более 80 научных работ по скандинавской литературе и кинематографу, шведской прозе ХХ-XXI веков, компаративистике, теории гротеска и творчеству Э. По.

            НАЗВАНИЕ: Есть ли в Швеции постмодернизм?

            TITLE: Does Postmodernism exist in Sweden?

            КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА: шведская литература, реалистический роман, фрагментарный текст, постмодернизм, (пост) модернизм, социальность, христианский фундаментализм, этика, Swedish literature, realistic novel, fragmented text, Postmodernism, (Post) Postmodernism, social engagement, Christian fundamentalism, ethics

            АННОТАЦИЯ
            В статье рассматриваются причины, по которым постмодернистская философия и практика не получили распространения в Швеции. Выявляется три типа влияния (французского «нового романа», английской псевдодокументалистики и немецкого необарокко), оказавших воздействие на шведскую литературу. Делается вывод, что шведские писатели частично приняли идеи деконструкции текста, модифицировали форму, но сохранили этическое содержание произведений, так как в стране силен христианский фундаментализм и очень значимо социальное звучание произведений.

            SUMMARY
            The article investigates why postmodernist philosophy and art have not gained traction in Sweden. The author points out three streams of creative influence on Swedish literature (French “nouveau roman”, English pseudo-documentalism and German neo-baroque) and finds that, while Swedish writers did partially adopt the idea of text deconstruction, and modified form, they kept the ethical underpinnings of the novels intact under the influence of powerful Christian fundamentalism and intense social engagement.

            ФРАГМЕНТ
            Существует представление, что жить в эпоху постмодерна и быть свободным от его влияния практически невозможно. Поскольку в Швеции к этому направлению сложилось особое отношение, остановимся на некоторых проблемах теории постмодернизма и на проявлении его принципов в шведской литературе.
            Первое, что обращает на себя внимание, — это фактическое отсутствие термина «постмодернизм» во многих шведских литературоведческих работах, в том числе учебниках и обобщающих трудах по шведской культуре. В «Истории шведской литературы»[1] 1995 года Б. Ульссона и И. Альгулина, в учебнике «История шведской литературы»[2] Й. Хэгга 2000 года и в большом томе «Истории шведской культуры»[3] 1999 года нет не только главы или параграфа, но вообще ни единого слова об этом явлении. В обзоре новой шведской прозы, подготовленном Шведским институтом[4] в 2002 году, слово «постмодернизм» также отсутствует. Уже по этим официальным источникам можно было бы сделать вывод, что в сознании шведских литературоведов постмодернизма не существует. Но прежде чем ответить на вопрос, так ли это, отметим те работы, в которых дана более глубокая оценка литературной ситуации.
            Так, в 6-м томе «Истории шведской литературы» (1990) есть весьма скептически написанный параграф, посвященный 1970 годам, который называется «Постмодернистские дни»[5]. Учитывая тональность комментария, можно было бы перевести и как «Постмодернистские денечки». В нем с иронией сообщается, что в 1970 годы некоторые шведские критики во главе с Х. Энгдалем, познакомившись с трудами Р. Барта, решили поднять в журналах и в газете «Дагенс Нюхетер» («Dagens Nyheter») дискуссию по поводу конца истории и деконструированного текста как эквивалента нашего безыдейного времени. Иными словами, авторы учебника прямо утверждают, что постмодернизм в Швеции — явление неорганичное, что это всего лишь французская «инъекция», которая в своем воинствующем пафосе разрушения комична. Далее в учебнике сообщается, что вслед за самой проблемой было «импортировано» и слово, обозначающее эти тенденции. Подчеркивается, что для французов этот термин также не был родным: он заимствован ими из американской литературной критики. То есть источник литературы безверия — Соединенные Штаты Америки. Авторы комментируют: «Мысль заключалась в том, что период модерна в широкой общественной перспективе достиг конечной точки. И новый период, за недостатком лучшего, стал постмодернизмом. Отвергалась вера в разум, вера в привнесение значения, в существование самостоятельного субъекта и вера в возможности языка репрезентировать явления действительности. Сторонники этой идеологии начали уверять шведов в торжестве бессмысленности»[6].
            В качестве примера, помимо поэзии, авторы привели единственный прозаический текст — роман Стига Ларссона (Stig Hckan Larsson, р. 1955)[7] «Аутисты» («Autisterna», 1979). Его произведение было примером фрагментарного текста, в котором действовал безымянный герой, чей голос был растворен в хоре других голосов. Автор использовал временные инверсии: герой мог умереть, а потом жить, в одном фрагменте быть студентом в Швеции, а в другом беседовать с Брежневым в Москве. Авторы учебника не видят ничего позитивного ни в идее романа, ни в новых повествовательных стратегиях, которые Ларссон демонстрирует. Писатель, по их представлению, «лучше всего изображает пустоту и отсутствие смысла, который пародирует и иронизирует. Однако есть риск застрять в своей собственной сети. Изображение бессмысленности может стать бессмысленным. Пародия может превратиться в самопародию. Но в его поздних произведениях есть тенденция к снижению критики языка и к тому, чтобы вычленить голос, который является не только голосом среди голосов»[8].
            В отличие от скептиков конца 1980-х, критик Ингрид Элам в 2002 году, напротив, восторженно констатирует, что благодаря «Аутистам» шведская проза вышла на новый уровень: «реалистический роман умер, родился фрагментарный текст»[9]. Но о связи эстетики романа Ларссона с постмодернизмом Элам не упоминает.
            И здесь остановимся на одной из главных проблем, так как, строго говоря, мысль И. Элам о рождении фрагментарного текста научно неверна. Начиная с середины XIX века, не без влияния немецких романтиков, фрагментарно писал Кьеркегор в Дании, Гамсун в Норвегии, Стриндберг в Швеции. На конференции, посвященной Стриндбергу, шведский литературовед А. Норд подчеркивал, что фрагментарная манера письма Стриндберга сначала претила критике, а сейчас так пишут фактически все и это воспринимается как характерная черта шведской прозаической манеры[10]. Принципы фрагментарной прозы использовались в модернизме, к фрагментарности обращались писатели в 1950-1960-е, когда началась мода на минимализм в Дании и Норвегии в эпоху торжества французского нового романа, поэтому преувеличивать значение «Аутистов» Ларссона в данном случае некорректно по отношению к традиции.
            Однако вопрос не только в том, насколько Ларссон вторичен или оригинален. Вопрос в том, постмодернист ли он. Одной фрагментарности, как показывает история литературы, недостаточно, иначе надо признать, что и Кьеркегор с Новалисом постмодернисты. Очевидно, речь должна идти и о форме, и о содержании фрагмента. И, конечно, о наличии и характере субъекта. Ларссон действительно стремится к размыванию субъекта как центра, показывает относительность текстуальных законов, отсутствие иерархии и конечного идеала, использует принцип «плавающего рассказчика», выстраивает не линеарную, а замкнутую временную систему, утверждает, что мир абсурден. По существу, он развивает в Швеции французскую традицию, так как его проза близка к экспериментам А. Роб-Грийе, классика нового романа, и идеям структуралиста Р. Барта. Таким образом, можно заключить, что первые признаки постмодернизма в Швеции появились под влиянием французской экспериментальной литературы, культурологии и философии языка.
            Добавим, что в ситуации сегодняшнего дня большинство шведских писателей, с которыми мы общались на эту тему, связывают понятие постмодернизма исключительно с именем С. Ларссона. Однако, на наш взгляд, «Аутисты» могут считаться постмодернистским произведением лишь по форме, но не по содержанию, так как в романе разрушение идентичности переживается драматически, то есть идеал предполагается, хотя он героем и утрачен. Известный шведский критик Ю. Сведьедаль тоже выступил против стереотипного восприятия этого текста, характеризуя роман как модернистское изображение в форме фрагментов абсурдного мира, что не имеет ничего общего с постмодернизмом. По его убеждению, роман ближе к произведениям Ф. Кафки и А. Камю, а не к текстам У. Эко и Д. Фаулза[11].
            В любом случае нет сомнения в том, что «Аутисты» Ларссона ввели моду на постмодерн. В недавнем интервью писатель Ларс Андерссон на наш вопрос, есть ли в современной Швеции постмодернизм, ответил: «Эта тенденция была модной в 1980-е, когда вышел роман “Аутисты”. Потом эта мода прошла»[12].
            В конце 1990-х годов в Швеции была сделана новая осторожная попытка осмыслить постмодернизм обстоятельно. Сначала в 1994 году появилась переводная работа о постмодернизме Д. Лиона[13], которая вышла в серии студенческой литературы. О шведской литературе в ней не говорилось ничего. Затем Б. Янссон выпустил сразу две монографии: одну в 1996 году о постмодернизме в Скандинавии, вторую в 1998 году исключительно о шведских постмодернистских романах и новеллистике[14].

            ЛИТЕРАТУРА
            Olsson B., Algulin I. Litteraturens historia i Sverige. Stockholm: Norstedts, 1995.
            Hägg G. Den svenska litteraturhistorien. Stockholm: Wahlström&Widstrand, 2000.
            Ohlmarks D., B-hrendtz N. E. Svensk kulturhistoria. Svenska krönikan. Stockholm: Forum, 1999.
            Элам И. Новая шведская проза / Перевод со швед. А. Лавруши. Стокгольм: Шведский институт, 2002.
            Den Svenska Litteraturen. Medieålderns litteratur. 1950-1985 / Red. L. Lönnroth, S. Göransson. Stockholm: Bonnier Alba, 1990.
            Неизвестный Стриндберг. Материалы Международной научной конференции / Под ред. Т. А. Тоштендаль-Салычевой, Д. В. Кобленковой, М. М. Одесской. М.: РГГУ, 2015.
            Svedjedal J. Ett myller utan mening? Om Stig Larsson // Samtida. Essäer om svenska fötfattarskap. Stoсkholm, 1990. S
            Lyon D. Postmodernitet. Lund: Studentlitteratur, 1994.
            Jansson B. Postmodernism och metafiktion i Norden. Uppsala: Hallgren och Fallgren, 1996.
            Jansson B. Nedslag i 1990-talets svenska prosa. Om 90-talets svenska roman och novell i postmodernt perspektiv. Högskolan Dalarna: Kultur och Lärande, 1998.
            Шергова К. А. Докудрама — новый жанр? // Академия медиаиндустрии: Наука. Вестник электронных и печатных СМИ № 13. URL: http://www.ipk.ru/index.php?id=2102
            Jansson B. Episkt dubbelspel. Om faktionsberättelse i film litteratur och tv. Uppsala: Hallgren & Fallgren, 2006.
            Александров Н. Пер Улов Энквист / Александров Н. Тет-а-тет. Беседы с европейскими писателями. М.: Б. С. Г.-ПРЕСС, 2010.
            Новикова В. Г. Британский социальный роман в эпоху постмодернизма. Н. Новгород: ННГУ, 2013.
            Салычева-Тоштендаль Т. А. Образ королевы Кристины в интерпретации Петера Энглунда // Диалог со временем. 2010. № 30. С. 372-383.
            Экология литературы. Северная глава. Карл-Юхан Вальгрен. URL: http://video.yandex.ru/users/shevkunenko/view/197/
            Гладилин Н. В. «Постпостмодернизм». Субжанровые особенности текущей литературы стран немецкого языка // Гладилин Н. В. Становление и актуальное состояние литературы постмодернизма в странах немецкого языка (Германия, Австрия, Швейцария). М.: Литературный институт им. А. М. Горького, 2011.
            Кобленкова Д. В. «Тератологический» роман К. Ю. Вальгрена в эпоху (пост)постмодернизма // Новый филологический вестник. 2015. № 2 (33).
            Bergsten S., Elleström L. Modernismen och postmodernismen // Litteraturhistoriens grundbegrepp. Lund: Studentlitteratur, 2013.